WWW.PDF.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Разные материалы
 

«Этапы формирования современного западного гуманитарного и естественнонаучного знания в том виде, в каком оно складывается в эпоху Нового времени, обозначаются все более глубоким ...»

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт

Алпатова Ангелина Сергеевна

кандидат искусствоведения,

профессор кафедры теории музыки

Российской академии музыки им. Гнесиных (г. Москва)

ОБ УНИВЕРСАЛЬНЫХ КАТЕГОРИЯХ В МУЗЫКОВЕДЕНИИ:

ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННЫЙ ОПЫТ

Multa paucis

(Многое в немногих словах)

Латинская поговорка Этапы формирования современного западного гуманитарного и естественнонаучного знания в том виде, в каком оно складывается в эпоху Нового времени, обозначаются все более глубоким постижением мира природы и мира человека, а уровень и перспективы его развития определяются открытиями новых законов в действии реалий этих миров. При этом важность новых научных открытий во многом зависит от степени развитости внутренних междисциплинарных взаимодействий, в каждом случае обогащающих целое конкретными результатами, с одной стороны, и придающих ему универсальный характер, с другой.

В истории западной культуры и науки стремление к универсальности 1 характеризует наиболее цельные, существенные, сущностные стадии человеческого познания и культурного мышления в целом. Именно универсальные категории надолго определяют пути научного мышления, дают ему основания и силы для дальнейшего динамического развития.

С древнейших времен вехи универсальности мышления в западном научном мире отмечаются синкретизмом первобытной мифологии и античной философии, целостностью средневекового богословия и ренессансного гуманизма, синтезом естественных и гуманитарных наук Нового и Новейшего времени.



Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт В результате научных споров и дискуссий в средневековой религиозной философии (X-XIV вв.) сложились три основных направления, обозначивших отношение к универсалиям как к общим понятиям. Реализм определял их как существующие независимо от сознания (Иоанн Скот Эриугена, Ансельм Кентерберийский, Фома Аквинский), номинализм – как умозрительные (Иоанн Росцелин), концептуализм – как обобщающие (Пьер Абеляр). В своих концепциях ученые Нового времени не только развивали основные научные положения своих предшественников, но и давали им иную трактовку в рамках рационализма (Р. Декарт), сенсуализма (Т. Гоббс, Дж. Локк), эмпиризма (Ф. Бэкон). В контексте средневекового богословия и философского знания Нового времени с его гуманистической парадигмой складываются научные области, стремящиеся охватить и более глубоко изучить все многообразие мира природы и мира человека. Среди них – наука о музыке.

Являвшееся частью религиозной философии, музыкознание в эпоху Средневековья было представлено, прежде всего, музыкальной эстетикой и теорией музыки (труды философов и математиков Августина, Кассиодора, Боэция, Исидора Севильского, Роджера Бэкона и др.). Вопрос универсальных категорий был важен для обеих научных дисциплин, определявших в таком качестве и саму музыку, и человеческий голос, и музыкальный инструмент.

С эпохи Античности музыка традиционно рассматривалась как необходимая составляющая гармонии сфер. В средневековых трактатах феномен музыки был представлен в его отношениях к глобальным явлениям – Богу, бытию, миру, человеку. Музыка считалась частью математики, которая наряду с геологией и физикой относилась к теоретической философии.

В трактате Боэция музыка выступает в трех основных видах – как мировая (mundana), человеческая (humana) и инструментальная (instrumentalis). В свою очередь, последняя делилась на естественную (naturalis), представленную универсальными категориями – метрикой, ритмикой и меликой, и искусственную (artificialis), также выраженную в универсалии – лирике2. В

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт трактате Августина «О музыке» (конец IV века) в качестве универсалии в исследовании музыки выступает число. Его пять разновидностей охватывают широкий спектр проявления феномена – от онтологической основы музыкального искусства до особенностей символического (мифологического, религиозного) восприятия музыки и профессионального критерия оценки ее качества.

Развивая традицию рассмотрения числа как универсальной категории в музыке и опираясь на математические данные, Гвидо из Ареццо, Иоанн де Грохео и многие другие теоретики и композиторы переключили исследования музыки из философской и религизно-мифологической сферы в область теоретического изучения музыкального текста с целью практического освоения правил его создания и исполнения – т.е. основ процесса и результата сочинения музыкального произведения – композиции (также ставшей универсальной категорией) [30]. В рамках музыкальной теории, которая была развита их многочисленными последователями и продолжает развиваться до настоящего времени, сложились такие универсальные категории, как музыкальная высота, ритм, метр, тембр.

Новый этап развития музыкознания, возвращающегося к философским основам музыки и изучающего ее с помощью универсальных категорий, наступает во второй половине XIX – первой половине XX веков. В научной методологии при опоре на эволюционизм развивается новый диалектический подход (Г. Гегель, К. Маркс, Ф. Энгельс). В музыковедении это приводит к употреблению парных общих и специальных универсальных диалектических категорий – «содержание – форма», «гармония – полифония», «модус – лад», «модальность – тональность», «высота – ритм», «фактура – тембр», «импровизация – композиция», «песня – танец», «голос – инструмент», «звук – музыка».

В этот же период в трудах Р. Вагнера и Э. Курта, посвященных романтической музыке и ее контексту, наряду с другими были поставлены

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт проблемы музыкального восприятия, воздействия музыкального произведения на слушателя, аудиторию. На основе их исследований и концепций З.Фрейда и К.Г. Юнга сформировались направления психологии искусства и музыкальной психологии.

В XX веке музыкознание не утратило связей с философией. Оно взаимодействует и с такими ее составными частями как социология и культурология, а также с искусствоведением, филологией, историей, психологией, математикой, физикой и другими областями гуманитарного и естественнонаучного знания. Как и в современной науке в целом, именно междисциплинарные отношения обеспечивают поддержку системной и комплексной методологической базы музыковедения, способствуют развитию методологической универсальности.

