WWW.PDF.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Разные материалы
 

Pages:   || 2 | 3 |

«ВЕСТНИК МОРСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА Серия Гуманитарные науки Вып. 29/2008 Вестник Морского государственного университета. Вып. 29/2008. Серия: ...»

-- [ Страница 1 ] --

ВЕСТНИК

МОРСКОГО

ГОСУДАРСТВЕННОГО

УНИВЕРСИТЕТА

Серия

Гуманитарные науки

Вып. 29/2008

Вестник Морского государственного университета. Вып. 29/2008.

Серия: Гуманитарные науки. – Владивосток: Мор. гос. ун-т, 2008. –

156 с.

Учредитель журнала – Гуманитарный институт

МГУ имени адмирала Г. И. Невельского

Главный редактор: д-р филос. наук Сакутин В. А.

Редакционная коллегия:

Власова Т. В. Сакутина Т. М.

канд. филос. наук канд. филос. наук Калита В. В. Семенов В. Г.

канд. психол. наук канд. психол. наук Киршбаум Э. И. Серкин В. П.

доктор психологии (Ph. D), Германия д-р психол. наук, Магадан Орлова М. Ю. Стрелков Ю. К.

канд. филос. наук д-р психол. наук, Москва Пузько В. И. Ячин С. Е.

канд. филос. наук д-р филос. наук Резник А. Д.

доктор психологии (Ph. D), Израиль © МГУ им. адм. Г. И. Невельского, 2008 ISBN 978-5-8343-0478-4 В данном сборнике представлены статьи по итогам квалификационных работ студентов и аспирантов Гуманитарного института Морского государственного университета им. адм. Г.И. Невельского (г. Владивосток).

Традиционно ведущим научным направлением работы кафедры психофизиологии и психологии труда в особых условиях и кафедры психологии Морского государственного университета является изучение моряка как субъекта деятельности, исследование содержания деятельности моряков гражданского и военного флота.


Широко разрабатываются вопросы профессиогенеза морских специалистов, профессиональной адаптации к экстремальным условиям, профотбора и профессиональной пригодности, личностных аспектов, профессиональной компетентности, динамики психических состояний и образа мира профессионала в условиях рейса. Это научные темы, над которыми работают студенты под руководством М. Н. Волковой, И. В. Герасимовой, С. А. Данченко, Л. П. Еньковой, О. А. Истоминой, В.В. Калиты, М. Ю. Орловой, В. В. Павловского, А. В. Пилипенко, А.Д. Чернобай, А. В. Шевердиной Е. В. Шиловой и др.

Наряду с этим изучаются вопросы общей профессиональной психологии: исследовательские работы студентов посвящены военнослужащим, сотрудникам силовых структур, представителям экстремальных и массовых профессий – преподавателям, врачам, учителям, продавцам и т. д. Это сфера научных интересов их руководителей – Т. Н. Берг, Ю. Ю. Федотовой, О. Ю. Моисеевой, А. В. Крыловой.

В области психологии и педагогики развития широко исследуется развитие самопонимания и ответственного поступка, смысложизненных и ценностных ориентаций, интеллекта, творческого мышления на разных этапах становления личности. Не остаются вне зоны внимания и социальные процессы: изучаются особенности представителей неформальных молодежных объединений, личностные аспекты в контексте современного образовательного пространства. Такими темами руководят М.Ю. Орлова, В. И. Пузько, Н. Л. Панкова, О. В. Павловская, Н. Л. Торгунская, Н. В. Яковлева.

В последние годы все актуальнее вопросы этнопсихологии, в рамках которой проводятся кросскультурные исследования под руководством В.В.

Калиты, М.В. Долговой, М. А. Мельниковой.

Неизменен интерес к вечным вопросам материнства и семейных отношений у таких исследователей, как Н. М. Шорина, М. М. Чернышева, М.Ю. Протопопова, В. И. Пузько, Е.Г. Ушакова, Н.В. Панкова.

Круг научных интересов студентов и сотрудников Гуманитарного института не ограничивается этим кратким перечнем направлений. Изучаются вопросы психофизиологии (Л.Д.Маркиной, О.Н.Сидоровой, Л. Л. Панченко, О. Ю. Моисеева), психосоматики (И. В. Герасимова, Н. М. Шорина), экологической психологии (В.В. Калита, М.В. Долгова).

В этот сборник также вошли статьи наших магаданских коллег – сотрудников Северо-Восточного Государственного университета, с которыми нас связывает давнее и плодотворное научное сотрудничество.

ИЗУЧЕНИЕ СОЦИАЛЬНОСТИ

ПРОСТРАНСТВЕННО-ВРЕМЕННОГО АСПЕКТА

ОБРАЗА ЖИЗНИ СУБЪЕКТА ТРУДА

Бахтина Н.Н. Северо-Восточный государственный университет, Магадан

В психологии труда субъект рассматривается многими исследователями, выполнено множество работ по описанию психологических особенностей разнотипных профессионалов, профессиональной специфики образа мира и образа жизни субъекта труда, вопросов профессионального самоопределения и становления личности, мотивации выбора профессии, периодизаций развития человека как субъекта труда, формирования различных психологических систем профессиональной деятельности, совместной деятельности субъектов (М.М. Абдуллаева, О.А. Гаранина, А.Н. Губарев, Э.Ф.

Зеер, Е.А. Климов, И.Ю. Кузнецов, Б.Ф. Ломов, Н.С. Пряжников, В.П. Серкин, Ю.К. Стрелков, И.Б. Ханина, В.Д. Шадриков и др.).

В деятельностном подходе, субъект рассматривается как продукт исторического развития, а его активность связывается с особенностями деятельности людей [1]. Следовательно, и субъекта труда необходимо изучать в контексте его социальной ситуации развития, социальных связей, включенным в определенное социальное пространство.

Е.А. Климов определяет субъекта труда как «инициатора активности, зачинателя, творца в его отношениях к противостоящим ему объектам предметной и социальной среды, материального мира» [3, с. 98].

Ю.К. Стрелков отмечает, что субъект является инициатором, и одновременно основным элементом любого вида деятельности, в том числе и деятельности профессиональной. Субъект может осуществлять деятельности как параллельно, так и заниматься только одним видом деятельности достаточно долгое время. Профессиональная деятельность является одним из наиболее важных видов деятельности, осуществляемых человеком, так как огромное количество времени и энергетических затрат субъект отдает именно ей [10, 11]]. Ю.К. Стрелковым профессиональная деятельность субъекта рассматривается в динамике, с точки зрения ее пространственновременного анализа, через категории пространства и времени, в контексте реализации деятельности [11]. Таким образом, субъекта труда необходимо изучать включенным в социальное пространство-время.

Под социальным пространством субъекта труда, мы будем понимать, всю совокупность социальных (профессиональных и личных) связей и отношений, в которые включен субъект, как в процессе осуществления трудовой деятельности, так и вне ее, влияющие на процесс осуществления деятельности. Необходимо отметить, что включенность субъекта в профессиональную деятельность также оказывает влияние как на него самого, формируя профессионально специфичный образ мира [4] и профессионально специфичный образ жизни [8], так и на социальное пространство субъекта труда в целом.

Социальное пространство субъекта труда включает в себя, вопервых, собственно профессиональное социальное пространство, это пространство совместной деятельности субъекта и его коллег, а также пространство специфических ситуаций труда, куда включен субъект, и на основе анализа которых производится изучение деятельности профессионала.

То есть, как правило, эти социальные связи и отношения ограничиваются кругом выполняемых субъектом профессиональных задач. Во-вторых, личное социальное пространство, семейное и пространство значимых других, внепрофессиональное пространство. Данное пространство непосредственно не включено в профессиональную деятельность субъекта, но оказывает мощное влияние на ее реализацию.

Профессиональные социальные связи широко описаны в литературе (В.В. Давыдов, А.Л. Журавлев, Е.А. Климов, Б.Ф. Ломов, Ю.К. Стрелков, В.А. Толочек и др.). Субъект труда включается в отношения с коллегами, осуществляет совместную деятельность в процессе труда, в этом случае это «не совокупность субъектов, а именно совокупный субъект, обладающей новой системой качеств по сравнению с качествами входящих в него индивидов» [7, с. 256]. Общению принадлежит решающая роль в формировании совокупного субъекта. Именно в процессах общения осуществляется взаимный обмен информацией между индивидами, образующими рабочую группу, планирование совместной деятельности, разделение функций, их координация, взаимное стимулирование, взаимный контроль. Таким образом, совместная деятельность обладает особыми качествами, которые определяются качествами (и уровнем) ее субъекта: общение же выступает как условие и способ формирования этого субъекта [7], то есть профессиональное пространство оказывает влияние на субъект труда.





Л.Ю. Кублицкене отмечает, что «социальное время не только общее условие существования, но и результат человеческой жизни» [5]. Первые представления о времени связаны с появлением общественных отношений, именно тогда возникает необходимость определять время и соотносить во времени свои действия с действиями других, время социально.

Ю.К. Стрелков отмечает, что «время профессионально специфично …» [10, с. 137]. Время структурирует деятельность субъекта труда, и «…осуществляется через связь с другим» [10, с. 143], то есть время организует социальное пространство субъекта труда.

«Время – один из важных резервов психической организации личности, ее реализации в социуме. Профессиональная, трудовая деятельность субъекта разворачивается во времени и ограничена конкретными временными рамками – рабочим графиком» [2, с. 17-18].

В Трудовом кодексе Российской Федерации существует понятие рабочего времени, его продолжительности, а также описание режима рабочего времени субъекта труда, принятого на территории нашей страны. «Рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени» [13, с. 46].

Режим рабочего времени должен предусматривать продолжительность рабочей недели (пятидневная с двумя выходными днями, шестидневная с одним выходным днем, рабочая неделя с предоставлением выходных дней по скользящему графику, неполная рабочая неделя), работу с ненормированным рабочим днем для отдельных категорий работников, продолжительность ежедневной работы (смены), в том числе неполного рабочего дня (смены), время начала и окончания работы, время перерывов в работе, число смен в сутки, чередование рабочих и нерабочих дней, которые устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а для работников, режим рабочего времени которых отличается от общих правил, установленных у данного работодателя, - трудовым договором. Нормальная продолжительность рабочего времени не может превышать 40 часов в неделю. Работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником [13].

В соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации существует несколько вариантов режима рабочего времени, рабочего графика субъекта труда, в связи с чем, считаем возможным предложить классификацию профессий, основанием для которой является время, продолжительность включенности субъекта в процесс осуществления профессиональной деятельности.

Данная классификация профессий может быть представлена следующим образом:

1. Профессии нормированного рабочего дня с режимом работы, в соответствии с которым субъект труда исполняет свои трудовые обязанности не более 8 часов в день, рамки выполнения деятельности строго ограничены, например, с 9 часов до 18 часов, с часовым перерывом на отдых.

Рабочая неделя является пятидневной с двумя выходными днями (например, многие сотрудники бюджетных организаций).

2. Профессии ненормированного рабочего дня с особым режимом работы, в соответствии с которым отдельные работники могут по распоряжению работодателя при необходимости эпизодически привлекаться к выполнению своих трудовых функций за пределами установленной для них продолжительности рабочего времени. Перечень должностей работников с ненормированным рабочим днем устанавливается коллективным договором, соглашениями или локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников. Эти профессии зачастую связаны с необходимостью непрерывного обеспечения технологических или организационных процессов (например, работа компьютеров, конвейера, станков, организация работы по расписанию и пр.).

3. Профессии с режимом гибкого рабочего времени, где начало, окончание или общая продолжительность рабочего дня (смены) определяется по соглашению сторон. Работник обеспечивает отработку суммарного количества рабочих часов, указанных в договоре.

4. Профессии по сменной работы предполагают осуществление деятельности в две, три или четыре смены. Такой график вводится в тех случаях, когда длительность производственного процесса превышает допустимую продолжительность ежедневной работы, а также в целях непрерывного контроля за ситуацией, более эффективного использования оборудования, увеличения объема выпускаемой продукции или оказываемых услуг. При сменной работе каждая группа работников должна производить работу в течение установленной продолжительности рабочего времени в соответствии с графиком сменности.

При составлении графиков сменности работодатель учитывает мнение представительного органа работников в порядке, установленном статьями Трудового кодекса Российской Федерации для принятия локальных нормативных актов. Графики сменности, как правило, являются приложением к коллективному договору. Графики сменности доводятся до сведения работников не позднее чем за один месяц до введения их в действие. Работа в течение двух смен подряд запрещается.

5. Профессии суммированного учета рабочего времени. В тех организациях в целом или при выполнении отдельных видов работ, где не может быть соблюдена установленная для данной категории работников ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, допускается введение суммированного учета рабочего времени с тем, чтобы продолжительность рабочего времени за учетный период не превышала нормального числа рабочих часов. Например, работа вахтовым методом, сезонные работы. Учетный период не может превышать одного года.

6. Профессии, связанные с внешним (не контролируемым нормативно) циклом рабочего времени. Примерами таких временных циклов может служить работа старателей в течение всего светового дня без выходных весь промывочный сезон, работа рыбаков в путину, сельхозрабочих в уборочный период и др.

Необходимо отметить, что в рамках одной профессии существуют специализации, которые предусматривают различные временные режимы занятости субъекта труда.

В том случае, если рабочий день субъекта является нормированным или ненормированным, а также если он осуществляет трудовую деятельность в режиме гибкого графика или работает посменно, то в его социальное пространство непосредственно, практически ежедневно включены как коллеги, так и семья, друзья. В случае введения суммированного учета рабочего времени зачастую предполагается, что субъект осуществляет трудовую деятельность в определенные периоды года, например, в определенные месяцы, что предполагает оторванность от семьи, друзей, то есть «вырванность» из личного пространства субъекта. Таким образом, время структурирует профессиональную деятельность субъекта труда, определяет продолжительность включенности в то или иное социальное пространство.

