WWW.PDF.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Разные материалы
 

«Предлагаемая модель пассионарности является комбинацией нескольких уже хорошо известных и признанных социогуманитарных представлений и фактов. Кроме Л. Н. Гумилёва, открывшего ...»

Г. А. Осипов

ПАССИОНАРНОСТЬ:

МОДЕЛЬНО-МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЙ ПОДХОД

Предлагаемая модель пассионарности является комбинацией нескольких уже

хорошо известных и признанных социогуманитарных представлений и фактов.

Кроме Л. Н. Гумилёва, открывшего соответствующий раздел в системе наук, модель

будет подкреплена авторитетами еще двух выдающихся ученых: социолога П. А. Сорокина и филолога Ю. М. Лотмана. Впрочем, речь даже не об их авторитетности, которой можно прикрыться, а  о  вполне конкретных соотношениях, введенных ими в научный оборот. Их можно использовать не во вред науке. Ну и, наконец, модель опирается на естественнонаучные, всем известные понятия. Поэтому можно утверждать, что в целом она не напускает псевдонаучного тумана, а предлагает конкретный ответ на поставленный вопрос. Эффект избыточной поведенческой энергии существует, имеет свои объяснения, и, более того, ему можно присвоить математическую оценку. В  теории пассионарности Л.  Н.  Гумилёва есть слабые места, которые подвергались заслуженной критике [1]. Но это поправимо. Надо признать, что «энергетический» подход Л. Н. Гумилёва к трактовке глобального исторического процесса содержит не только фантастическую, но и позитивную, научную составляющую. Итак, каким же может выглядеть механизм возникновения или поддержания пассионарности?

Из Википедии: «Пассионарность — избыток некой “биохимической энергии” живого вещества, порождающий жертвенность, часто ради иллюзорных целей.


Пассионарность — это непреодолимое внутреннее стремление к деятельности, направленной на изменение своей жизни, окружающей обстановки, статус-кво. Деятельность эта представляется пассионарной особе ценнее даже собственной жизни, а тем более жизни, счастья современников и соплеменников. Она не имеет отношения к этике, одинаково легко порождает подвиги и преступления, творчество и разрушение, благо и зло, исключая только равнодушие… Понимание пассионарности у Л. Н. Гумилёва несколько различается в разных работах. По сути, это социально-историческое явление, характеризующееся появлением в ограниченном ареале большого числа людей со специфической активностью (пассионариев). Мера пассионарности — удельный вес этих пассионариев в социуме».

Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2013. Том 14. Выпуск 3 По нашему мнению, определение не вполне точно; в частности, можно оспорить отсутствие связи между пассионарностью и этикой. Но об этом ниже. В этом определении смущают также и красивые крайности (жизнь или смерть, героизм и счастье), без них мы постараемся обойтись. Более общее и неоспоренное определение, которого мы будем придерживаться, таково [2]: «Пассионарный — обладающий повышенной активностью, страстностью (о человеке, народе)».

В основе обсуждаемого здесь подхода лежат несколько «кирпичиков». Первый из них, социологический и очень важный, — это понятие поведенческого качества и поведенческой нормы. Согласно П. А. Сорокину, люди распределяются определенным образом по оси «качества», которое есть не что иное, как соотношение в людях эгоизма и альтруизма (зла и добра) [3]. Два этих понятия являются обобщенными универсалиями, задающими любые частные проявления, будь то сфера культуры, науки, производства, закона или быта. Мы знаем, что поведенческие практики относительно стабильны, причем в каждом обществе они стабильны по-своему. При этом определенная часть поведенческих практик выходит за рамки нормы. Об этом свидетельствует, например, криминальная статистика — разная по разным странам и в то же время сравнительно стабильная во времени. Кроме криминальной статистики, есть и другие показатели, тоже относительно стабильные для конкретного общества. Такие, например, как профессиональные этические нормы, степень терпимости и обязательности по отношению к окружающим, определенная культура производства и быта, и тому подобное.

Автор данной статьи несколько осовременил подход Питирима Сорокина, введя вместо пяти градаций качества статистическую функцию — плотность распределения вероятностей p(X) поведенческого качества. Серия несложных однотипных испытаний с соответствующими измерениями разбросов позволила уточнить вид статистической функции. Оказалось, что качество X тяготеет, по крайней мере в ряде случаев [4, 5], к экспоненциальному закону распределения, p(X) = exp (–X), где p(X) — вероятность попадания измеряемой координаты в малую окрестность значения X, exp — знак экспоненциальной функции, основание натуральных логарифмов, («лямбда») — параметр, характеризующий разброс функции вдоль оси X, звездочка — знак умножения, а выражение в скобках — показатель степени. Плотность распределения p(X) можно также трактовать как ожидаемую поведенческую характеристику усредненного человека (аналогично вероятностному описанию электрона в квантовой механике).