В отечественном музыкознании середины – второй половины XX столетия складываются основанные на трактовке универсальных категорий теории симфонизма и интонации (Б.В. Асафьев), теории музыкального стиля (С.С. Скребков, Е.В. Назайкинский), музыкального жанра (А. Сохор) и импровизации (М.А. Сапонов), концепция изучения современной музыки (Ю.Н.

Холопов).

В наибольшей степени универсальность оказалась необходимой сфере этномузыкознания, предметом которого стала музыка народов мира. В отечественном этномузыковедении универсальные теоретические и музыкально-этнографические методы исследования музыкального фольклора отличают труды К.В. Квитки, Е.В. Гиппиуса, В.Л. Гошовского, В.М. Беляева, В.С. Виноградова, А.В. Рудневой, А.М. Мехнецова, З.Я. Можейко, В.М. Щурова, Н.Н. Гиляровой, Н.М. Савельевой, И.И. Земцовского, И.В. Мациевского, Ю.И. Шейкина, Г.В. Тавлай, Г.В. Лобковой. Из крупных достижений западной этномузыкологии следует выделить концепции сравнительного музыкознания К. Закса, Э.М. Хорнбостеля, М. Шнайдера, А. Шеффнера, Б. Бартока, А.Ц. Идельсона; традиционной музыки народов мира

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт А. Ломакса, Дж. Блейкинга, Я. Кюнста, А. Данилу, Дж. Фармера, Б. Неттла, А. Мерриама, Чан Ван Кхе, Д. Кристенсена, А. Чекановской, Т. Зебасса, результатом развития которых стал научный поиск новых универсальных категорий.

В период последней четверти XX века потребность в универсальности при исследовании музыкальной культуры народов мира в отечественном музыковедении и музыкальной культурологии привела к появлению теории музыкально-культурной традиции и регионально-цивилизационного подхода Дж.К. Михайлова и концепции музыки в истории культуры А.





В. Михайлова и Т.В. Чередниченко, акцентирующих внимание на гео- и историко-культурном аспектах развития музыкальных традиций. В сфере музыкального востоковедения сложились теория музыкального профессионализма в культурах Запада и Востока Н. Г. Шахназаровой, теория монодии С.П. Галицкой, концепция творческого процесса музыканта – исполнителя и композитора – В.Н. Юнусовой и теория философских основ классической музыки Востока Г.Б. Шамили, позволившие исследовать с позиций западной науки специфику музыкального текста в его традиционном контексте.

Целую эпоху в развитии современного отечественного музыкознания составила теория интонации Б.В. Асафьева [6,12,21,29]. Одним из отправных моментов для данного открытия в контексте новых поисков в области музыковедения стала полемика о генезисе музыки, которая велась в научных публикациях в начале XX века. В отличие от ведущего западного этноинструментоведа, музыковеда и искусствоведа К. Закса, указывавшего на первостепенную роль в процессах формирования музыкального искусства музыкального инструментария [38], в качестве источника происхождения музыки Б.В. Асафьев рассматривает речь [5]3.

Учитывая при анализе речевой интонации, как и музыкального текста, прежде всего звуковысотный аспект, ученый опирался на собственный опыт качественной оценки интервалов в бытовой и стилизованной, поэтической и

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт театрально-декламационной, речевой интонации в русском языке. Он также использовал практику наблюдения над такими основными оттенками речи, как зов, вопрос, утверждение, удивление, просьба, перечисление. В рисунке и динамике речевой интонации исследователь различал «музыкальносущественные элементы» – общую звуковую линию, распределение силы звучания, место главного акцента, диапазон и расстояния внутри данного интонационного объёма и темп. После рассмотрения речевой интонации на этом уровне Б.В. Асафьев непосредственно обратился к анализу музыкальной интонации на примере русских, украинских, белорусских народных песен и произведений русских композиторов XIX века. С помощью интонации как универсальной категории в трудах Б.В. Асафьева и его последователей, отечественных музыковедов, объясняются многие явления традиционной и академической музыки последних столетий.

Истоки происхождения музыки в языке и речи были исследованы в 1920-е годы также современником Б.В. Асафьева – известным музыковедом, музыкальным критиком и пропагандистом, специалистом в области русской музыки и поэзии Л.Л. Сабанеевым. Однако в своем труде «Музыка речи», продолжившем серию научных статей о музыке в русской поэзии, ученый проанализировал речевую интонацию с точки зрения ритма и тембра [23]. Это объяснялось его опорой на исследования в области музыкальной психологии, согласно которым первым при слушании музыки воспринимается метр (ритм), за ним – тембр, и только потом – мелос, гармония и контрапункт [23:8]4.

Ученый указывал на особую ритмизованность поэзии как результат восприятия поэтами ритмической стороны музыки.

В качестве своеобразного языка звуковых эмоций, эмоционального звукового кода Л.Л. Сабанеев рассматривал невербальное начало в речи. В отличие от Б.В. Асафьева, опиравшегося на образцы народной и классической музыки, в своем труде он привлекал не музыкальный, а литературный материал, с помощью анализа которого им была представлена полная картина

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт семантических соответствий гласных и согласных звуков речи в их психоэмоциональной и словесной интерпретации 5. Заслуга реабилитации звуковой сущности слова, по мнению исследователя, принадлежала русским поэтам-символистам, утвердившим вслед за французскими «культ звука» в литературе и поэзии.

Проблемы, поставленные Л.Л. Сабанеевым, оказались близки направлениям, развившимся в связи с изучением внеевропейских музыкальных культур. Как отмечал исследователь, в заклинательных ритуалах первобытных народов «магическая» сущность звуковой эстетики в речи уравновешивала идею слова – «слово-мысль» [23:4]. Эта и другие идеи ученого перекликаются с данными этномузыковедов, изучавших первобытные культуры, особенно это касается архаических невербальных звуковых практик 6. Эмоциональный звуковой код, о котором писал Л.Л. Сабанеев, рассматриваемый шире – как звукоакустический код, – через много лет стал предметом научных поисков психологов, психобиологов и музыковедов [1,9,18].