Наряду с профессиональной деятельностью одной из главных сторон жизни субъекта являются семейные отношения. Однако, в процессе жизнедеятельности субъекта, определяющая социальная ситуация существенно меняется: если в молодости она включала овладение выбранной профессией и выбор спутника жизни (создание семьи), то есть была ситуацией организации, создания соответствующих сторон жизни, то в зрелости это ситуация реализации себя, полного раскрытия своего потенциала в профессиональной деятельности и семейных отношениях [6, с. 401].

Семейные социальные связи субъекта труда и реализация профессиональной деятельности тесно взаимосвязаны. Особенно ярко это проявляется при сезонном способе осуществления профессиональной деятельности.

В настоящее время проводятся исследования посвященные влиянию сезонной работы на образы жизни и образы мира членов семьи, на основе анализа изменения и перераспределения функций семьи [8]. Актуальность данного направления исследований определяется региональным компонентом. На Крайнем Северо-Востоке России в связи со специфическими климатическими характеристиками (длинная зима, короткое лето, сильные морозы, короткий период навигации и т.д.) многие виды профессиональной деятельности реализуются сезонно, например, природоохранная работа, старательский труд, геологические полевые изыскания и т.д., что определяет временную сезонную занятость субъекта труда. Специфический образ жизни субъекта, определяемый сезонностью труда, определяет специфику образа жизни семьи в целом, и, несмотря на все трудности и проблемы, как бытового, так и личностного характера, члены семьи часто привыкают к такому графику жизни.

Если члены семьи не готовы принять специфический образ жизни, определенный профессиональной деятельностью субъекта, можно предположить несколько возможных вариантов развития данной ситуации:

Уход с работы. Члены семьи, оказывая постоянное давление, вынуждают к уходу с работы, то есть данная профессиональная деятельность является меньшей ценностью для субъекта, чем семья.

Распад семьи. В данном случае, члены семьи не могут или не хотят принять специфический образ жизни, а субъект труда не может или не хочет менять работу, возникает конфликтная ситуация, которая может привести к распаду семьи.

И в том, и в другом случае субъект труда оказывается перед выбором. Давление, которое оказывают члены семьи, не может не сказаться на эмоциональном состоянии субъекта труда, а значит на реализации его профессиональной деятельности.

Таким образом, представляются весьма актуальными следующие направления исследования данной проблемы:

разработка моделей социального пространства субъектов труда, работающих по различному временному графику;

изучение совместной деятельности субъекта труда и его коллег, а также профессиональной относительности образа мира субъектов труда, работающих по различному временному графику;

изучение и сравнительный анализ образа жизни семьи, субъектов труда, работающих по различному временному графику.

Литература.

1. Абульханова-Славская К.А. Стратегия жизни. – М.: Мысль, 1991. – 299 с.

2. Гаранина О.А. К проблеме описания временных параметров образа мира профессионалов, работающих в разное время суток // Ученые записки кафедры психологии Северного международного университета. / Под ред. В.П. Серкина. Вып. 3. – Магадан: Кордис, 2003. – С. 17 – 21.

3. Климов Е.А. Введение в психологию труда. - М., МГУ, 1988. – 197 с.

4. Климов Е.А. Образ мира в разнотипных профессиях. - М.:

Изд-во МГУ, 1995. – 224 с.

5. Кублицкене Л.Ю. Организация времени личностью как показатель ее активности // Гуманистические проблемы психологической теории. – М., 1995. – с. 185-192.

6. Кулагина И.Ю., Колюцкий В.Н. Возрастная психология: полный жизненный цикл развития человека. – М.: ТЦ «Сфера», при участии «Юрайт», 2003. – 464 с.

7. Ломов Б.Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии. – М.: Наука, 1984. – 444 с.

8. Серкин В.П. Образ мира и образ жизни. – Магадан: Изд-во СМУ, 2005. – 331 с.

9. Стрелков Ю.К. Психологическое содержание операторского труда. - М.: Российское психологическое общество, 1999. - 196 с.

10. Стрелков Ю.К. Временная связность образа мира. // Ученые записки кафедры психологии Северного международного университета. /

Под ред. В.П. Серкина. Вып. 1: К 10-летию каф. (1991-2001). – Магадан:

Кордис, 2001. – С. 127-157.

11. Стрелков Ю.К. Инженерная и профессиональная психология. – М.: Издательский центр «Академия»; Высшая школа, 2001. – 360 с.

12. Стрелков Ю.К. Структуры временного опыта // Ученые записки кафедры психологии Северного международного университета. / Под ред. В.П. Серкина. Вып. 3. – Магадан: Кордис, 2003. – С. 126-141.

13. Трудовой кодекс Российской Федерации. – М.: ООО «ВИТРЭМ», 2006. - 192 с.

ОСОБЕННОСТИ САМОАКТУАЛИЗАЦИИ И САМООТНОШЕНИЯ

У СТУДЕНТОВ И МОЛОДЫХ ПРЕПОДАВАТЕЛЕЙ

–  –  –

Понятие самоактуализации охватывает всю систему жизнедеятельности индивида и особенно ярко может проявиться в деятельности, которой человек посвящает большую часть своей жизни. Самоактуализация включает в себя реализацию человеком своих способностей наряду с реализацией личностного потенциала. Эта категория подразумевает в себе непрерывное движение в направлении профессионального и личностного роста. Выбор в направлении самоактуализации, работа над собой с целью собственного развития и роста должны осуществляться человеком в каждой ситуации выбора.

Отказ от усилий по полной реализации своего потенциала, по мнению А. Маслоу и К. Роджерса неизбежно приводит человека к нервным, психическим расстройствам, чреватым «свертыванием» навсегда тех способностей, которые не используются, не развиваются. Самоактуализация и самореализация являются двумя неразрывными сторонами одного процесса, процесса развития и роста, результатом которого является человек, максимально раскрывший и использующий свой человеческий потенциал, самоактуализировавшаяся личность.

Однако в современных психологических исследованиях понятия самоактуализация и самоотношение очень часто раскрываются через понятия, которые несут иную смысловую нагрузку, например «самореализация», «самоосуществление», «самоуважение», «симпатия», «самопринятие»; а самоотношение рассматривается как структурная единица, входящая в общую систему отношений человека. Самоотношение выступает и как самостоятельный предмет изучения, как интегральное и относительно постоянное качество личности, которое может быть раскрыто только в контексте реальных жизненных отношений субъекта, «социальных ситуаций его развития» и деятельностей, за которыми стоят мотивы, связанные с реализацией субъекта как личности В отечественной психологии накоплен достаточный научноисследовательский опыт, направленный на выделение оснований, поиск механизмов развития личности как детерминант самореализации; выделяются и исследуются сферы самореализации человека в семье, профессиональной деятельности (политике, спорте, творчестве), рассматриваются гендерные характеристики, возрастной аспект самореализации. Тем не менее, анализ литературы показал недостаточную исследованность данного вопроса в период ранней взрослости.

Наше исследование посвящено проблеме изучения особенностей самоактуализации и самоотношения в период ранней взрослости студентов и преподавателей вуза, что является актуальным как в теоретическом, так и практическом смыслах.

Теоретическим основанием данной работы являются теории самоактуализации А. Маслоу и К. Роджерса, которые заключают в себе основную идею о заложенном в человеческой природе стремлении к реализации всех своих потенциальных возможностей и способностей, а так же теории самоотношения В.В. Столина и С.Р. Пантилеева, в основе которых идея о том, что в основании самоотношения лежит оценка личностью своего Я, собственных черт по отношению к мотивации, которая выражает ее потребность в самореализации.

Исследование проводилось в течение 2006 – 2007 гг. Эмпирическую базу исследования составили студенты старших курсов факультета психологии МГУ им. адм. Г.И. Невельского в возрасте от 20 до 23 лет, обучающихся по специальностям «Психология» и «Социальная педагогика». В исследовании приняло участие 107 человек, из которых 7 юношей и 100 девушек, а также преподаватели гуманитарной направленности МГУ им. адм.

Г.И. Невельского в возрасте от 23 до 35 лет, в количестве 15 человек.

Разделение респондентов на группы связано с уровнем овладения ими профессиональной деятельностью. Характеристикой группы студентов является нахождение на стадии профессиональной подготовки, овладение знаниями, умениями и навыками будущей профессии (Е.А.Климов), апробации себя в различных ролях при ориентации на свои реальные профессиональные возможности. Группа преподавателей находится на первичной стадии развития профессионала, т.е. на стадии вхождения в профессиональную деятельность, поиска личной позиции в профессиональном поле.

В соответствии с целью исследования были и нами были использованы следующие методики: «Самоактуализационный тест» (САТ), методика «Самоактуализация личности» (САМОАЛ), «Тест – опросник самоотношения» В.В. Столина (ОСО), «Методика исследования самоотношения»

С.Р. Пантилеева (МИС).

В ходе нашей работы нами были сформулированы три частные гипотезы:

существуют различия между личностными характеристиками самоактуализации и качественными признаками самоотношения (интегральное самоотношение, самоуважение) между студентами 4 и 5 курсов специальностей «Психология» и «Социальная педагогика»;

существуют различия между личностными характеристиками самоактуализации и качественными признаками самоотношения между молодыми преподавателями и студентами;

в период ранней взрослости существует взаимосвязь между процессом самоактуализации и самоотношением, которая проявляет себя на уровне личностных характеристик.

При проверке первой гипотезы полученные в ходе исследования результаты позволяют нам утверждать об отсутствии принципиальных различий между личностными характеристиками самоактуализации (гибкость поведения, ценностные ориентации, поддержка, самопринятие, креативность и др.) и качественными признаками самоотношения (интегральное самоотношение, самоуважение, саморуководство, самопонимание и др.) между студентами старших курсов специальностей «Психология» и «Социальная педагогика». Но применение метода математической статистики с использованием критериев H–Краскала-Уоллеса и U-Манна-Уитни констатирует, что для нашей выборки имеются некоторые статистически значимые различия между студентами по следующим составляющим процесса самоактуализации и самоотношения: самоуважению (САТ, ОСО), синергии (САТ), ориентации во времени (САМОАЛ), автономности (САМОАЛ) и саморуководству (ОСО), показатели которых выше на пятом курсе.

Анализ результатов исследования по методикам САТ и ОСО при проверке второй гипотезы позволяют говорить о наличие некоторых различий между студентами и молодыми преподавателями. При этом были выявлены следующие особенности процесса самоактуализации.

1) Между студентами и преподавателями наблюдаются различия в ориентации во времени и способности жить настоящим, студенты более устремлены в будущее; преподаватели более независимы в своих поступках и поведении, связанном с реализацией ценностей свойственных самоактуализирующейся личности, хотя для студентов эти ценности более актуальны.

2) И студенты, и преподаватели в равной мере осознают свои чувства и потребности, ценят и уважают свои достоинства. Но студенты более спонтанны в своем поведении и выражении своих чувств, они более склонны принимать себя целиком со всеми своими достоинствами и недостатками и более способны к установлению тесных эмоциональных контактов.

3) Для всех респондентов свойственно восприятие природы человека в целом как положительной, хотя студенты менее способны к целостному восприятию мира и человека и пониманию связанности таких противоположностей как игра – работа, телесное и духовное. В тоже время и у студентов, и у преподавателей наблюдается склонность воспринимать свои агрессивность и раздражение как естественное проявление природы человека.

4) У преподавателей в отличие от студентов развито творческое отношение к жизни, и они направлены на получение новых знаний о себе и окружающем мире.

5) Что же касается самоотношения то для преподавателей и студентов характерны позитивная самооценка и самоотношение, самоуважение, вера в собственное Я. При этом студенты более самоуверенны и проявляют больший самоинтерес, а преподаватели более чувствительны к отношению к себе окружающих.

Как итог, с учетом специфики содержания деятельности у студентов и преподавателей мы можем говорить о существовании некоторых различий между особенностями самоактуализации и самоотношения в период ранней взрослости.

Проведенный качественный анализ подтвержден с помощью критериев H–Краскала-Уоллеса и U-Манна-Уитни, в ходе которого были получены статистически значимые различия для нашей выборки по следующим аспектам самоактуализации и самоотношения: поддержка, ценностные ориентации, гибкость поведения, спонтанность, контактность, ожидание положительного отношения от других и отношение других, показатели которых выше у преподавателей.

Практическая значимость нашего исследования заключается в том, что нами были просчитаны нормы по методике САТ для нашей выборки, представленные в таблице.

–  –  –

Проведенный корреляционный анализ результатов исследования при проверке третьей гипотезы позволяет говорить о наличии взаимосвязи между процессом самоактуализации (такими личностными характеристиками как ориентация во времени, ценностные ориентации, поддержка, самопринятие, автономность, креативность) и качественными признаками самоотношения (аутосимпатия, самоуважение, саморуководство, самопонимание, самоинтерес).

Общий анализ корреляционных связей между методиками САТ и ОСО на группах студентов и преподавателей показал, что группа студентов имеет большее количество корреляционных связей между шкалами методик (общее число корреляционных связей: студенты – 32, преподаватели При этом можно выделить общие для студентов и преподавателей корреляционные связи между шкалами методик: шкала ОСО «интегральное самоотношение» и шкалы САТ «ценностные ориентации», «самоуважение»

и «самопринятие»; шкала ОСО «аутосимпатия» и шкала САТ «самоуважение»; шкала ОСО «ожидание положительного отношения от других» и шкала САТ «ценностные ориентации»; шкала ОСО «самоинтерес» и шкала САТ «креативность»; шкала ОСО «самопонимание» и шкалы САТ «ценностные ориентации», «самопринятие».