В советский период актуальность теории интонации Б.В. Асафьева обеспечивалась ее соответствием положениям марксистско-ленинской эстетики о социальной обусловленности искусства и отражательной природе музыкального творчества и его связи с различными видами человеческой деятельности. По Б.В. Асафьеву, специфическое отличие музыки от речи, в которой смысловая нагрузка лежит на слове, проявляется в том, что при общности происхождения речевой и музыкальной интонации последняя является носительницей музыкального содержания [28].

Понимание музыки в таком качестве было развито в отечественном музыкознании в конце прошлого – начале нынешнего столетия на основе принятого в литературоведении семиотического подхода (Ю.М. Лотман) и новейших научных достижений. Это привело к формированию учений, дополнивших и обогативших интонационную теорию – концепций музыкального содержания (В.Н. Холопова, А.Ю Кудряшов, Л.П. Казанцева),

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт музыкальной семантики (Л. Шаймухаметова) и музыкальной коммуникации (А.Н. Якупов).

В области исследований акустической природы музыки (Н.А. Гарбузов, А.А. Володин, И.А. Алдошина), психологии музыкального восприятия (Е.В. Назайкинский, В.В. Медушевский, Д.К. Кирнарская) и изучения мировой музыкальной культуры (Е.В. Васильченко, М.И. Каратыгина, автор данной статьи) определяется ведущая роль звука и звукового начала в процессах становления музыкального искусства. Закрепляющиеся как универсальные, представленные в данных концепциях категории позволяют рассматривать музыку и музыкальную культуру в целом в качестве универсального текста, и кроме того, обращать особое внимание на его коммуникативную и символическую природу. Отметим здесь, что отношение к музыке как к тексту (М.А. Арановский, Л.О. Акопян), а к музыкальному языку как к языку-коду, реализующему одновременно самоидентификацию и универсализацию национальной музыкальной культуры или традиции и хранящей их информационной базы, указывает на ведущую роль в организации музыкальной структуры музыкальной деятельности.

Современный мир с его уникальным опытом всеобщего историкогеографического межкультурного и межцивилизационного взаимодействия и возникшей на этой основе идеей глобализации снова подводит науку к черте поиска универсальности. Что вбирает в себя современное понимание музыки?

Только ли искусство, художественную деятельность и традиции народов?

Или, как когда-то – порядок, управляющий Вселенной, как формулу Божественного мироустройства? Некую универсальную матрицу жизни человека на Земле? Космос природы и человеческих отношений? Мир всех людей и души отдельного человека? Структурную модель мышления и его главного свойства – способности к творчеству, направленному на созидание?

«Если музыка и жизнь действительно взаимосвязаны и взаимообусловлены, то, может быть, именно в музыке, в ее различных

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт проявлениях, закономерностях и перспективах стоит искать решение многих общечеловеческих проблем?!..» – спрашивает ведущий отечественный этноинструментовед, глава Санкт-Петербургской инструментоведческой школы, видный композитор, исполнитель и педагог И.В. Мациевский [14:56].

Ответом на этот и многие другие вопросы современной культуры, науки, искусства является сформулированная ученым теория контонации [13,14].

«Каждый выдающийся исследователь вносит свое имя в историю науки не только собственными открытиями, но и теми открытиями, к которым он побуждает других», – отмечал крупнейший немецкий физик XX столетия Макс Планк. Ценность того или иного научного открытия как раз и заключается в его открытости другим открытиям – в этом состоит перспективность научного исследования, постоянно открывающего новые пути развития науки, а не только отвечающего на наболевшие вопросы и тем самым «закрывающего»

старые проблемы. «Я знаю то, что ничего не знаю» – этот вывод древнегреческого философа7 является универсальной формулой научного познания, не замыкающегося на достигнутом, а постоянно расширяющего свои горизонты в бесконечности бытия.

Продолжающая развитие актуальных научных теорий и в то же время открывающая новые сферы современной научной методологии в музыкознании, теория контонации является одним из крупных научных открытий, способствующих серьезному исследованию, глубокому изучению и практическому освоению, и, что весьма важно, адекватному пониманию специфики современной академической и популярной музыки, основанной на западной композиторской традиции, и традиционной музыки народов мира.

Она непосредственно связана с изучением различных типов и видов музыки, и еще в большей степени – музыкального текста и музыкального мышления, включая их природную, «надчеловеческую» составляющую – физическую и биологическую музыку, которая существовала и существует на Земле независимо от человека.

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт Именно поэтому контонация может пониматься в виде со-бытия «звуков и звуковых комплексов окружающего мира, которыми человек не управляет, а лишь воспринимает как данность», и как дарованная человеку природой «возможность самому создавать звуки и звуковые миры» [14:9]. В данном контексте учитывается значение для развития музыкальной культуры народов мира музыканта, который выступает в качестве творца музыки – композитора-мыслителя (в западной и современной мировой академической музыке) или проводника звуковой/музыкальной информации, природной и человеческой, анонимной и авторской – исполнителя-интерпретатора (в традиционной музыке). Примером объединения обеих позиций в одном лице могут служить известные современные композиторы – представители национальных композиторских школ Азии Хосе Маседа (Филиппины), Исан Юн (КНДР-Германия), Тору Такэмицу (Япония), Тан Дун (КНР-США).

И.В. Мациевский указывает на связь новой научной категории не только с категорией интонации, но и с формообразовательными универсалиями в музыке – звуковысотной организацией, модальностью, мелодикой, ритмикой, многоголосием, гармонией, полифонией, композицией и др. [14:15]. Как и интонация, контонация продуцирует соответствующие ей по функционированию и структуре формообразовательные универсалии и их качества [14:33-35 (таблица) и далее]. В сфере звука – это тембровая расщепленность и контонационная синкретичность музыкального инструмента; в ритмике – комплементарность; в тематизме – рассредоточенность тематического развития; в области лада – модальность как принцип равноправия тонов в звукоряде, контонационное согласие модальных опор, использование суммарного звукоряда в ансамблевом исполнительстве; в тональности – переход от идеи тонального центра и внутренних тяготений к серийной технике, идея «звучаний-созвездий»; в фактуре – тембровый линеаризм, темброво-регистровая пространственность, соединение в ансамбле сольных партий; в форме и

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт композиции – тяготение к открытым структурам, принцип комбинаторики [14:36-55].

Cама контонация, как и интонация, также может быть помещена в ряду универсальных категорий. В одних случаях новую жизнь в качестве универсальной категории начинает термин, употребляемый в той же научной области в определенном, как правило, более узком контексте. Среди таких понятий – «интонация». В других случаях для определения открытого нового универсального феномена требуется и новое название, как это произошло с контонацией.

Первое, на что всегда обращает внимание читателя любое новое понятие, – это его аналогии с уже известными терминами и их смыслом.

Как соотносятся контонация и интонация? Сосуществуют ли как равноправные универсальные категории? Составляют ли грамматическую (семантическую, символическую, семиотическую etc.) пару или являются частью онтологической или инструментальной (смысловой) (методологической) триады? Могут ли они быть сопоставлены как метафизическая и диалектическая категории? Трактованы как диалектическое единство? Могут ли дополнять друг друга как целое и частное? Является ли в этом случае контонация дополнением интонации? Или наоборот, интонация – лишь частный случай контонации, ее составляющая? Как можно объяснить контонацию в контексте когнитивного музыкознания? Наконец, по аналогии с асафьевским определением музыки как «искусства интонируемого смысла», каким образом можно трактовать музыку с позиции контонации?

На каждый из этих вопросов нет однозначного ответа. По нашему мнению, возможный спор между «контонационистами» и «интонационистами» сродни вечному (в том числе и от слова «век», то есть периодически происходящему в веках) научному спору – между реалистами и номиналистами, рационалистами и сенсуалистами, теоретиками и практиками науки.

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт Для понимания смысловых особенностей контонации как новой универсальной категории в целом и для представления круга ее основных значений обратимся к связанной с этим понятием научной терминологии. Как и интонация, этимологически термин «контонация» восходит к термину «тон», имеющему широкий спектр применения в сфере лингвистики и искусствознания (теория музыки, теория изобразительного искусства).

Тон (от греч. «tonos» – «напряжение», «ударение», «сила») и сам может рассматриваться как универсальная категория. Уже происходящее от греческого слова «тон» латинское понятие «тонус» («tonus») означает не только натяжение, тон, звук, ударение, акцент, но и светотень, и удар грома. В.И. Даль определяет тон (от греч., а также от франц. Ton и нем. Ton) как всякий звук, звон, гул, голос (всякое изменение звука есть повышение или понижение тона);

качество звука или зык; лад (мажорный и минорный, с подразделениями по числу нот; в церковной музыке тон или лад заменяют гласы); а также – степень яркости или господства того или другого цвета, краски в живописи;

общность краски, масть; «общность речи и приемов человека, образ обращения его с людьми» [10:794].

Использование современного понятия «тон» в музыке отличается большим разнообразием. Оно означает звук, шум [25] или отличающийся от шума музыкальный звук определенной высоты [20:668]; звук, порождаемый периодичным колебанием воздуха; физическую характеристику звука, зависящую от набора частот звуковых колебаний, которые входят в состав сплошного музыкального звука (отсюда имеющий наименьшую частоту в частотном спектре звука основной тон и остальные тоны – обертоны). Также – музыкальный звук определенной частоты, зависящей от частоты основного тона; физическую характеристику звука, определяемую частотой колебаний голосовых связок; звук, обладающий определенной высотой; интервал темперированной гаммы, состоящий из двух полутонов и принимаемый за единицу при определении разности звуков по их высоте [27]; расстояние между

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт звуками, равное 1/6 октавы [24] или составляющее интервал большой секунды;

звук аккорда, совпадающий с первой ступенью гаммы и слышимый отчётливее, чем другие; самый низкий звук, получаемый от колебания звучащего тела, слышимый лучше других и обозначаемый обычно как единственно звучащий [8]. В акустике тон – это наименьший элемент спектра сложного звука (частичный, аликвотный тоны, обертон); образуется простыми (синусоидальными) колебаниями; при взаимодействии звуков образуются разностный и суммарный комбинационные тоны [22].

Отсюда происходит представление о высоких и низких тонах, о тональности как о высотном положении лада (ладотональность) и тяготеющих к тональному центру устойчивом комплексе соподчиненных тонов, о тональной системе как о совокупности тонов, а также о величине «полутон» как о половине тона – малой секунде; о тонике как об основной ноте, господствующем звуке, тонической ноте, главной в тоне; о тонации – характере звука, отличающем звуки одной и той же высоты и сходном в случае сравнения энгармонически равных тонов [31]. И – об интонации.

В средневековой западной церковной музыке «тоном» назывался лад, в светских профессиональных музыкальных традициях эпохи Возрождения (например, у мейстерзингеров) – мелодическая модель. Наряду с этим для обозначения исполняемых солистом и продолжаемых хором начальных мелодических оборотов в псалмах и григорианских песнопениях применялся термин «интонация», который позднее стали использовать в церковном органном исполнительстве для определения акустически правильной настройки инструмента. В древнерусской певческой практике понятиям «тон» и «интонация» в таком контексте наиболее близок по значению термин «попевка».

В современной музыкальной практике понятие «тон» входит в обозначение тембра как тональной звуковой краски; оно также определяет характер, оттенок (тембр) звучания инструмента или голоса и характер

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт звучания, придаваемый инструменту (обычно струнному) исполнителем [27]. В этом проявляется семантическая связь понятия «тон» с понятием контонации, что может указывать на трактовку контонации как гармонии тембров. В то же время понятие «интонация» в научном обиходе используется как обозначение способа артикуляции, исполнительского приема в вокальной или инструментальной музыке, с помощью которых в свободном непосредственном музыкальном высказывании передаются живое дыхание и оттенки чувств [32,34,35,36,37].