Помимо общих корреляционных связей между шкалами методик САТ и ОСО, были выявлены корреляционные связи, отсутствующие у другой группы: для студенческой выборки характерно наличие корреляционных связей для шкал ОСО «самоуверенность», «самопринятие», для преподавателей это шкалы «самоинтерес» и «самообвинение».

Одной из задач нашего исследования был подбор методического аппарата для исследования самоактуализации и самоотношения в период ранней взрослости. Использование корреляционного анализа и критериев статистической значимости дает основание считать, что для нашего исследования наиболее чувствительными методиками являются «Самоактуализационный тест» (САТ), и «Тест-опросник самоотношения» В.В. Столина (ОСО), чем методики «Самоактуализация личности» (САМОАЛ) и «Методика исследования самоотношения» С.Р. Пантилеева (МИС), созданные на базе первых и являющиеся их аналогами.

Исходя из цели и задач данной работы, исследование носило пилотажный характер и не претендует на полноту. Для получения более достоверных результатов в дальнейшем необходимо увеличить экспериментальную выборку, в частности – количество преподавателей. Возможно использование дополнительных методик, направленных на изучение ценностных ориентаций, изучить гендерные особенности самоактуализации и самоотношения, провести факторный анализ полученных данных.

ЛИЧНОСТНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ С РАЗНЫМИ

ОРИЕНТАЦИЯМИ ДЕВИАНТНОГО ПОВЕДЕНИЯ

–  –  –

Современный этап исторического развития российского общества характеризуется реформированием основ государственного устройства и управления, осуществлением масштабной переоценки национальных ценностей и мировоззренческих установок, согласованием интересов личности, общества и государства, изменением подходов к обеспечению национальной безопасности страны. В настоящее время в российскую армию призываются граждане, имеющие различные отклонения в поведении, в воинские части прибывает все большее число молодых людей, имеющих негативную мотивацию по отношению к службе и исполнению воинского долга. Такие военнослужащие чаще всего имеют затруднения в адаптации к условиям военной службы, являются источником неуставных форм отношений.

Анализ литература по данной проблеме свидетельствует о том, что в настоящее время существует множество концепций отклоняющегося поведения, но они скорее не противоречат друг другу, а гармонично дополняют, освещая данное явление с разных сторон. Основными видами девиантного поведения военнослужащих являются: самовольное оставление части, антиобщественные насильственные и корыстные действия (драки, кражи, порча и уничтожение имущества, вымогательство, спекуляция и т. д.), уклонение от выполнения воинского долга, учебной и трудовой деятельности, неуставные взаимоотношения, различные сексуальные девиации, аддиктивное и суицидальное поведение и др. [4]. Часто в девиантном поведении военнослужащего присутствует не один вид девиаций, а целое сочетание, которое может носить как индивидуальный, так и групповой характер.

Период прохождения военной службы по призыву у молодых людей совпадает с периодом юности, который представляет собой группу повышенного риска проявления девиантного поведения, так как продолжают сказываться внутренние трудности переходного возраста, а также существует неопределенность социального положения. Ответственные и сложные задачи, стоящие перед юношей в этом периоде, при неблагоприятных общественных условиях могут приводить к острым психологическим конфликтам и глубоким переживаниям, к кризисному протеканию юности, а также к разнообразным отклонениям в поведении от предписываемых общественных норм. Военная служба является сложной во многих отношениях.

Девиантное поведение может возникнуть вследствие неблагоприятных условий военно-профессиональной деятельности.

В условиях морально-психологической нестабильности общества естественным образом неблагоприятно отражается и на жизнедеятельности воинских коллективов. При анализе конкретных девиантных поступков необходимо попытаться четко разграничить, являются ли отклонения в поведении признаком психической патологии или же отражают психологические особенности молодого возраста, дефекты воспитания, или обусловлены чисто ситуационными моментами[2;4].

Ряд авторов выделяют следующие ориентации отклонений в поведении военнослужащих: корыстная (хищения, кражи, перекладывание на сослуживцев своих служебных обязанностей), агрессивная (оскорбления, посягательство на личное достоинство военнослужащих и их здоровье, демонстрация силы, враждебность) и социально-пассивная (систематическое уклонение от выполнения служебных обязанностей, отчужденность и крайняя замкнутость) [1].

В связи с вышесказанным, гипотезой нашего исследования явилось предположение о том, что военнослужащие, имеющие разные ориентации отклонений в поведении, имеют разные личностные свойства.

Объектом исследования выступили военнослужащие одной из воинских частей, в количестве 15 человек: 7 человек с агрессивной направленностью, 4 с корыстной и 4 с социально-пассивной.

Для изучения личностных свойств военнослужащих были использованы следующие методики: «Многофакторный личностный опросник Кеттелла» (форма С); «Характерологический опросник Г. Шмишека»;

«Оценка агрессивности в отношениях» (А. Ассингер); «Тест руки Вагнера»

(Hand test).

Процедура исследования включала в себя 3 этапа. На 1 этапе исследования на основании беседы с заместителем по воспитательной работе, его рекомендаций и анализа документов была сформирована группа для эмпирического исследования. Целью 2 этапа было проведение исследования, анализ и интерпретация полученных результатов. Цель 3 этапа - на основании полученных результатов разработать рекомендации для работы с данной группой военнослужащих.

На основании беседы с заместителем командира по воспитательной работе и записей в журнале учета грубых дисциплинарных проступков была выделена группа -15 военнослужащих с девиациями в поведении. Из этих военнослужащих корыстная ориентация у 4 человек (воровство, мошенничество), агрессивная - у 7 человек (участие в драках, оскорбления и унижения сослуживцев, враждебность), социально-пассивная – у 4 военнослужащих (уклонение от выполнения служебных обязанностей, халатное отношение к несению боевого дежурства, невыполнение приказов).

Далее изучались и анализировались следующие документы: карта профессионально-психологического отбора, характеристики с места учебы или работы, справки из УВД. Анализ проводился по критериям: условия воспитания; образование; наличие девиаций до призыва.

Анализ документов показал, что 9 военнослужащих из 15 воспитывались в полной семье, 5-ть в неполной семье, один военнослужащий рос и воспитывался без родителей (сирота). В группе только два военнослужащих жили и воспитывались в благоприятных условиях, со стабильным материальным достатком, остальные имели тяжелые жилищно-бытовые условия и плохие взаимоотношения в семье. Средне-специальное или среднее образование имеют почти все респонденты. Из всей группы, 9 человек до призыва проявляли такие виды девиаций в поведении как: хулиганство, кражи побеги из дома, неоднократное нарушение учебной дисциплины, употребление наркотических веществ, систематическое употребление алкоголя.

Анализ и интерпретация полученных результатов проводился сначала общий для всей группы военнослужащих, т.е. для 15 респондентов с разными девиациями в поведении, а затем анализировались результаты отдельно по группам.

В результате проведенного эмпирического исследования, а также интерпретации полученных данных, было выявлено, что для группы военнослужащих с девиантным поведением характерен высокий уровень агрессивности. Взрывы агрессивности носят скорее разрушительный, чем конструктивный характер. Они не испытывают страха перед ответной агрессией со стороны окружающих. Респонденты стараются разнообразными способами оказывать влияние на окружающих, им нравиться ощущать чувство превосходства по отношению к другим людям, а также стараются извлечь выгоду из других. Они не желают предлагать помощь людям, а также не ищут поддержки со стороны других и не ждут, что другие люди «должны им» свое время и внимание. Отношение к людям заключается в том, что другие должны согласиться с их мнением (методики «Оценка агрессивности в отношениях» А. Ассингер, «Hand test») Для военнослужащих этой группы характерна склонность к непродуманным поступкам и ожесточенным дискуссиям. Скорее всего, они демонстрируют пренебрежительное отношение к людям и своим поведением провоцируют конфликтные ситуации, которых вполне могли бы избежать.

Поведение военнослужащих этой группы характеризуется так же демонстративностью, легкомысленностью и поверхностностью. Данная группа недостаточно управляема, у нее ослаблен контроль над влечениями и побуждениями. Большинство испытуемых имеют слабую волю и низкий самоконтроль. Для них характерна повышенная импульсивность, инстинктивность. Склонность к аморальным поступкам и повышенной раздражительности. Недостаточно серьезно относятся к своим обязанностям (методика «Характерологический опросник Г. Шмишека»).

Анализ результатов исследования по методике 16-ФЛО свидетельствует о том, что для военнослужащих этой группы свойственна конкретность мышления и низкая обучаемость. Они склонны к непостоянству, легко бросают начатое дело, ленивы, недобросовестны, не прилагают усилий к выполнению общественных требований и культурных норм, презрительно относятся к моральным ценностям. Для военнослужащих данной группы характерна жестокость и черствость по отношению к окружающим. К людям подходят с предубеждением и настороженно. Их деятельность неупорядочена, хаотична. Они часто теряются, действуют неравномерно, безалаберно, не умеют организовать свое время и порядок выполнения дел. Часто оставляют дело незаконченным, чтобы без достаточного обдумывания взяться за что-то другое. Для группы характерна так же самоуверенность и суровость. С самого начала подходят к людям с предубеждением, настороженно, во всем ищут тайну. Эти военнослужащие ждут от всех подвоха, никому не доверяют, считают своих друзей способными на нечестность, неоткровенны с ними. В коллективе они держатся обособленно, пекутся только о себе, завидуют успехам других людей, считают, что их недооценивают, уделяют мало внимания оценке их достижений. В отношениях настойчивы, раздражительны, не терпят конкуренции, скептически относятся к моральным ценностям. Испытывают трудности в установление межличностных контактов, они не интересуются жизнью окружающих, чуждаются людей, формальны в контактах, предпочитают «общаться» с книгами и вещами, склонны к излишней строгости в оценке окружающих (методика «Многофакторный личностный опросник Р.Кеттелла»)[3].

Некоторые авторы (Анисимов В. М., Боенко А. В., Беловодский В. А.

и др.) [1] разделяют девиации по своей направленности на корыстную (хищения, кражи, перекладывание на сослуживцев своих служебных обязанностей), агрессивную (оскорбления, посягательство на личное достоинство военнослужащих и их здоровье, демонстрация силы, враждебность) и социально-пассивную (систематическое уклонение от выполнения служебных обязанностей, отчужденность и крайняя замкнутость). В соответствии с этим разделением группа военнослужащих из 15 человек поделилась на три, соответственно указанным авторами ориентаций. Следующий этап исследования заключался в описании личностных свойств военнослужащих с разными направлениями девиаций.

По результатам сравнительного анализа групп с корыстной, агрессивной и социально-пассивной ориентацией девиаций выявлено, что группы практически не имеют различия в уровне агрессивности.

Группа военнослужащих с корыстной ориентацией девиаций имеет высокий уровень агрессивности. Испытуемые долго приспосабливаются к социальной среде из-за своего нежелания учитывать мнение окружающих. Характерно неумение выстраивать близкие и доверительные отношения. Низкая социальная восприимчивость и чувствительность. Для группы характерен застревающий тип акцентуации. Эти респонденты характеризуются неразговорчивостью и склонностью к нравоучениям. Они часто страдают от мнимой несправедливости по отношению к нему. В связи с этим часто проявляют настороженность и недоверчивость по отношению к людям. Военнослужащие чувствительны к обидам и огорчениям, уязвимы, подозрительны. Респонденты неспособны контролировать эмоции и импульсивные влечения, особенно сложно им выразить их в социальнодопустимой форме. Низкий эмоциональный контроль, отсутствие чувства ответственности, капризность, уклонение от реальности. В своих интересах часто неустойчивы. У респондентов практически отсутствует чувство вины и раскаяния. Военнослужащие удовлетворены любым положением дел, не стремятся к достижениям и переменам. Бывают излишне критичны к себе.

В группе с агрессивной ориентацией девиаций у военнослужащих наблюдается высокая вероятность проявления агрессии в поведении. Нежелание учитывать мнение окружающих. Низкий уровень страха перед ответной агрессией. Не развиты коммуникативные навыки, имеют сложности в общении на деловом уровне. Для этих респондентов характерен возбудимый и гипертимный типы акцентуации. Им свойственна недостаточная управляемость и слабый контроль над влечениями и побуждениями, которые сочетаются с властью физиологических влечений. Для них характерна так же повышенная импульсивность, инстинктивность. Такие военнослужащие часто провоцируют трения и конфликты в коллективе, стремясь занять лидерские позиции.

Характер респондентов отличается раздражительностью и вспыльчивостью. Поведение характеризуется легкомысленностью и поверхностностью. Большое стремление к самостоятельности может служить источником конфликтов. Склонность к аморальным поступкам и повышенной раздражительности. Эти военнослужащие трудно переносят условия жесткой дисциплины. Респонденты с самого начала подходят к людям с предубеждением, настороженно, во всем ищут тайну, ждут от всех подвоха, никому не доверяют. В отношениях - настойчивы, раздражительны, не терпят конкуренции, скептически относятся к моральным ценностям. Военнослужащие часто переоценивают свои возможности. Излишне самоуверенные и довольные собой.

В группе с социально-пассивной ориентацией девиаций у военнослужащих в поведении так же, может проявляется агрессия. Для этой группы военнослужащих характерна эмоциональная черствость, неумение выстраивать доверительные отношения. Проявляется чрезмерное и необоснованное опасение за свое здоровье. Преобладает возбудимый и демонстративный тип акцентуации. Недостаточная управляемость и ослабление контроля над влечениями и побуждениями. Характерна повышенная импульсивность, инстинктивность. Наблюдается склонность к хамству, брани, угрюмость и гневливости. Скорее всего, существуют проблемы в коллективе из-за неуживчивости. Характер отличается раздражительностью и вспыльчивостью. Часто проявляют властность, повышенную требовательность к окружающим. Поведение характеризуется демонстративностью и живостью.