Понятия интонации и контонации имеют взаимосвязи и с трактовкой тона в лингвистике, где под тоном понимаются не только высотно-акустические и другие характеристики, отличающие слоги и слова, но и оттенок речи или голоса. Тон – это «мелодическое варьирование высоты звука (звуковысотных характеристик) при произнесении слогов, фонологически значимое в языке»

Фонологическое значение тона, выражающего лексическую или [8].

грамматическую характеристику, т.е. определяющего смысл произносимого корнеслога/слова, характерно для тональных языков, где тон выступает в качестве просодического элемента. Разновидностями тона в языковых системах являются словесное или музыкальное ударение и словесный акцент.

Системы музыкального (звуковысотного) ударения развиваются из тоновых и имеют общие с ними фонетические механизмы.

Под интонацией в лингвистике подразумевается изменение высоты тона на протяжении сравнительно большого речевого отрезка – высказывания или предложения и используется в интонационных языках с их фразовой мелодикой. В фонетике древнегреческого языка тоном считают повышение голоса и ударение, в то время как комплексное изменение интонации голоса при произнесении слова (повышение и следующее за ним понижение в качестве возвращения к прежней высоте) называют контонацией [33]. По аналогии с речевой интонацией, функция музыкальной интонации может быть семантической, экспрессивной, синтаксической и эвфонической. Из них

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт эвфоническая (способствующая благозвучию) сближает интонацию с контонацией.

В отличие от интонации, контонация в большей степени соотносится с кругом значений понятия «тон» в живописи, где оно определяется как качество цвета, благодаря которому данный цвет отличается от других цветов [24:510];

также оттенок цвета или светотени, характер краски, цвета – с точки зрения степени яркости, колорита [27].

Тон подразумевает физическую характеристику простого цвета, которая зависит от его места в солнечном спектре, степени его чистоты и светлоты.

Между тонами одного цвета имеет место соотношение доминирующего / господствующего и вспомогательного / подчиненного оттенков. Преобладание в каждом из тонов признаков основного цвета, к которому они относятся, даже при резких различиях между их оттенками позволяет объединить их по принадлежности к нему. В технике живописи различают три вида тона – световой (элемент светлоты, насыщенности светом), цветовой (элемент цвета) и общий (основной цвет или оттенок) [11], сообщающий цельность колориту [19]. В живописно-театральном контексте тон – это также своеобразная маска – косметическое средство, накладываемое на лицо для усиления выразительности лица, скрадывания изъянов и т.п. [7].

Весьма существенным в живописи является когнитивный аспект: от восприятия тонов художником и/или зрителем и их субъективной трактовки проистекают определения, частично связанные с цветовой характеристикой, но в большей степени передающие живое человеческое ощущение. Употребление этих определений, как и восприятие, отличается дуализмом: холодный – теплый, яркий – темный, кричащий – спокойный [8].

Кроме того, в музыке, речи и живописи тоном называют определенное настроение или впечатление, возникшее при восприятии художественного/музыкального текста. В переносном смысле тон в речи близок к тембру в музыке и его восприятию – это характер звучания голоса,

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт его тембровая окраска; тональность; эмоциональный оттенок голоса, речи;

манера разговаривать [19].

В сфере этики тон – это оттенок поведения, общения с людьми (устар.) [27]; манера поведения, характер или стиль жизни [24:510]; манера, стиль общения, письма, повествования; форма общения [7]. Есть и медицинское значение термина «тон», соединяющее контонацию с корпоромузыкой и идеей человеческого организма как певческого инструмента [14:28]: тон – это звук, шум работающего сердца, его клапанов; характер этого звука, шума [27]; звук, возникающий при выстукивании полых органов человеческого тела [19].

Таким образом, понятие контонации может вбирать в себя практически весь смысловой контекст термина «тон», указывая на уравновешенность, равновесие (в т.ч. архитектоническое), согласие, согласованность, упорядоченность, порядок, соединение, объединение, взаимодействие, своего рода ансамблевую организацию тонов – и в этом значение контонации может соответствовать общему значению таких понятий как лад, гармония и музыка при всех различиях в их употреблении. Находившиеся буквально на пороге открытия контонации выдающиеся отечественные музыковеды Е.В. Назайкинский и М.А. Арановский в своих трудах обращали внимание на характеризующие феномен музыки соразмерность и слаженность звуковых высот как одно из проявлений гармонии мира и на мир звуков как образ мира [18:95, цит. по:14:17]; на целостность восприятия музыки и приоритет в нем зрительно-пространственных представлений [2:263, цит. по:14:18] – т.е. на контонационный аспект выражения музыкального начала. В продолжение теории фоносферы М.Е. Тараканова, охватывающей весь звучащий мир, и теории мелосферы И.И. Земцовского, очерчивающей в этом мире мелодическую – то есть интонационную – область, в контексте теории контонации И.В. Мациевского можно было бы представить как наиболее значительную часть фоносферы «тоносферу» – сферу музыкального

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт искусства, основанную на законах интонации и контонации и включающую в себя не только мелосферу, но и «тембросферу».

Сам И.В. Мациевский сравнивает контонацию с интонацией так:

интонация – это «процесс переживаемого движения, преодоления пути от звука к звуку» (от латинского «tonus in tonum» – «из тона в тон»), а контонация – «созерцание, “сослушивание” и осознание объективно существующего (бльшего или меньшего) конгломерата звуков, со-звучания, со-размерности тонов звуков, тонов (лат. con = рус. c, со) и их сочетаний – в широком смысле этого слова – и формирование на этой основе самых разнообразных музыкальных творений» [14:9-10]. Он отмечает, что подобный (интонационноконтонационный – А.А.) дуализм восприятия и моделирования отличает и другие формы деятельности – например, изобразительное искусство и архитектуру.

Ученый подчеркивает, что сосуществующие в культуре интонационный и контонационный аспекты музыкального (шире – художественного) моделирования или творения обусловлены природой и средой обитания, характером деятельности и психологией человеческого восприятия и отражения. При этом феномен интонационности он связывает с экспрессией и временным аспектом музыки 8, тогда как контонационности – с медитацией и пространственным аспектом [14:9,11].

Связь контонации с медитацией9 открывает иные стороны этого феномена, в том числе в его взаимодействии с интонацией. Универсальным средством погружения в состояние медитации во всех практиках является использование многократного монотонного повторения какого-либо действия. Этому идеально способствуют характерные музыкальные (метроритмические, тембровые, звуковысотные) и словесно-музыкальные формулы – например, в формах бормотания у народов Севера, личных песнях у аборигенов Океании и индейцев Северной Америки, мантрах в индуистских обрядах. В традиционных культурах их смысл, даже если они основаны на определенных интонациях,

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт воспринимается не столько сознанием, сколько подсознанием, и в этом случае интонация может рассматриваться как контонация (!).

Контонация может замещать интонацию и в основанной на медитации классической музыке народов мира. При исполнении крити – жанра южноиндийской (карнатской) традиции классической музыки – голос певца, как и звуки тампуры, скрипки, мриданга (также гхатама и кханджиры), несмотря на словесный текст в вокальной партии не выделяется в интонационном отношении, а сливается в единое ансамблевое целое с инструментальным звучанием. В большей степени, чем интонация, может восприниматься контонация и в практике использования техники устной слоговой нотации, в которой каждый слог имеет строго определенный смысл, как мнемотехники в игре на мембранофонах в северо- (хиндустани) и южнокарнатак) индийской классической и традиционной музыке.

Внеевропейские традиционные культуры содержат представления и о самой музыке (игре на музыкальных инструментах – например, на варгане) или слуховом восприятии звучащей музыки как о медитации. Для традиций народов мира типичны и обязательны обрядовое коллективное вслушивание в голоса божеств, духов, сил природы и явлений окружающего мира; сольное исполнительское прислушивание к себе – поющему или играющему музыканту;

сослушивание других музыкантов в ансамбле с целью сыгрывания с ними.

Яркими примерами тому являются музицирование в традиционных инструментальных ансамблях и оркестрах у народов Юго-Восточной Азии и Дальнего Востока – кхмерском пинпеэте, тайском пипхате, индонезийском гамелане, японском гагаку.

В то же время И.В. Мациевский определяет контонацию как онтологически-аксиологическую категорию, указывающую на осознание объективно существующего «конгломерата звуков, со-звучания, соразмерности тонов» и их сочетаний – и тем самым превращение их в звучания, наполненные смыслом; в звуки, которые являются носителями человеческого

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт разума 10. В таком понимании осознание-осмысление звуковой реальности может свидетельствовать о феномене смыслообразования и в самом творческом (музыкантском – композиторском и исполнительском) процессе, и в его теоретической (эстетической) рефлексии.

Как видно, акцент при этом переносится с активной преобразующей деятельности на осмысление-осознание, которое непременно включает этапы концентрации внимания и мысли на изучаемом, исследуемом и творчески постигаемом явлении или объекте. Образцами непосредственного применения подобной контонационной слушательской технологии могут служить существовавшая в Древнем Китае (с эпохи Чжоу) система изготовления и исполнительства на музыкальных инструментах «ба инь» («восемь тембров»).

Согласно этой системе, главным для получения того или иного тембра был материал, из которого создавали инструмент и который должен был представлять мировые элементы и стихии. Звучания таких инструментов в придворных церемониальных оркестрах также воспринимались – осознавались как идеальные звучания элементов и стихий.

Таким образом, становится очевидным, что теорию контонации И.В. Мациевского следует рассматривать прежде всего в тесной взаимосвязи с выдвинутой им концепцией инструментализма, с одной стороны, и исследованием традиционной и академической музыки в пространстве художественной культуры, с другой [15,16,17]. Их отличает использование контекстуального подхода. Понятие контонации как универсальной категории не возникает у ученого случайно, спонтанно – оно органично вытекает из его глубокого постижения феномена инструментальной культуры, обусловленного особой ролью в традициях народов мира инструментальной музыки и инструментального ансамблевого музицирования как ее основы 11.

Контонация помогает представить, понять и изучить основные механизмы ансамблевой инструментальной и вокально-инструментальной музыки народов мира. Контонационная природа характеризует гокетную технику, принятую в

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт средневековой западноевропейской и современной тропикоафриканской музыке для ансамблей однородных инструментов (например, флейт); сольную игру на ламеллафонах и ансамблевую – на ксилофонах у народов Южной Африки; гонговые ансамбли на Филиппинах; ансамбли исполнителей на многоствольных флейтах в Перу, на кхене в Лаосе, на кугиклах/кувиклах и пылянах в России и многие другие феномены мировой музыки.

В то же время с помощью контонации могут трактоваться и вокальная музыка – от таких редких, в том числе архаических, практик, как коллективное скандирование в племенах Австралии, пение поэзии на тональных языках (например, жанр куан хо во Вьетнаме) и виды горлового пения у инуитов Канады, Косов ЮАР, монголов и тувинцев, до традиционной песенности в культурах народов Евразии. Особую сферу перспективных исследований может составить область театральной музыки – яркие примеры контонационности представляет музыка в формах традиционного и классического театра Америки (танцевальные драмы современных индейцев майя) и Азии (у народов с тональными языками – пекинская опера; виды японского театра ноо, кабуки, бунраку; также индонезийский ваянг; кхмерский балет).

Следует отметить, что в современную эпоху для музыки народов мира особо значимыми оказываются феномены, сложившиеся на основе действия многообразных климато-географических12, регионально-цивилизационных и историко-культурных факторов – это Культура Слова и Культура Звука.