Для респондентов всех трех групп характерна склонность к непостоянству. Они подвержены влиянию чувств и обстоятельств. Легко бросают начатое дело. Часто бывают ленивыми и недобросовестными. Для них характерна неорганизованность и безответственность. Не прилагают усилий к выполнению общественных требований и культурных норм. Ради собственной выгоды способны на нечестность или обман. Для респондентов групп с социально-пассивной и корыстной ориентацией характерен консерватизм и ригидность. Они не любят перемены в жизни. Респонденты зависимы от настроения. Имеют слабую волю и плохой самоконтроль (особенно над желаниями). Деятельность неупорядочена и хаотична.

Таким образом, группа военнослужащих с девиациями в поведении требует тщательного контроля со стороны офицерского состава. В работе с военнослужащими целесообразно провести курс занятий, посвященных проблеме девиаций и их последствиям. Необходимо расширить компетенцию военнослужащих в таких важных областях, как культура межличностных отношений, технология общения, способы преодоления стрессовых ситуаций, конфликтология. Также необходимы лекции, семинары, социально-психологических тренинги с младшими командирами и офицерами по обучению их практике психологической работы с данной группой военнослужащих.

Для военнослужащих с девиациями в поведении необходимо организовать и провести тренинги личностного роста с элементами коррекции отдельных личностных особенностей и форм поведения, включающих формирование и развитие навыков работы над собой. Необходимо формирование и функционирование групп социального и профессионального становления молодого пополнения - боевого наставничества. Возможно проведение целевых опросов военнослужащих.

При проведении психолого-педагогической, воспитательнокоррекционной работы с этими военнослужащими, необходимо соблюдение принципа ориентации на позитивное в поведении и характере военнослужащего. Этот принцип предполагает, что офицер должен видеть в военнослужащем, прежде всего лучшее и опираться на это лучшее в своей работе с ним. Психолого-педагогическая работа может быть как в индивидуальной форме, так и в групповой.

Литература

1. Введение в профессию (Учебно-методическое пособие для войсковых психологов). / под ред. В.М. Анисимова, А.В. Боенко и др. – М., 1992 – 406 с.

2. Змановская Е.В. Девиантология: (Психология отклоняющегося поведения): Учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений. – 3-е изд., испр. и доп. – М.: Академия, 2006. – 288 с.

3. Моисеева О.Ю. Психодиагностика индивидуальных особенностей личности. Часть 2. Психодиагностика характера: Учебное –методическое пособие. – Владивосток: Мор. гос. ун-т, 2007. – 253с.

4. Сыромятников И.В., айка В.Г. Психология девиантного поведения военнослужащих и его профилактика (Учебное пособие). – М.: ВУ, 2001. – 185 с.

ФОРМАЛЬНОЕ И НЕФОРМАЛЬНОЕ ЛИДЕРСТВО

В ВОИНСКИХ ПОДРАЗДЕЛЕНИЯХ

–  –  –

Как известно, Военно-морской Флот и другие силовые структуры Российской Федерации в силу специфики решаемых ими задач имеют разветвленную, иерархическую структуру. Все они являются малыми социальными структурами и характеризуются тем, что составляющие их люди живут и действуют в сфере непосредственных военно-профессиональных и межличностных контактов. Они взаимодействуют при решении служебных, вахтенных и боевых задач, в социально - бытовой и других сферах функционирования подразделений. Взаимоотношения между военнослужащими являются центральным компонентом психологии воинского коллектива.

Именно на их основе складываются и проявляются многие другие социально-психологические феномены как положительной, так и отрицательной направленности. Следует иметь в виду, что взаимоотношения, складывающиеся между военнослужащими в процессе их совместной военнопрофессиональной деятельности, (межличностные отношения) являются элементом более сложной структуры социальных отношений.

Весьма важным социально-психологическим явлением воинского подразделения выступает лидерство в воинском коллективе. Считается, что лидерство - это способность оказывать влияние, как на отдельную личность, так и на группу, направляя их усилия на достижение поставленных целей. Это естественный социально-психологический процесс, построенный на влиянии личного авторитета человека на поведение всех членов группы или определенной ее части. При этом под влиянием понимаются такие действия человека, которые вносят изменения в поведение, отношения и чувства другого человека. Его можно оказывать через идеи, устное и письменное слово, внушение, убеждение, эмоциональное заражение, принуждение, личный авторитет или пример. Любая группа, решающая значимую для нее проблему, всегда выдвигает для ее решения лидера, которого можно определить как личность, способную объединять людей ради достижения какой-либо цели [1]. Следовательно, понятие "лидер" приобретает значение лишь вместе с понятием "цель". К тому же его неотъемлемым свойством всегда выступает наличие хотя бы одного последователя. Подходит ли тот или иной член группы для роли лидера, зависит прежде от признания за ним другими подчиненными качеств превосходства, внушающих им веру в него и побуждающих признать его влияние на себя [2].

Вместе с тем, военное руководство и психологи сталкиваются в подразделениях с тем, что лидеры, изначально выдвинутые «снизу» кандидатами на должности младших командиров, и затем по результатам профессионального психологического отбора рекомендованные для назначения на эти должности, оказываются неэффективными в профессиональной деятельности (подчиненные не признают их превосходства и не считают лидерами).

Исходя из этого, гипотезой исследования является предположение о том, что в воинских подразделениях существует сложная модель лидерства, которая включает в себя как формальных лидеров с официальным статусом, так и неформальных, выдвинутых «снизу». Неформальные лидеры имеют отрицательную направленность в своей деятельности и могут замещать функции формальных лидеров.

Целью данного исследования являлось изучение социальнопсихологических характеристик формальных и неформальных лидеров в воинских подразделениях ТОВМИ им. Макарова.

Объектом исследования выступили 2 взвода курсантов 3 курса ТОВМИ им. С.О. Макарова. Всего 58 человек. А так же 10 курсантов с официальным статусом формального лидера (мл. командир) и 3 неформальных лидера, выдвинутых «снизу».

Методики используемые, в данном исследовании: Опросник межличностных отношений (ОМО) А.Анцупова, проективная социометрическая методика «Джунгли», социометрия, экспертная оценка.

Исследование состояло из трех этапов.

На первом этапе исследования были предоставлены списки курсантов, которые назначены на должности младших командиров (формальных лидеров), приказом начальника института, по результатам ППО. Данные и критерии, по которым назначались курсанты на эти должности, представлены нам для исследования не были т.к. являются закрытыми т.е. только для служебного пользования. Но со слов заместителя командира по воспитательной работе, они все (10 кандидатов) были рекомендованы группой профессионального психологического отбора на эти должности. Далее для подтверждения или опровержения нашей гипотезы мы решили выяснить, существуют ли в подразделении, помимо формальных лидеров, которые были назначены на должности младших командиров приказом начальника института по результатам ППО и неформальные лидеры, а так же характер отношений группы к этим лидерам.

Цель первого этапа состояла в определении социальнопсихологического статуса младших командиров (формальных лидеров) в вверенных им подразделениях, а так же выявление неформальных лидеров подразделениях.

На этом этапе использовался социометрический опрос и проективная социометрическая методика «Джунгли».

Из результатов проведенного социометрического опроса следует, что в группе существуют так называемые «неформальные» лидеры, которые набрали наибольшее количество выборов. Формальные лидеры, которые были назначены на должности младших командиров, имеют в два раза меньше количество выборов, чем неформальные (формальные -21 выбор, сред. показатель, неформальные сред.-45). Так же в группе имеется «изолянт», т.е. он никого не выбирает, и его никто из членов группы не выбирает.

Далее, исходя, из цели первого этапа исследования нами были подсчитаны персональные социометрические индексы формальных лидеров и вновь выявленных (неформальных) лидеров. Исследования показали нам, что неформальные лидеры обладают наиболее высокими положительными индексами (сред-0,71), чем формальные лидеры (сред.-0,24), т.е. те которые являются младшими командирами (старшинами).

С целью подтверждения социометрических данных и получения социально-психологических характеристик формальных и неформальных лидеров была использована социометрическая проективная методика «Джунгли».

По результатам анонимной социометрической методики можно сказать, что в группе мл. командиров присутствуют лидеры с разными социально-психологическими характеристиками и направленностью. Так в группе имеется три бесспорных лидера – они получили статус - «медведь», курсанты подразделения наделяют их положительными качествами лидера, признают их власть, и считают, что они являются защитниками объектов неуставных отношений. Также выявлены сомнительные персонажи (3 курсанта), с низким социометрическим статусом (по результаты социометрии) и получившие статус «оленя». В этой социальной иерархии существуют два курсанта «попугая»- демонстранта, которые могут быть в зависимости от их социометрического статуса либо идеологическими помощниками отрицательного лидера, либо эмоционально-положительными лидерами. Далее в группе имеются эксперты «совы», к мнению которых прислушиваются большинство военнослужащих коллектива, обычно они являются «правой рукой» лидера.

Результаты исследования в группе неформальных лидеров, свидетельствуют о том, что все три курсанта являются отрицательными лидерами. Один курсант получил статус « жалящей изподтишка змеи». Исходя из интерпретации данной методики, он является в группе «серым кардиналом», осторожным и аморальным, который на глазах у командования добросовестный, а в отсутствии офицеров может устанавливать свои негативные порядки в подразделении. Так же среди неформальных лидеров имеются военнослужащие (два отрицательных лидера), которые получили статус «волк» и «крыса» и могут являться либо инициаторами, либо источниками неуставных отношений.

Подводя итоги первого этапа исследования можно сказать, что по результатам социометрического опроса, социометрический статус младших командиров (формальных лидеров), назначенных приказом начальника института по результатам ППО, на порядок ниже, чем у неформальных лидеров.

Кроме этого мл. командиры (старшины) являясь формальными лидерами с официальным статусом, представляют собой группу в которой есть три бесспорных положительных лидера, его помощник, эксперт. В ней так же обнаружены старшины, имеющие низкий социометрический статус и сомнительный социальный статус «оленя» и которые предположительно могут сами являться объектами неуставных отношений.

В группе же неформальных лидеров, выдвинутых «снизу», присутствуют лица с отрицательной направленностью, осторожные и аморальные, которые на глазах у командования - добросовестные, а в отсутствии офицеров могут устанавливать свои негативные порядки в подразделении. Также среди неформальных лидеров имеются военнослужащие, которые могут являться либо инициаторами, либо источниками неуставных отношений.

Целью второго этапа исследования было изучение характера межличностных отношений в подразделении. На этом этапе использовался «Опросник межличностных отношений» (ОМО) А. Анцупова.

Анализ межличностных отношений проводился по результатам трех шкал: включение, контроль, аффект.

Результаты исследования свидетельствуют о том, что показателями в группе формальных лидеров являются:

низкий уровень «включения», т.е. испытуемые имеют тенденцию общаться с малым количеством людей;

высокий уровень «аффекта», а именно, могут без разбора устанавливать близкие эмоциональные отношения;

пограничный уровень «контроля», т.е. могут иметь тенденцию менять свое поведение в зависимости от ситуации (могут брать на себя ответственность и принимать контроль над собой, а могут, и нет).

Преобладающими результатами в группе неформальных лидеров являются: высокий уровень «включения», т.е. испытуемые чувствуют себя хорошо среди людей, и имеют тенденцию их искать. Низкий уровень «аффекта», т.е. испытуемые очень осторожны при выборе лиц, с которыми создают глубокие эмоциональные отношения. По показателю «контроль», преобладающих результатов нет.

На третьем этапе в исследовании приняли участие командиры-4ого и 5-ого взводов и офицер воспитатель.

Цель этого этапа в определении эффективности военнопрофессиональной деятельности у формальных и неформальных лидеров.

На этом этапе проводилась экспертная оценка «военно-профессиональной деятельности», «поведения в воинском коллективе», «личностных качеств военнослужащего».

В роли экспертов выступали: офицер-воспитатель и командиры взводов. Экспертам предлагалось оценить успешность профессиональной деятельности и некоторые качества, влияющие на успешность деятельности по 7-бальной шкале. Оцениваемые качества: военно-профессиональная деятельность, поведение в воинском коллективе, личностные качества военнослужащего.

Полученные данные в группе формальных лидеров и неформальных лидеров свидетельствуют о том, что эксперты дают высокую оценку (7-5б) по шкале «военно-профессиональная деятельность» всем членам групп. Следовательно, можно сказать, что такие качества как уровень военной и физической подготовки, работоспособность, устойчивость к длительной однообразной деятельности, способность сохранять самообладание в аварийной ситуации, успеваемость, ответственность за порученное дело, воинская дисциплина и трудовая дисциплина выражены у всех членов групп.

По шкале «поведение в воинском коллективе» в группе формальных лидеров четыре курсанта имеют высокие показатели (7-5б), в группе неформальных лидеров один. Следовательно, можно сказать, что лидерские и организаторские способности, умение подчиняться, способность поднимать настроение членов коллектива и способность оказать реальную помощь в трудных личностных ситуациях у них выражены достаточно. У остальных членов по этой шкале имеются низкие показатели (4-3б) т.е. они у них выражены слабо.

По шкале «личностные качества» в группе формальных лидеров у всех курсантов эти показатели снижены (3-4б.).