Исторически находящиеся между собой в отношениях то объединения, то противостояния, они определяют приоритеты и в мировой музыке в целом, и в отдельных музыкальных традициях. Постоянное взаимодействие интонации и контонации как дополняющих друг друга моделей музыкальной культуры и научных категорий отражает отношения между этими феноменами. Оно же помогает приблизиться к пониманию феномена Музыки: «Музыка – лишь осуществление на инструменте или голосом идей, существующих вне ее? Или она, как Слово, способна воссоздавать и создавать – человека и мир?» [14:9].

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт *** В целом в сфере изучения современной музыки народов мира контонация может рассматриваться как феномен музыки и музыкальной культуры, механизм музыкальной традиции, тип музыкального мышления, способ организации музыкального текста и музыкальная (композиторская, исполнительская и слушательская) технология. В контексте исторического, теоретического и сравнительного музыкознания контонация как универсальная категория синтезирует в себе признаки онтологической (является общим понятием), морфологической (определяет формообразующую специфику музыки), гносеологической (идентифицирует структурные особенности музыкального мышления) и аксиологической (указывает на ценность музыки) категорий. Ее можно отнести к разряду эпистемологических категорий, то есть развивающих теорию познания и намечающих новые методологические пути для действия других категорий.

Примечания Универсальность здесь понимается как глобальность, 1.

всеобъемлемость, многофункциональность.

Как универсальные категории эпос, лирика и драма были выделены 2.

уже «отцом универсалий» Аристотелем в его трактате «Поэтика» [3].

В силу обнаруженной ученым непосредственной связи между 3.

речевой и музыкальной интонациями текст работы «Речевая интонация» [5] впоследствии был включен им в книгу «Музыкальная форма как процесс», которая стала научной классикой и хорошо известна каждому современному музыковеду и музыканту [4].

На этом основании можно сделать вывод о столь же 4.

последовательном возникновении на ранних стадиях в культуре данных параметров звука и музыки.

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт Возможно по этой причине в то время его идеи не получили 5.

развития в трудах музыковедов, занимавшихся преимущественно исследованием музыкальных текстов на примерах произведений отечественных и западноевропейских композиторов.

Во многих культурных традициях особый смысл несут в себе 6.

словесно-звуковые формулы со звуком «х» («ха», «хэ», «хы», «ху», «хо», «хейя» и др.), по мифологическим представлениям, связанным с выдохом, воздухом, душой. В обрядах современных американских индейцев для призывания или изгнания духов используются слоги, которые имеют магическое («ху») или медицинское («хи») значение [39:3].

Отрывок из знаменитого изречения Сократа: «Я знаю только то, что 7.

ничего не знаю, но некоторые не знают и этого».

Напомним, что Б.В. Асафьев делал акцент на эмоциональной 8.

стороне проявления интонации.

Как прием религиозной/духовной и физической/психической 9.

практики концентрации внимания на определенном реальном/воображаемом объекте и/или приведения сознания в состояние сосредоточенности медитация встречается в мировой культуре со времен Древности (в западном мире – с Античности) и продолжает широко использоваться в современных традициях индуизма, буддизма, суфизма, а также культах божеств и духов у народов Тропической Африки, Океании, Америки. Медитация широко применяется в медицинских/психотерапевтических целях, а начиная с 1960-х годов благодаря движению хиппи проникает в сферу массовой культуры.

По этому поводу исследователь приводит высказывания 10.

средневековых ученых Фараби и Имастасера [14:17].

Весьма важным при этом оказывается отношение ученого к 11.

вопросу происхождения музыки. Опираясь на современные научные данные о музыке народов мира и на результаты собственных полевых исследований уникальных музыкальных традиций народов Евразии, И.В. Мациевский

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт естественно связывает возникновение музыки с музыкальным инструментарием и предлагает обновленную периодизацию ранних этапов развития музыки в истории культуры. Согласно данной периодизации трудовая инструментальная музыка появилась в эпоху палеолита задолго до возникновения речи и пения, в процессе труда и освоения орудий и системы аффектных сигналов и жизненных шумов. В период кроманьонца возросла роль музыкально-эстетического фактора, произошло разделение первоначального синкретизма в культуре в целом и музыкальной – инструментальной – в частности. В третий период эволюции (homo sapiens, научно-техническая революция) завершилась социально закрепленная профессионализация народного творчества, была осуществлена унификация музыкальной деятельности и музыкального инструментария [15:24-27;16;17].

И.В. Мациевский отмечает в эволюции музыкальных культур на 12.

исторической оси «Запад-Восток» особую роль векторов-оппозиций «СевероЗапад» и «Юго-Восток», а на уровне всей мировой музыкальной культуры – также оси «Север-Юг» [14:13].

Литература Алексеев Э. Раннефольклорное интонирование. Звуковысотный 1.

аспект. М., 1986.

Арановский М.А. О психологических предпосылках предметнопространственных слуховых представлений. – В сб.: Проблемы музыкального мышления. М., 1974. С. 263.

Аристотель. Этика. Политика. Риторика. Поэтика. Категории.

3.

Минск: Литература, 1998.

Асафьев Б.В. Музыкальная форма как процесс. Л., 1971.

4.

Асафьев Б.В. Речевая интонация. М., 1925.

5.

Б.В. Асафьев и советская музыка. Культура. Сборник статей. М., 6.

1986.

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт Большой толковый словарь русского языка. Под ред. С.А.

7.

Кузнецова. СПб.: Норинт, 2000. – [Электронный ресурс] – Режим доступа: login.ru

Виноградов В.А. Тон. – Большая советская энциклопедия. – М.:

8.

Советская энциклопедия. 1969—1978. – [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://dic.academic.ru/ Володин А.А. Роль гармонического спектра в восприятии высоты и 9.

тембра звука. – В кн.: Музыкальное искусство и наука. Вып. 1. М., 1970.

Даль В.И.Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 4. М.:

10.

АО Издательская группа «Прогресс», «Универс», 1994.

Иллюстрированный словарь по искусству и архитектуре / Сост.

11.

Р.П. Андреева. – СПб.: Литера, 2003.

Интонация и музыкальный образ. Статьи и исследования. Под ред.

12.