То есть такие качества как:

дисциплинированность, стремление к лидерству, ответственность и бесконфликтность не выражены. Они имеют так же, низкую мотивацию к службе, не выраженные волевые качества, а так же у них слабо выражено трудолюбие. Не сформировано чувство коллективизма. Они могут быть не уравновешенными, плохо сдерживают свои эмоции. Присутствует слабая активность и инициативность, а также отсутствует объективность. Лишь только такие качества как точность, пунктуальность и организованность, по мнению экспертов, выражены у всех членов исследуемой группы.

В группе неформальных лидеров курсант со статусом «змея» получил низкие показатели (4-3б) по школе «личностные качества военнослужащего». Эксперты считают, что у этого курсанта низкая дисциплинированность, ответственность, он не всегда соблюдает уставные нормы и требования. У курсанта со статусом «крыса» такие качества как организованность, ответственность, добросовестность и доброжелательность выражены слабо. Остальные качества, представленные в этой школе, у всех членов группы, по мнению экспертов, выражены хорошо.

В заключении можно отметить, что в группе неформальных лидеров степень выраженности личностных качеств выше, чем у формальных.

А так же, неформальный (отрицательный) лидер «волк», получил высокие показатели по всем шкалам, и по мнению экспертов соответствует всем требованиям предъявляемым к формальным (положительным) лидерам.

В заключении хочется сказать, что проведенное исследование обнаружило сложную модель лидерства, которая включает в себя как формальных лидеров, так и неформальных. В первом случае влияние исходит из официального положения в организационной структуре подразделения, а во втором – из признания военнослужащими личного превосходства одного из них. Неформальный лидер выдвигается "снизу", а формальный (например, командир или начальник) назначается официально для управления подразделением.

Феномен «двойного лидерства», требует дополнительного теоретического осмысления и глубоких эмпирических исследований. Также в результате проведенных исследований установлено, что профессионально психологический отбор на должности младших командиров (формальных лидеров), проводимый по существующим методикам показал низкую его эффективность, что говорит о необходимости внесения в них изменений, или разработке новых.

Литература.

1. Калюжный А.С. Практикум по психологии и педагогике. Часть III:

Изучение воинского коллектива / А.С.Калюжный, А.С. – Н.Новгород: ВМИ ФПС РФ, 2002. – 16 с.

2. Маклаков, А.Г. Военная психология /- Маклаков, А.Г СПб,2005. – 345с.

3. Парыгин, Б.Д. Основы социально-психологической теории./ Парыгин, Б.Д. - М.: Мысль, 1976. – 145 с.

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ЗАЩИТА У ЛЮДЕЙ,

ПОЛУЧИВШИХ ФИЗИЧЕСКУЮ ТРАВМУ

–  –  –

Наряду с болезнями, физические травмы также непосредственно наносят урон телу, принося физические и психологические страдания. По статистике смерть в результате травмы стоит на четвертом месте после смерти от заболеваний. В психологии принято говорить о несчастном случае, под которым понимают внезапное внешнее происшествие, которое наряду с причинением материального ущерба может оказать влияние на здоровье человека, поставить под угрозу его жизнь [6]. Современная психиатрия утверждает, что большая часть несчастных случаев происходит вовсе не случайно; причиной их является преимущественно предрасположенность самих жертв.

По данным Studt (1986), 80–90% несчастных случаев, происшедших по вине самих пострадавших, приходятся на небольшую группу людей (3–4%), которые особенно подвержены риску попадания в подобные экстремальные ситуации [6].

Все это обуславливает актуальность изучения психологического статуса, а именно, видов психологических защит у субъектов, перенесших физическую травму.

Цель работы: выявить виды психологической защиты у людей, получивших физическую травму.

Ф. Данбар, Ф. Александер, Н. Пезешкиан, Д. Ингел, Д. Макдугалл, развивавшие псхосоматическое направление, рассматривают психосоматические реакции как регрессию к более примитивным формам отношений между душой и телом [1, 4, 6]. Влияние образа тела на возникновение психосоматических заболеваний изучали М. Фельденкрайз, А. В. Коростелина, В.С. Мухина, А. Ш. Тхостов.

В классическом психоанализе (З. Фрейд) [9] считается, что в основе формирования различных способов психологических защит лежит процесс вытеснения.

Н. Мак-Вильямс, Л.Р. Гребенников, Р. Плутчик психологические защиты подразделяют на примитивные, связанные с довербальной стадией развития (изоляция, отрицание, всемогущий контроль, проекция, интроекция, проективная идентификация и др.) и защиты более высокого порядка (вытеснение, изоляция, интеллектуализация, рационализация, замещение, реактивные образования, сублимация и др.) [7].

Ф. Данбар, Ф. Александер отмечают, что склонные к физическим травмам люди обладают такими свойствами, как импульсивность, неорганизованность, склонность к риску, к самонаказанию и страданию, неосмотрительность, агрессивность. Их подсознательные мотивы по Н.П. Фетискину - желание избежать ответственности, получить заботу, внимание и даже желание материальной компенсации.

Склонность к несчастным случаям рассматривается как «непрямое саморазрушающее поведение», подсознательное стремление к самоубийству (К. Меннингер) [5]. Страдания - как метод достижения определенных целей (К. Хорни).

Д. Макдугалл [4] относила склонность к несчастным случаям к психосоматическим феноменам. Она выдвинула гипотезу, что телесные симптомы являются архаичными, довербальными способами защиты психики.

В результате анализа литературы выдвинуты следующие гипотезы:

У пострадавших в результате несчастного случая преобладают защитные механизмы, относящиеся к первичным (примитивным) способам защиты.

Люди, имеющие склонность к физическим травмам не удовлетворенны своим телом или его частями. Место физической травмы пострадавшие воспринимают как неудовлетворяющее.

Значительная часть лиц с физической травмой имеет высокую склонность к риску.

Данная работа базируется на принципах психоанализа, которые развивали Р. Плутчик, Д. Макдугалл, Р. Курц, С. Волински, А. В. Минченков, а учитываются воззрения Ф. Перлза и Дж. Кришнамурти.

Теоретический объект исследования – особенности личности.

Предмет исследования - психологические защиты.

Эмпирический объект исследования - люди, получившие физическую травму в результате несчастного случая и находящиеся на лечении в стационарных условиях. Возраст респондентов от 25 до 55 лет (средний возраст 37 лет). В исследовании приняли участие 10 человек, находящиеся на лечении в хирургическом отделении районной больницы п. Хороль и 10 человек, находящиеся на лечении в травматологическом отделении больницы г. Владивостока. Из них 10 мужчин и 10 женщин.

В работе применялись психодиагностические эмпирические методы (беседа и тесты). Это опросник «Диагностика типологий психологической защиты» (Р. Плутчик в адаптации Л.И. Вассермана, О. Ф. Ерышева, Е. Б.

Клубовой и др.), методики «Диагностика уровня личностной готовности к риску Шуберта» и «Цветоуказание на неудовлетворенность собственным телом» (САРТ).

Анализ полученных данных выявил следующие тенденции:

В общей выборке ведущими типами защит являются отрицание, вытеснение, реактивные образования и регрессия (рис.1). Отрицание и регрессию относят к примитивным защитам.

Также респонденты используют вытеснение и реактивные образования (защиты второго порядка). Гипотеза о том, что данная категория лиц использует примитивные способы защит, подтверждается частично.

У женщин ведущие механизмы - отрицание (8 человек), регрессия (7 человек) и реактивные образования (6 человек) (рис. 2).

–  –  –

Шкалы психологических защит:

1 – отрицание, 2 – вытеснение, 3 – регрессия, 4 – компенсация, 5 – проекции, 6 – замещение, 7 – интеллектуализация, 8 – реактивные образования.

Рис. 1. Сравнение количества исследуемых с активностью психологических защит выше и ниже среднего значений.

–  –  –

Шкалы психологических защит:

1 – отрицание, 2 – вытеснение, 3 – регрессия, 4 – компенсация, 5 – проекции, 6 – замещение, 7 – интеллектуализация, 8 – реактивные образования.

Рис. 3. Активность психологических защит выше/ниже среднего значений у мужчин.

Женщины чаще, чем мужчины прибегают к использованию примитивных защитных механизмов.

Все не травмированные ранее женщины больше тяготеют к использованию регрессии и компенсации, а имевшие травмы ранее – к использованию интеллектуализации и проекции. У редко травмирующихся мужчин напряженность защит ниже среднего. У мужчин часто получающих травмы активность защит выше среднего по шкалам отрицания, вытеснение и реактивные образования.

Сопутствующие тенденции: чем старше респондент, тем выше активность защит. Возможно, активность защит с возрастом повышается.

Большая часть респондентов (13 человек) удовлетворены большей частью своего тела ( 50%). В целом, мужчины больше удовлетворены своим телом, чем женщины.

Женщины выделяют больше зон тела с разной степенью удовлетворенностью ими, чем мужчины. Мужчины склонны оценивать свое тело «в целом», в основном это мужчины, имеющие многократный опыт травм. Один из основных их способов защиты - отрицание в сочетании с другими способами.

Большая часть респондентов (15 человек) не обозначили свое отношение к месту травмы.

Женщины, травмированные впервые, более удовлетворены своим телом, чем женщины в прошлом имевшие травмы.

То есть гипотеза о том, что люди, имеющие склонность к физическим травмам не удовлетворенны своим телом или его частями верна для женщин, склонных к травмам. Гипотеза, о том, что место физической травмы пострадавшие воспринимают как неудовлетворяющее не подтверждается.

Вероятно, функционирование психологической защиты ведет к не осознанию места травмы.

Разброс показателей по шкале риска оказался довольно широким, есть средние и крайние проявления. В исследуемой группе люди, склонные к риску (2 мужчин) и слишком осторожные (2 женщины), а также имеющие средние показатели (2 женщины и 5 мужчин). Женщины менее склонны к риску, чем мужчины (рис.4).

–  –  –

Уровень риска:

1 – слишком осторожны, 2 – довольно осторожны, 3 – средний уровень осторожности, 4 – не очень осторожны, 5 – склонны к риску Рис. 4. Результаты по методике «Диагностика уровня личностной готовности к риску» Шуберта по гендерному признаку Среди женщин, получивших травмы неоднократно, больше тех, кто довольно осторожен. Среди часто травмирующихся мужчин больше тех, кто склонен рисковать. Возможно, излишняя осторожность женщин приводит как раз к обратному, к увеличению вероятности травм. А склонность рисковать у мужчин, приводит их к травмам.

Мужчины более склонны к травмированию, чем женщины, в то же время женщины чаще используют регрессию, переходя на более раннюю стадию психического реагирования. Возможно, травма и ее последствия является более «благовидной» формой возврата на ту же раннюю стадию.

Итак, люди, получившие физическую травму в результате несчастного случая, обладают различными наборами защитных механизмов. Сложные и неоднозначные защитные процессы в сочетании образуют индивидуальный личностный профиль.

Д. Макдуггал сам факт физической травмы рассматривает как действие защитного механизма личности [4]. Вероятно, склонность к соматизации (в том числе и склонность к травмированию) можно выделить в отдельный вид защит. Тогда сам факт телесной травматизации встает в один ряд с такими первичными защитами, как отрицание и регрессия.

Поскольку основные причины несчастных случаев не являются внешними, а коренятся в человеке, с которым произошел несчастный случай, средства предосторожности прежде всего должны быть направлены на самого человека.

Литература.

1. Александер, Ф. Психосоматическая медицина. Принципы и практическое применение [Текст] / Ф. Александер. – М.: ЭКСМО-Пресс, 2002. – 352 с.

2. Гребенников, Л.Р. Механизмы психологической защиты: генезис, функционирование, диагностика [Текст] / Л. Р. Гребенников. – М.:

1994. – 180 с.

3. Лебедева, Н. Путешествие в гештальт. Теория и практика [Текст] / Н.Лебедева, Е.Иванова. – Санкт-Петербург: Речь, 2004. – 560 с.

4. Макдугалл, Д. Театры тела. Психоаналитический подход к лечению психосома-тических расстройств [Текст] / Д. Макдугалл. – М.: Когито-Центр, 2007. – 214 с.

5. Меннингер, К. Война с самим собой [Текст] / К. Меннингер. – М.: ЭКСМО-Пресс, 2001. – 480 с.

6. Пезешкиан, Н. Психосоматика и позитивная психотерапия [Текст] / Н. Пезешкиан. – М.: Медицина, 1996. – 463 с.

7. Романова, Е. С. Механизмы психологической защиты. Генезис.

Функционирование. Диагностика [Текст] / Е.С. Романова, Л.Р. Гребенников. – Мытищи: Талант, 1996. – 144 с.

8. Сахарова, В. Г. Диагностика отношения к телу методикой САРТ. Учебно-методическое пособие [Текст] / В. Г.Сахарова. – Владивосток: Мор. гос. ун-т им. адм. Г. И. Невельского, 2006. – 131 с.

9. Фрейд, А. Психология Я и защитные механизмы [Текст] / А. Фрейд. – М.: Наука, 1998.

МОТИВАЦИЯ ТРУДА У ЛЮДЕЙ СОЦИОНОМИЧЕСКИХ ПРОФЕССИЙ

Данченко С.А., Шкрабалюк Е.О.

Морской государственный университет им. адм. Г.И. Невельского В настоящее время вопрос о мотивации труда сотрудников встает очень часто, в особенности в профессиях социономического типа. Эти профессии имеют свою специфику, в частности профессии медсестры, врача, преподавателя ВУЗа. Продукт труда социономических профессий не материален, его можно увидеть только тогда, когда он окажет влияние на потребителя и как правило это влияние может нести необратимые последствия, как негативные, так и позитивные. Специалисты данных профессий несут ответственность за физическое и психологическое здоровье людей, при не высокой заработной плате. Возникают вопросы, что же удерживает специалистов в данных профессиях? Какова мотивация их труда? Изменяется ли мотивация труда на протяжении рабочего стажа у людей социономических профессий?

Профессиональная деятельность в социономических профессиях носит характер совместной деятельности субъекта и потребителя труда, что является специфической особенностью профессий типа «человек – человек». Схема деятельности в социономических профессиях имеет вид «субъект (субъект труда) – деятельность – субъект (потребитель труда) – окружающий мир». В связи с изучением мотивационной сферы врачей, медсестер и преподавателей, мы изучили ряд теорий мотивации трудовой деятельности. А.К. Маркова заостряет внимание на том, что профессионализм

– это не столько характеристики производительности труда, сколько особенности мотивации личности человека труда, системы его устремлений, ценностных ориентации, смысла труда для самого человека [7]. А так же подходящей является теория А.Н. Леонтьева, разработанная в рамках деятельностного подхода [6]. Таким образом, в качестве основного теоретикометодологического был определен деятельностный подход.

Медицинские работники и преподаватели ВУЗа в своей деятельности имеют специфические сходства. Это одни из немногих профессий, которые имеют психологическое влияние на жизнь и здоровье человека; при высоком уровне ответственности и осознании своей власти над людьми, которые почти все их слова принимают на веру. Представители социономических профессий являются одними из низкооплачиваемых специалистов, нуждаются в психологических знаниях и в умении корректно их применить, работают с особой категорией людей (психологически ранимые пациенты или их родственники, и не до конца психологически сформированные, молодые ученики). Таким образом, представители данных социономических профессий, нуждаются в устойчивой и осознанной мотивации труда.

В связи с этим целесообразно выявить и проанализировать мотивы трудовой деятельности у преподавателей, врачей и медсестер в эмпирическом исследовании.

Мотивация труда является одним из важнейших компонентов деятельности профессионала. Мотивация выполняет оценочную и компенсирующую роль. Мотивация побуждает трудовую активность и влияет на формирование целей и путей ее достижения. Функция мотивирования является необходимым структурным элементом общей системы деятельности.

Оценка профессиональной деятельности осуществляется на каждом из уровней, этапов, стадий профессионализации: субъектом труда, его коллегами, подчиненными, руководством, потребителями труда. В зависимости от стажа работы и стадии профессионализма на которой находится профессионал, требования к его личностным и профессиональным качествам могут изменяться, а следовательно и мотивация труда профессионала видоизменяется и корректируется, в зависимости от этих требований. В эмпирическом исследовании использована периодизация развития профессионала А. К. Марковой, с учетом профессиональной периодизации Е. А.

Климова [4,5] и возрастной периодизации Альфреда Адлера. В результате в выборках медицинских педагогических работников обосновано сформированы три группы: профессионалы со стажем работы до 10 лет; профессионалы со стажем работы от 10 до 20 лет; профессионалы со стажем работы от 20 лет и более. Такое деление на подгруппы дало возможность пронаблюдать какие изменения происходят в мотивационной сфере у людей социономических профессий в зависимости от стажа работы.

Выделены общие мотивы выбора профессии медицинских работников и преподавателей: желание заниматься наукой, престиж профессии, повышение своего статуса и власть над другими людьми, получение не материальных и материальных благ, интерес к медицинской и педагогической деятельности. Люди социономических профессий имеют схожие мотивы выбора трудовой деятельности. Для медицинских работников и преподавателей гуманность и эмпатия в общении с людьми являются профессионально важными качествами [1,3].

Исходя из вышесказанного, становится обоснованной эмпирическая проверка гипотезы о том, что мотивация труда у людей социономических профессий обладает схожими характеристиками и детерминирована общечеловеческими и гуманистическими ценностями.

В качестве составляющих мотивации труда выбраны следующие показатели: структура мотивов трудовой деятельности, мотивация выбора профессии, удовлетворенности своей профессией и работой.

Эмпирический объект исследования: Общее количество выборки составляет 81 человек. В нее входят три группы: медсестры, врачи, преподаватели ВУЗа. Каждая группа поделена на три подгруппы в зависимости от стажа работы.

–  –  –

Для изучения удовлетворенности трудом у врачей и медсестер использовалась методика: «Диагностика структуры мотивов» Т.Л. Бадоева [2]. Для диагностики удовлетворенности трудом у преподавателей ВУЗа использовалась методика: «Изучение удовлетворенности учителей своей профессией и работой» Н.В. Журина и Е.П. Ильина [2].

Таблица 2. Средние результаты по удовлетворенности трудом у людей социономических профессий

–  –  –

От 20 10,6 9,7 2,3 лет Средняя удвл. Средняя удвл. Низкая удвл.

По результатам эмпирического исследования можно сказать, что врачи на протяжении почти всего трудового стажа сохраняют высокую удовлетворенность трудом и лишь после 20 лет работы она снижается до средней. На втором месте по удовлетворенности трудом идут медсестры их удовлетворенность варьирует от средней к высокой и опять к средней. Менее всего удовлетворены трудом преподаватели на протяжении всей своей карьеры, их удовлетворенность колеблется от низкой к средней и опять снижается. Сравнивая результаты трех групп респондентов можно сказать, что у медсестер и врачей показатели более схожи, что может свидетельствовать о влиянии профессиональной направленности на удовлетворенность трудом у людей социономических профессий. Общим у трех групп респондентов является то, что на стаже работы 20 лет и более у всех специалистов снижается удовлетворенность трудом. Это может говорить об общем влиянии факторов, которые свойственны на этом этапе работы (желание заниматься семьей, домом, профессиональное выгорание, желание занимать только наукой, желание уйти на пенсию, проблемы со здоровьем).

Для изучения мотивации выбора профессии у медсестер и врачей использовалась методика: «Мотивация выбора медицинской профессии» А.П.

Васильковой [2]. Для изучения мотивации выбора профессии у преподавателей ВУЗа использовалась методика: «Мотивы выбора деятельности преподавателя» Е. П. Ильина [2].

Для удобства обобщения результатов мотивы труда у людей социономических профессий были объединены в группы следующим образом:

1 группа – мотивы, связанные с материальной выгодой для себя и близких (престиж профессии и семейные традиции; доступность медикаментов; материальная заинтересованность; вынудили обстоятельства);

2 группа – мотивы общественного характера (желание лечить людей;

желание облегчить страдания тяжелобольных; сознание полезности своей деятельности, важности обучения; интерес к педагогической деятельности;

желание передать свои знания и опыт, накопленный за время производственной и научной деятельности);

3 группа – мотивы личностного роста (желание решать научные медицинские проблемы; стремление к самовыражению творческой работе;

желание находиться в среде интеллектуалов; возможность заниматься научной работой, получить ученую степень, звание; стремление к общению с молодежью);

4 группа – мотивы власти (возможность оказывать влияние на других людей; стремление к самоутверждению, повышению своего статуса, престижа; возможность удовлетворить стремление к власти);

5 группа – мотивы, связанные с нематериальной выгодой для себя и близких (возможность заботиться о здоровье своих близких; возможность заботиться о своем здоровье; не нормированный рабочий день; наличие длительного отпуска).

–  –  –

Анализируя полученные результаты можно сказать, что общим у медсестер, врачей, преподавателей ВУЗа является присутствие ведущих мотивов общественного характера на всех стажах работы, что свидетельствует о направленности на людей и желании с ними работать. Врачи и преподаватели ВУЗа схожи постоянством мотивов на трех стажах работы, динамики не наблюдается. У медсестер и врачей со стажем работы 10-20 лет мотивы полностью совпадают, вероятно, на этом этапе работы влияет фактор профессиональной направленности. Ригидность мотивации труда у врачей и преподавателей ВУЗа является сходной, возможно здесь влияние оказывает наличие высшего образования, можно предположить, что у специалистов социономических профессий с высшим образованием, более «возвышенные» интересы в профессии (научные и общественная полезность), чем у людей со средним образованием. У специалистов с высшим образованием мотивы, связанные с материальной выгодой не являются для них ведущими, как для медсестер. Возможно, на врачей и преподавателей ВУЗа влияет еще такой фактор как ответственность, так как медсестры скорее являются исполнителями и за неправильное лечение больного ответственность будет нести врач, а не медсестра. Преподаватели ВУЗа так же ответственны за успеваемость студентов и жалобы в деканат поступают именно на них, если группа студентов не сдает что-то вовремя или по каким-то причинам плохо усвоила учебный материал. Таким образом, можно сказать, что влияние на мотивацию труда людей социономических профессий оказывают: в большей степени уровень образованности и ответственность, но и профессиональная направленность имеет свое место.

По результатам анализа так же удалось выявить, что на всех стажах работы у специалистов выделяются группы мотивов, которые остаются не низменными, иначе говоря, константными (помимо мотивов общественного характера, которые присутствуют на всех стажах работы у всех специалистов). Эти группы мотивов представлены в таблице 4.

Таблица 4. Группы константных мотивов у людей социономических профессий

–  –  –

Таким образом, удалось выделить константные группы мотивов для врачей - это мотивы, связанные с нематериальной выгодой для себя и близких, для преподавателей ВУЗа – это мотивы личностного роста. У медсестер на стаже работы 10 - 20 лет мотивы изменяются, возможно, влияет разница в уровне образованности (высшее или среднее образование). Константные мотивы можно определить как профессионально важные и тем самым при приеме на работу специалист может руководствоваться этими мотивами для подбора персонала.

Для исследования структуры мотивации трудовой деятельности была использована методика: «Структура мотивации трудовой деятельности» К.

Замфир [2]. Результаты представлены в сводной таблице 5.

–  –  –

Проводя анализ результатов трех групп респондентов можно сказать, что у медсестер и преподавателей у большего количества человек, преобладающей является внутренняя мотивация и в этом их сходство. В группе врачей, у большинства специалистов преобладает внешняя положительная мотивация и на всех этапах работы отсутствует внешняя отрицательная мотивация в отличие от преподавателей и медсестер. При более детальном анализе видно, что у врачей внутренняя мотивация труда преобладает над внешней мотивацией на стаже работы от 20 лет и более, то есть только к достаточно большому стажу работы, врачи осознают в полной мере, что главное для них в их работе, это сама работа. А медсестры и преподаватели считают этот фактор наиболее важным на протяжении всего рабочего стажа. Сходством является то, что у всех респондентов на стаже работы 10-20 лет нет внешней отрицательной мотивации труда, что может говорить о наибольшей уверенности в себе как в специалистах на данном этапе работы. Можно также сказать что группа врачей выделяется, так как у них внешняя положительная мотивация труда и абсолютно отсутствует внешняя отрицательная мотивация труда. Мы можем говорить, что на результаты методики, вероятно, повлиял фактор ответственности в профессии. Врачи, безусловно, являются теми людьми на которых «груз» ответственности давит сильнее, нежели на преподавателей и медсестер. Возможно поэтому, у врачей до стажа работы 20 лет преобладающей в профессии является внешняя положительная мотивация, они стараются ставить для себя иные цели и руководствоваться иными мотивами в профессии (например, возможность заботиться о здоровье своих родных), так как несут и без того тяжелое «бремя ответственности» за жизнь и здоровье человека. А на стаже работы 20 лет и более, вероятно лишаются ранее привлекавших их целей, мотивов и отдают все свое время работе с пациентами. Врачи пытаются дистанцироваться от ситуации больного, как правило, они, и так ориентированы на людей и эмпатично относятся к ним.

Составив общие профили структуры мотивации по каждой группе и каждой подгруппе, получили наиболее оптимальные для эффективной трудовой деятельности. У медсестер оптимальная для работы мотивация наблюдается на протяжении всего рабочего стажа, у врачей на стаже работы 20 лет и более, а у преподавателей на стаже работы 10-20 лет. Таким образом, наиболее оптимальная структура мотивации для эффективной трудовой деятельности у медсестер. На втором месте по оптимальности преподаватели ВУЗа, на третьем месте врачи.

В результате аналитической и интерпретационной работы сформированы следующие выводы:

- У медсестер и врачей результаты по удовлетворенности трудом более схожи (они варьируют от средней до высокой удовлетворенности трудом). У преподавателей ВУЗа уровень удовлетворенности трудом варьирует от низкого до среднего. Общим у трех групп респондентов является то, что на стаже работы 20 лет и более у всех специалистов снижается удовлетворенность трудом. В зависимости от стажа работы удовлетворенность трудом меняется и у всех трех групп она разная. Динамические изменения удовлетворенности трудом наиболее схожи у медсестер и преподавателей ВУЗа (Повышение удовлетворенности трудом на стаже работы от 10 – 20 лет).

- Структура мотивации трудовой деятельности, наиболее схожа у медсестер и преподавателей. У представителей данных групп преобладающей является внутренняя мотивация. Группа врачей выделяется, так как у них внешняя положительная мотивация труда и абсолютно отсутствует внешняя отрицательная мотивация труда. Динамические изменения структуры мотивации трудовой деятельности на протяжении всего рабочего стажа, есть во всех трех группах респондентов. Выделили наиболее оптимальные периоды стажа работы для эффективности труда у каждой группы респондентов. Медсестры максимально эффективны на всех стажах работы, врачи со стажем работы от 20 лет и более, преподаватели ВУЗа со стажем работы 10-20 лет.

- На сходства и различия у трех групп респондентов в равной степени влияние оказывают как профессиональная направленность, так и степень ответственности в профессии, а так же наблюдалось сходство по факторам:

возрастной, уровень образованности (высшее или среднее образование).