Б.М. Ярустовского. М., 1965.

Мацiєвський I.В. Iгри и спiвголосся. Контонацiя. Музикологiчнi 13.

розвiдки. Тернопiль, 2002.

Мациевский И.В. Интонация, контонация и формообразовательные 14.

универсалии в музыке (европейской и внеевропейской, традиционной и современной). – В сб.: Музыка народов мира. Проблемы изучения. Материалы международных научных конференций. Вып. 1. М.: Научно-издательский центр «Московская консерватория», 2008. С. 9 - 56.

Мациевский И.В. Народная инструментальная музыка как феномен 15.

традиционной культуры. Общетеоретические проблемы. Автореферат диссертации на соиск. уч. степ. доктора искусствоведения. Киев, 1990.

Мациевский И.В. Народная инструментальная музыка как феномен 16.

традиционной культуры. Алматы: Дайк-Пресс, 2007.

Мациевский И.В. Народная инструментальная музыка как феномен 17.

традиционной культуры. Общетеоретические проблемы. Диссертация на соиск.

уч. степ. доктора искусствоведения. Киев, 1990.

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт Назайкинский Е.В. Звуковой мир музыки. М., 1988.

18.

Новый словарь русского языка под редакцией Т.Ф.Ефремовой. М., 19.

2000. - [Электронный ресурс] – Режим доступа: twirpx.com Ожегов С.И. Словарь русского языка М., 2000.

20.

Орлова Е. М. Интонационная теория Асафьева как учение о 21.

специфике музыкального мышления. История, становление, сущность. М., 1984.

Рагс Ю.Н. Тон. – Музыкальный энциклопедический словарь. М., 22.

1990. - С. 548.

Сабанеев Л.Л. Музыка речи. М., 1923.

23.

Словарь иностранных слов. М.: Русский язык, 1989.

24.

Словарь синонимов русского языка. Под ред. З.Е. Александровой.

25.

М.: Русский язык, 2001. – [Электронный ресурс] – Режим доступа: log-in.ru Современный энциклопедический словарь. М.: Большая Российская 26.

Энциклопедия», 1997. – [Электронный ресурс] – Режим доступа: lib.rus.ec Ушаков Д.Н.. Толковый словарь русского языка. М., 2000. – 27.

[Электронный ресурс] – Режим доступа: http://ushakovdictionary.ru/ Холопов Ю.Н. Интонация. – Музыкальный энциклопедический 28.

словарь. М., 1990. С. 214.

Шахназарова Н. Интонационный «словарь» и проблема народности.

29.

М., 1966.

Шестаков В.П. История музыкальной эстетики от Античности до 30.

XVIII века. М.: Издательская группа URSS, 2010.

Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. – С.Пб.: Брокгауз-Ефрон. 1890 – 1907. – [Электронный ресурс] – Режим доступа:

http://dic.academic.ru/

32. Barbieri P. Violin Intonation: a Historical Survey // Ethnomusicology, xix, 1991. P. 69–88.

Алпатова А.С. Об универсальных категориях в музыковедении:

история и современный опыт

–  –  –



Похожие работы:

«ОТВЕТЫ НА ЗАДАНИЯ ОТБОРОЧНОГО ЭТАПА ОЛИМПИАДЫ ШКОЛЬНИКОВ «ЛОМОНОСОВ» ПО ИСТОРИИ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ (задания для 10–11 классов) Задания третьего отборочного тура Задание №1 (20 баллов).Ответы: 1. Крещение Руси, принятие Русью хрис...»

«Программа вступительного испытания по истории Пояснительная записка Экзамен по истории России является обязательной формой вступительных испытаний для абитуриентов, поступающих на заочное обучение в ЛГУ имени А.С. Пушкина. Экзамен предусматривает владение абитуриентами основными знаниями и у...»

«В.Ф. Олешко Социожурналистика: Прагматическое моделирование технологий массово-коммуникационной деятельности Е катерин бург И здательство У ральского университета ББК Ю953 0-538 Н аучный редактор доктор и...»

«В. Н. Краснов РАССТРОЙСТВА АФФЕКТИВНОГО СПЕКТРА Москва 2011 Содержание Список условных сокращений Введение Раздел I. Расстройства аффективного спектра в психиатрической практике Глава 1. Психопато...»

«Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/08/08_02/978-5-88431-283-8/ © МАЭ РАН Russische Academie van Wetenschappen Peter de Grote Museum voor Antropologie en Etnograe (Kunstkamera) J.J. Driessen-van het Reve De Hollandse wortels van...»

«История и философия науки Учебник для вузов 2-е издание, переработанное и дополненное Под общей редакцией А. С. Мамзина и Е. Ю. Сиверцева Допущено Учебно-методическим отделом высшего образования в качестве учебника для студентов в...»

«СЕЛИВАНОВА Ольга Антиевна ПСИХОЛОГО-ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ РЕАДАПТАЦИЯ БЕЗНАДЗОРНЫХ ПОДРОСТКОВ В УСЛОВИЯХ ОТКРЫТОГО СОЦИУМА 13.00.01 общая педагогика, история педагогики и образования Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора педагогических наук Тюмень...»

«Глава 19 МЕТОДЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ Методы исторического исследования традиционно делятся на две большие группы: общие методы научного исследования и специальные исторические методы. Однако нужно иметь в виду, что подобное деление в некоторой степени условно. Например, так называемый «исторический» метод используетс...»

«К вопросу о составе войск Шейбани-хана В историографии слабо разбирался вопрос о количестве и качественном составе войска Мухаммеда Шейбани. Отдельные мнения по этому поводу высказывали разные ученые. Наиболее детально рассматривал этот вопрос Султанов Т.И. Согласно его точке зрения, колич...»

«2 Касюк Арсен Яковлевич, доктор исторических Составители: наук, профессор, профессора кафедры связей с общественностью ИМОиСПН МГЛУ Колесников Александр Антонович, доктор Ответственный редактор: исторических...»










 
2017 www.pdf.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - разные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.