- По содержанию мотивационной направленности медсестры схожи как с врачами, так и с преподавателями ВУЗа, а врачи и преподаватели менее схожи между собой. У врачей и преподавателей ВУЗа мотивационная динамика отсутствует и в этом их сходство, а у медсестер на стаже работы 10-20 лет мотивационная направленность претерпевает изменения. Таким образом, выделили профессионально важные группы мотивов (константные): у преподавателей – мотивы личностного роста, у врачей – мотивы, связанные с не материальной выгодой для себя и близких. У медсестер выявлена нестабильность ведущих мотивов. Константными мотивами для всех трех групп респондентов на всех стажах работы являются мотивы общественного характера. Это говорит о направленности людей социономических профессий на социум и о том, что мотивация труда у людей социономических профессий обладает схожими характеристиками и детерминирована общечеловеческими и гуманистическими ценностями. Что подтверждает выдвинутую гипотезу.

Литература.

1. Денисова О.В. Отношение врачей к профессиональной деятельности на разных этапах профессионализации: выпуск. квал.работа / О.В. Денисова; С.- Мор. гос. ун-т. – Вл-к., 2006. – 103 с.

2. Ильин Е.П. Мотивация и мотивы / Е.П. Ильин. – СПб.: Питер, 2000. – 512 с.

3. Ким Н.А. Ценностно-мотивационная сфера преподавателей с разным стажем: выпуск. квал. работа / А. Н. Ким; С. – Мор. гос. ун-т. – Вл-к., 2007. – 85 с.

4. Климов Е.А. Психология профессионального самоопределения / Е. А. Климов. - Ростов н/Д: Феникс, 1996. – 512 с.

5. Климов, Е. А. Введение в психологию труда / Е.А.Климов. М.: Культура и спорт, ЮНИТИ. - 1998. – 350 с.

6. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. / А.Н. Леоньтьев. – М.: Политиздат, 1975. – 304 с.

7. Маркова А. К. Психология профессионализма / А. К. Маркова.

- М.: Международный гуманитарный фонд «Знание», 1996. – 308 с.

ИССЛЕДОВАНИЕ ЭТНИЧЕСКИХ СТЕРЕОТИПОВ У СПЕЦИАЛИСТОВ

БЕРЕГОВОЙ ОХРАНЫ

–  –  –

Условия профессиональной деятельности моряков сопровождаются постоянными контактами с различными этносами. В основе этнических конфликтов лежит неравномерное распределение между группами власти, могущества и ресурсов. Этнический конфликт являет собой конкуренцию между группами. В работе специалистов береговой охраны конфликты с представителями других этносов – нарушителями территориальных вод, отражают конкуренцию за право использование территориальных вод. Постоянные негативно окрашенные столкновения с представителями других национальностей формируют определенного рода впечатление и отношение к этим национальностям. Следовательно, такая специфика деятельности должна влиять на содержание этнического стереотипа.

Эмпирическим объектом исследования являются специалисты береговой охраны Федеральной пограничной службы безопасности Российской Федерации. В исследовании изучались гетеростереотипы специалистов береговой охраны о представителях японской, китайской и корейской национальностей.

В качестве экспериментальной группы был взят экипаж судна береговой охраны, который по своей профессиональной специфике часто сталкивается с представителями японской, китайской, корейской национальностей в негативных, конфликтных ситуациях. Взаимодействие с данными этническими группами носит по большей части негативную эмоциональную окраску (экипаж судна ловит браконьеров в наших территориальных водах).

В качестве контрольной группы выступил экипаж, который по своей профессиональной специфике также сталкивается с представителями японской, китайской, корейской национальностями, но их взаимодействие не сопровождается конфликтными ситуациями. Их «встречи» не несут негативной эмоциональной окраски (судно не осуществляет охрану территориальных вод, но часто заходит в иностранные порты Японии, Кореи и Китая).

Величина тестируемых экипажей – 60 человек (по 30 человек на каждом судне). Экипажи, принявшие участие в исследовании, функционируют в данном профессиональном составе уже около 15 лет. На момент исследования суда стояли в порту в ожидании ремонта. Исследование проводилось непосредственно на судах.

В исследовании использовался следующий набор методик: личностный семантического дифференциала (СД) А.Г. Шмелева, который был обработан с помощью факторного анализа и методом семантических универсалий; ассоциативный эксперимент, результаты которого были обработаны методом контент-анализа; методика «Шкала социальной дистанции» Богардуса (вариант Л.Г. Почебут).

По результатам семантического дифференциала А.Г. Шмелева, обработанного методом семантических универсалий, в отдельности по каждой из оцениваемых этнических групп, были выделены следующие значимые признаки.

Для экспериментальной группы:

В описании представителей японской национальности респондентами экспериментальной группы значимыми (в скобках указан критерий значимости) оказались такие признаки как: «опытный» (80%) «спокойный»

(75%), «лицемерный» (75%), «грубый» (75%), «мрачный» (75%), «равнодушный» (75%), «эгоист» (90%), «жадный» (80%), «молчаливый» (80%), «подозрительный» (75%).

В описании представителей китайской национальности респондентами экспериментальной группы значимыми оказались такие признаки как:

«общительный» (80%), «активный» (80%), «бестактный» (90%), «нахальный» (100%), «неуравновешенный» (80%), «разговорчивый» (90%), «неряшливый» (90%), «широкий» (80%).

В описании представителей корейской национальности респондентами экспериментальной группы значимыми оказались такие признаки как:

«замкнутый» (90%), «скрытный» (90%), «бестактный» (75%), «эгоистичный» (80%), «нахальный» (80%), «эгоист» (80%), «подозрительный» (90%), «молчаливый» (90%), «поверхностный» (80%), «хитрый» (90%).

Для контрольной группы:

В описании представителей японской национальности респондентами контрольной группы значимыми оказались такие признаки как: «умный» (100%), «сильный» (80%), «активный» (90%), «трудолюбивый» (90%), «оптимист» (75%), «опытный» (80%), «тактичный» (80%), «серьезный»

(90%), «волевой» (90%), «порядочный» (75%), «ответственный» (90%), «смелый» (80%), «скромный» (75%), «решительный» (80%), «уравновешенный» (90%), «аккуратный» (90%), «зрелый» (80%), «реалист» (80%), «компетентный» (100%), «независимый» (75%), «хитрый» (90%).

В описании представителей китайской национальности респондентами контрольной группы значимыми оказались такие признаки как: «общительный» (90%), «умный» (75%), «активный» (100%), «трудолюбивый»

(90%), «эмоциональный» (80%), «решительный» (80%), «разговорчивый»

(90%), «подвижный» (80%), «хитрый» (80%).

В описании представителей корейской национальности респондентами контрольной группы значимыми оказались такие признаки как: «умный»(90%), «сильный» (80%), «активный» (80%), «трудолюбивый» (90%), «оптимист» (75%), «тактичный» (80%), «серьезный» (80%), «честный» (80%), «ответственный» (80%), «смелый» (75%), «принципиальный» (75%), «подвижный» (90%), «реалист» (80%), «компетентный» (90%), «хитрый» (75%).

Факторная структура собирательного этнического гетеростереотипа исследуемых национальностей у экспериментальной группы состоит из четырех факторов. Общее семантическое пространство стимулов «представитель японской, китайской и корейской национальности» характеризуется факторами, интерпретированными как: «Порядочность», «Коммуникативность», «Отзывчивость», «Активность». Общие значимые признаки, полученные методом семантических универсалий, достаточно полно описывают отношение испытуемых к данным национальностям: представители этих этнических групп описываются как «безответственные» (75%), «трусливые» (80%), «молчаливые» (80%), «равнодушные» (80%), «хитрые» (80%).

Что позволяет говорить о выраженном негативном характере содержания гетеростереотипов.

Факторная структура этнического гетеростереотипа собирательного этнического гетеростереотипа исследуемых национальностей у контрольной группы состоит из четырех факторов, названных «Порядочность», «Коммуникативность», «Отзывчивость», «Активность»; наполнение которых весьма схоже с наполнением факторов экспериментальной группы.

Значимые признаки, полученные методом семантических универсалий, достаточно полно описывают отношение испытуемых к данным национальностям: в представлении респондентов представители этих этнических групп описываются как «умные»(90%), «тактичные» (75%), «принципиальные» (80%), «мягкие» (75%), «добрые» (90%), «самокритичные» (80%), «активные» (90%). Таким образом, содержание гетеростереотипов у контрольной группы не имеет негативного характера.

Обработка ассоциативного эксперимента проводилась методом контент-анализа с выделением рядя категорий: «государственная символика», «культура и традиция», «кухня», «техника и технологии», «морская деятельность», «боевые искусства», «труд», «города», «внешность» «личностные качества», «негативная символика», и «другое». Наполнение категории «негативная символика» более разнообразно и объемно у экспериментальной группы (27%, и 10%, соответственно, у контрольной), что подтверждает предположение о выраженном негативном содержании гетеростереотипов по отношению к японской, китайской и корейской национальностям у экспериментальной группы.

Методика «Шкала социальной дистанции» дала следующие результаты: специалисты береговой охраны экспериментальной группы не стремятся к сближению с представителями данных этносов, а скорее, наоборот, наблюдается тенденция к обособлению, которая выражается в приписывании стремлений обособления оцениваемым этносам. Специалисты береговой охраны контрольной группы не стремятся к сближению с представителями данных этносов, но и не стремятся полностью уйти от контактов с данными этносами, в отличие от эксперементальной группы, которая наоборот, стремится к обособлению от представителей оцениваемых этносов.

Таким образом, проведенное исследование позволило сделать следующие выводы:

структура семантического поля гетеростереотипов не зависит от характера взаимоотношений с представителями оцениваемых этносов и схожа в обеих исследуемых группах;

у специалистов береговой охраны, взаимодействие которых с представителями японской, китайской, корейской национальностями носит преимущественно конфликтный характер, содержание исследуемых гетеростереотипов имеет негативную эмоциональную окраску. Что проявляется в результатах как психосемантических, так проективных и тестовых методик;

у специалистов береговой охраны контрольной группы оценка представителей этих же национальностей носит по преимуществу если и не позитивную, то нейтральную эмоциональную окраску.

специалисты береговой охраны не стремятся к сближению с представителями данных этносов, а скорее, наоборот, наблюдается тенденция к обособлению, которая выражается в приписывании этих стремлений оцениваемым этносам;

респонденты контрольной группы не стремятся к сближению с представителями данных этносов, но, в отличии от экспериментальной группы, и не стремятся полностью уйти от контактов с данными этносами.

МЕЖЛИЧНОСТНАЯ СОВМЕСТИМОСТЬ И СОГЛАСОВАННОСТЬ

ДЕНЕЖНОГО ПОВЕДЕНИЯ В СЕМЕЙНЫХ ПАРАХ

–  –  –

Семья в настоящее время является сферой полидисциплинарных исследований. Супружеству и семье посвящены тысячи книг и научных исследований. Растет и внимание государства к проблемам современной семьи (2008 год в России провозглашен «годом семьи»). Возросший научный интерес связан с той приоритетной ролью, которую семья играет в процессе формирования и развития личности, и, следовательно, настоящего и будущего общества в целом. Счастливая, психологически комфортная семейная жизнь помогает человеку в достижении личного счастья и самых нелегких жизненных целей. Успешный брак имеет несомненную ценность и в общественном мнении. Можно предположить, что большинство людей стремятся к идеальному браку, к успешным взаимоотношениям.

С другой стороны, происходящие в обществе процессы разобщения, экономического, социального и идеологического расслоения вызвали повышенный интерес исследователей к «теме денег». Растет число работ по этой тематике в социальной психологии, психологии менеджмента и в исследованиях, посвященных мотивам трудовой деятельности и материальному стимулированию. Отметим, что данная тематика применительно к сфере семейных отношений в психологии разработана еще недостаточно широко. Таким образом, проблемное поле нашего исследования – это межличностная совместимость семейных пар, влияние «денежного» поведения на межличностные отношения в целом. Актуальность темы обусловлена также статистикой большого количества разводов в нашей стране, основным мотивом которых является «денежная тема».

Предметное поле исследования определено как межличностная совместимость и согласованность денежного поведения в семейных парах. В качестве эмпирического объекта исследования выступили 24 респондента (12 мужчин – возраст от 22 до 43 лет, 12 женщин – возраст от 21 – 43 лет), составляющих супружеские пары, семейный стаж от 1 года до 20 лет.

На первом этапе нашего исследования проводился анализ литературы, изучались понятия «межличностные отношения», «брак», «семья», «межличностная совместимость» «денежное поведение» и «денежные типы» личности, подбирались методы и методики диагностики межличностной совместимости и согласованности денежного поведения. В ходе исследования рассмотрены теоретические подходы и модели исследования А.И.

Антонова, О.С. Дейнека, В.В. Калиты, Ю.С. Николенко, Н.Н. Обозова, Н.

Пезешкиана и др., и, как вывод, сформулирована гипотеза исследования:

«межличностная совместимость в семейных парах и согласованность денежного поведения взаимосвязаны между собой».

На втором этапе проводилось эмпирическое исследование межличностной совместимости и согласованности денежного поведения в семейных парах. Третий этап – это анализ полученных результатов и проверка выдвинутой гипотезы.

Исходя из задач нашего исследования, интерпретация эмпирических данных проводилась по следующей схеме:

1) анализ данных проводился в диадах (в количественном и качественном соотношении).

2) в качестве основного параметра нами рассматривался коэффициент межличностной совместимости, разработанный В.Шутцом. По его мнению, гармонию, совместимость межличностной ориентации диады можно выразить линейной комбинацией баллов. Если обозначить выраженное поведение лица А символом еА, а лица В символом еВ, а требуемое поведение этих лиц

wА и wВ, то коэффициент взаимной совместимости имеет вид:

rK = I eA - wB I + I eB – wA I;

коэффициент инициации: оК = (eA – wA) + (eB – wB);

коэффициент взаимного обмена: хК = I(eA + wa) – (eB + wB)I;

3) в качестве дополнительной информации рассматривались терминальные ценности каждого из супругов, полученных по методике «Изучение ценностных ориентаций» М. Рокича. Особое внимание уделено следующим ценностям: счастливая семейная жизнь, здоровье, любовь, материально обеспеченная жизнь, продуктивная жизнь; сравнение проводилась в диаде по занимаемому рангу.

4) в результатах, полученных по методике «Диагностика социальнопсихологических установок личности в мотивационно-потребностной сфере» О.Ф. Потемкиной, нас интересовали установки, направленные на процесс и результат, труд и деньги. Данные сравнивались в диадах.

5) ассоциации на слово «деньги» сравнивались с помощью метода контент-анализа в диадах. Суть метода контент-анализа заключается в выделении ключевых понятий (ассоциаций) с последующим подсчетом частоты употребления этих ассоциаций.

6) Для исследования символического значения денег была использована методика ранжирования понятий-ассоциаций, вызываемых стимульным понятием «деньги» О.С. Дейнеки.

7) с помощью классификации, предложенной В.В. Калитой и Ю.С.

Николенко, по результатам методик нами была предпринята попытка выявления денежного поведения и денежных типов в семейных парах.

Пример ассоциативного ряда на стимул «деньги – это…» представлен в табл.1.

Таблица 1 муж жена Средство чувствовать себя свобод- Безопасность ным Социальный статус Власть Средства обеспечения жизни Возможность путешествовать Инструмент достижения цели Новые покупки Эквивалент эффективности труда Поощрение Чья-то иллюзия Бумажные купюры Всеобщий эквивалент Энергия Финансовый инструмент Фальшь Зло Грязь То, чего всегда мало Причина сор Коррупция Вода, река Криминал Убывают, прибывают В результате исследования при помощи количественного анализа было выявлено, что: из 12 пар, только у одной были выявлены низкие показатели коэффициента межличностной совместимости (возраст 22, 22, 2 года в браке); семь семейных пар показали средние значения (возраст от 21 до 40 лет, стаж семейной жизни от 1года до 15 лет); четыре семейные показали высокие значения (возраст от 21 до 43 лет, стаж семейной жизни от 4 до 20 лет); Супруги семейной пары №4 нашего исследования, разошлись. Коэффициент межличностной совместимости в паре равен средним показателям, денежное поведение не согласовано.

В целом, сделан вывод, что коэффициент межличностной совместимости в семейных парах не зависит от возраста партнеров и стажа семейной жизни (табл. 2).

–  –  –

На основании полученных в ходе исследования (табл.2) и проанализированных данных, можно сделать следующие выводы:

А) выдвинутая нами гипотеза: межличностная совместимость в семейных парах и согласованность денежного поведения взаимосвязаны между собой, подтвердилась частично;

Б) пары которые получили высокие значения коэффициента межличностной совместимости, имеют согласованное денежное поведение;

В) пары со средними показателями, имеют как согласованное, так и не согласованное денежное поведение;

Г) пара с низкими показателями имеет согласованное денежное поведение.

В ходе работы нами были сделаны следующие выводы:

Возраст партнеров и стаж семейной жизни не влияет на межличностную совместимость семейных пар;

Отношение к деньгам у мужчин и женщин различается;

Финансовые вопросы влияют на эмоциональное благополучие партнерских отношений;

Ценности сферы – семейная жизнь, занимают в парах высокий ранг.

Существующие в настоящее время классификации «денежных типов» личности недостаточно разработаны для их выявления в семье.

Темой для дальнейших исследований может быть выявление классификационной системы «денежного поведения» и «денежных типов» личности в семье. На основании полученных результатов мы выдвинули следующие возможные гипотезы для дальнейшего исследования:

1. Пары, находящиеся в состоянии развода, или пережившие развод имели низкие показатели коэффициента межличностной совместимости и не согласованное денежное поведение.

2. «Экономическая социализация» полученная в семье, оказывает сильное влияние на «денежное» поведение человека.

3. «Денежное поведение» и «денежный тип» «наследуется» от родителей.

ЛИЧНОСТНЫЕ АСПЕКТЫ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЙ

(НА ПРИМЕРЕ ОФИЦЕРОВ ВМФ)

–  –  –

Ситуация принятия решения включена в любую человеческую деятельность. Традиционный для психологии анализ процесса принятия решения включает: выявление проблемной ситуации; мысленное выдвижение различных вариантов решения (гипотез); оценку (контроль) выдвинутых вариантов; выбор того варианта решения, который обеспечивает достижение требуемого результата. Ситуация принятия решения – это выбор из нескольких спорных альтернатив, на который особое влияние оказывают личностные особенности. Применительно к профессиональной военной деятельности она может относиться и ко всей деятельности в целом, выступая и как относительно самостоятельное действие, и как компонент отдельных действий. Так, офицер должен принимать решения: и при построении концептуальной модели, и при определении цели деятельности и подцелей (конкретных задач), и при планировании, при выполнении действий.

Для сложных видов деятельности, какими являются труд лётчика, судоводителя, пограничника, таможенника и т.д., формирование наиболее эффективных приёмов принятия решения составляет важнейшую задачу профессиональной подготовки, т.к. они должны разрешать очень трудные задачи, касающиеся техники, общения с людьми и др. Чтобы принять рациональное решение нужно проанализировать уровень риска принятого решения, степень влияния его на окружающих, все его вытекающие последствия. Анализ и обобщение этой информации могут превосходить компетенцию и интеллектуальные возможности специалиста, поэтому важную роль здесь играют личные особенности человека, принимающего решение, потому что ни интуиция, ни здравый смысл, ни образование не гарантируют правильного выбора из возможных альтернатив решения. Практика показывает, что если лицо, принимающее решение, опирается только на свой прошлый опыт (или так называемую «житейскую мудрость») оно часто принимает ошибочные решения. Чтобы иметь возможность принимать рациональные решения, как организационные, так и личностные, необходимо в полной мере использовать совокупность своего личностного потенциала.

Таким образом, проблемное поле исследования определено как «личностные аспекты принятия решений» применительно к специфической профессиональной группе – военнослужащим (на примере офицеров ВМФ).

В данном исследовании выдвинута гипотеза о существовании ряда устойчивых личностных особенностей определяющих эффективность принятия решения.

Экспериментальную выборку составили 80 человек кадровых военнослужащих- офицеров ВМФ; все респонденты мужского пола; возраст – от 25 до 53 лет; образование - высшее. В качестве контрольных групп на разных этапах исследования выступили: курсанты-судоводители 4 курса МГУ им. Невельского, в количестве 20 чел. (данные дипломной работы Ковтун С.В., 2004 г.); гражданские судоводители со стажем работы в количестве 35 чел. (данные диссертационной работы Пилипенко А.В., 2006г.);

экипаж моряков в период начала рейса в количестве 30 чел. (данные диссертационной работы Волковой (Янчук) М.Н., 2003г.).



Pages:   || 2 | 3 |


Похожие работы:

«Обзор прессы 20.03.2009 Печатные и электронные СМИ Социальная пенсия вырастет в 2009 году на 42,8%, трудовая на 23,9% МОСКВА, 19 мар РИА Новости. 17:18 Социальная пенсия в России в 2009 году увеличится на 42,8%, трудовая на 23,9%, говорится в программе антикризисных мер кабинета министров на 2009 год. По плану правительства, к концу 2009 года средний ра...»

«Допущены к торгам на бирже в процессе размещения « 11» февраля 20 14 г. Идентификационный номер 4В021703349В ЗАО «ФБ «ММВБ» (наименование биржи, допустившей биржевые облигации к торгам в процессе их размещения) _ (наименован...»

«Отчет о денежно-кредитной политике за 2012 год Принят постановлением Правления НБКР №5/1 от 27 февраля 2013 года Основные тенденции в денежно-кредитной политике Инфляционное давление в 2012 году сохранилось, его основными факторами были неустойчивость ситуации на мировых товарно-сырьевых рынках и рост бюджетного д...»

«ЖИТИЯ СВЯТЫХ по изложению святителя Димитрия, митрополита Ростовского Месяц январь Издательство прп. Максима Исповедника, Барнаул, 2003-2004 http://ispovednik.ru 1 января ЖИТИЯ СВЯТЫХ ДИМИ...»

«ВОЗМОЖНОСТИ И ОГРАНИЧЕНИЯ ФОРМИРОВАНИЯ ДОБРОВОЛЬНЫХ ПЕНСИОННЫХ НАКОПЛЕНИЙ В РФ МОСКВА, 2016 Основные параметры, сочетание которых определит будущее пенсионной системы, таковы: пенсионный возраст, политика индексации распределительных пенсий, статус обязательного пенсионного страхования (О...»

«Гиббереллин, основные свойства, рекомендации к применению, особенности покупки. Гиббереллин ГК3 (GA3) Гиббереллины являются одной из важнейших групп фитогормонов растений, относятся к группе гормонов роста растений, имеют важнейшее значение в сигнальной системе рас...»

«Пояснительная записка Рабочая программа по внеурочной деятельности «Мир моих прав» составлена на основе: Закона Российской Федерации «Об образовании» (в новой редакции), Федерального государственного образовательного стандарта основного общего образования, Письмо Министерства обра...»

«Как работать с тетрадью Для занятий у ребёнка должны быть: ручка, цветные карандаши, простой карандаш, линейка.1. В течение 3 5 минут взрослый или сам ребёнок читает вопросы «РАЗМИНКИ» и в быстром темпе отвечает на них.2. За...»

«Е.В. Ткаченко, В.Э. Штейнберг, Н.Н. Манько ДИДАКТИЧЕСКИЙ ДИЗАЙН – ИНСТРУМЕНТАЛЬНЫЙ ПОДХОД1 Ключевые слова: дидактический дизайн, инструментальный подход, логико-смысловое моделирование, многомерность, дидактический образ, когнитивная ви...»

«Т е м а 4 : Эксплуатационные свойства моторных масел. Цель: ознакомиться с эксплуатационными свойствами моторных масел. План 1. Роль метода и показателей в оценке смазочных масел.2. Основные свойства масел.3. Классификация моторных...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО РЫБОЛОВСТВУ Федеральное государственное унитарное предприятие «САХАЛИНСКИЙ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ РЫБНОГО ХОЗЯЙСТВА И ОКЕАНОГРАФИИ» (САХНИРО) УДК № гос. регистрации УТВЕРЖДАЮ Инв. № Директор СахНИРО, к. б. н. В. А. Буслов 2011 г. Отчет по догов...»

«Муниципальное казенное общеобразовательное учреждение «Вершинская начальная школа-детский сад» «Рассмотрено» «Утверждено» Руководитель МО Директор МКОУ «Вершинская начальная МКОУ «Вершинская начальная школа-детский сад» школа-детский сад» Протокол № 1 от 31.08.2016...»

«сентябрь 2013 года Основные документы Европейского банка реконструкции и развития Впервые опубликованы в апреле 1991 года Внесены изменения в октябре 2006 года Статья 1 Внесены изменения в сентябре 2012 года Статья 18 Внесены изменения в сентябр...»

«ДЛЯ СПЕЦИАЛИСТОВ В ОБЛАСТИ БУХГАЛТЕРСКОГО УЧЕТА И ОТЧЕТНОСТИ МСФО (IFRS) 6 «Разведка и оценка запасов полезных ископаемых» http://www.finotchet.ru/standard.html?id=36#tab3 2012г. МСФО (IFRS) 6 УЧЕБН ЫЕ ПОСОБИЯ ПО МСФО (миллион скачанных копий) Вас приветствует пятый выпуск (2012 г.) учебных пособий...»

««Гимнастика для глаз, и ее значение в жизни ребенка» Подготовила Кубарева Л.Г. г. Старый Оскол Острота зрения во многом зависит от общего здоровья ребенка, поэтому общеукрепляющие игры на открытом воздухе, катания на лыжах, коньках, велосипеде, плавание полезны и для глаз. Однако, все ча...»

«НАЦИОНАЛЬНЫЙ БАНК КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ СБОРНИК НАУЧНЫХ РАБОТ Бишкек 2012 Сборник научных работ Национального банка Кыргызской Республики Научно-экспертный совет НБКР: Председатель: Абдыбалы тегин С....»

«КИМ №1 Дополнительное задание( только для тех, кто выполнил три первых): І. Выбери один правильный ответ: Около 100 тыс. лет назад на Земле началось похолодание. Зимы стали длиннее и морознее. С севера надвигался ледник. Теплолюбивые животные 1.Укажи главное отличие человека от...»

«Открытый (публичный) отчёт первичной профсоюзной организации ГКОУКО «Людиновская школа-интернат» за 2015 год. Основной целью первичной профсоюзной организации ГКОУКО «Людиновская школа-интернат» (далее Учреждение) является реализация уставных целей и задач Профсоюза по представительству и защите индивидуа...»

«КЬЯНТИ – ПО ДОРОГЕ ЧЕРНОГО ПЕТУХА В Тоскане хватает достопримечательностей, но мало кому удается насладиться расслабленной ездой по Кьянти. Древние виноградники в этой идеальной части Тосканы, похожие на открытку, дают виноград, из которого изготовляют знаменитый напиток. KIPLING PRIVATE JOURNEYS предлагает вам опьяняющие...»

«Алишер Навои Алишер Навои (узб. Alisher Navoiy) (Низамаддин Мир Алишер) (9 февраля 1441, Герат — 3 января 1501, там же) — выдающийся поэт Востока, философ суфийского направления, государственный деятель тимуридского Хорасана. Под псевдонимом Фани (бренный) писал на я...»








 
2017 www.pdf.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - разные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.