Попутно выяснилось, что самый распространенный, можно сказать «дежурный», гауссовский, или нормальный, закон распределения применительно к поведенческим характеристикам дает слишком большую погрешность. Этому есть объяснение: закон Гаусса хорошо описывает результаты серийных испытаний для более простых устройств, таких как стрельба из пушки или вытачивание деталей на станке. Человек же, несмотря на многовековые усилия общественных учреждений, пока хуже поддается унификации, чем используемые им инструменты.

Какую еще информацию мы можем извлечь из этого описания? Поступки, совершаемые человеком, всякий раз калибруются существующей нормой. А именно выясняется, имеет ли место переход границы общепринятого или нет. В одних случаях, более простых и очевидных, решение принимает полицейский, пресекая хулиганство, или учитель, ставя двойку, или начальник, заставляя подчиненного переделать плохо выполненную работу, или ВАК, отклоняя плагиат, или мамаша, не давая ребенку пройтись по луже. В большинстве случаев переходы границы нормы, конечно, остаются латентными и ненаказуемыми. Но и в этом случае общество, увидев определенные последствия совершенного кем-то поступка, формирует, хотя бы про себя, оценку, отрицательную или положительную.

Другими словами, на оси качества находится граница поведенческой нормы Xн, отсекающая «хвост» распределения. Значит, общественная мораль у нас моделируется отрезком от нуля до границы нормы, а «хвост» распределения, не попавший в этот отрезок, относится к той части общества, которая склонна пренебрегать общественными нормами. Относительный вес «хвоста» характеризует текущий моральный уровень общества — в любых социально значимых аспектах. Когда доля людей, пренебрегающих поведенческими нормами, начинает расти, становится заметным моральное нездоровье общества — то, что называют аномией.

Если норма Xн  — мировая, или «международная», то мы вправе сопоставлять индексы морали разных стран. Могут возразить: граница общественной морали расплывчата и математической точкой отображена быть не может. Хорошо, пусть это будет некоторая переходная зона. По нашему мнению, это дела не меняет, так как, в сущности, разговор сводится к различиям между тупым и остро заточенным карандашами при графическом изображении функции.

Как было сказано выше, поведенческие практики многомерны. Следовательно, есть своя специфика (и своя частота нарушений) в сфере производства, своя — в сфере права, своя в культуре, своя в науке и в политической жизни. И если мы собираемся сравнивать два общества, то всегда найдем сферы, взаимно соответствующие друг другу. Это делает сравнение продуктивным. Для примера сопоставим налоговую честность американцев и россиян. Известно, что в благополучных США 15–20 % американцев лукавят, заполняя налоговые декларации. Сколько таких у нас, никто не знает.

Но зато мы знаем, во сколько раз экономика США эффективнее российской. Доля потребления в экономике США, подсчитанная в ценах производителя и очищенная от услуг и финансовых накруток и пузырей, равна примерно 0,4 против российского показателя — примерно 0,1 [6]. Это соотношение одновременно означает уровень организованности общества и характеризует не только степень полезного использования производственных фондов, но и меру полезного использования человека. Логично предположить, что и разброс качества «человеческого материала» определяется уровнем экономической организованности. Она задает степень востребованности, полезности работника, получая в ответ от него соответствующий градус инициативности, дисциплины, стремления к совершенствованию. Следовательно, и показатели разброса американской и российской плотности распределения качества должны различаться примерно в 4 раза, причем американская экспонента более компактна.





Это хорошо согласуется и с проведенной серией измерений, о которой говорилось выше, см. ссылку [4]. В итоге получаем следующее: американский показатель 15–20 % пересчитываются в 55–66 % — это доля нарушителей — россиян. В общем, по нашим подсчетам и количественным оценкам, нравственность российского общества «желает оставаться лучшей».

Второй кирпичик, больше культурологический, — это градации агрессивности, или, в терминах Ю. М. Лотмана, хамства. Он утверждал, что чем некультурнее человек, тем он агрессивнее. «Исторически культура начинается с запретов. Чем дальше, тем культура требует больших отказов, больших стеснений, она облагораживает чувства и превращает просто человека в интеллигентного человека. И поэтому определенным людям, особенно угнетенным своей серостью, социальной униженностью, очень хочется сбросить все это. Тогда появляется то, что появилось в XX в. — истолкование свободы как полной свободы от человеческих ограничений. Это и есть хамство».

И далее: «Интеллигентность обладает огромной силой, но она не агрессивна». Ей противостоит разрушительное чувство, названное хамством. «Разрушительные силы очень агрессивны и в определенном смысле обладают большей активностью, поэтому простое равенство, даже отсутствие защиты и покровительства интеллигентности могут привести к потерям» [7]. Но ведь интеллигентность и хамство — всего лишь определенные «проекции» сорокинских (несколько более общих) альтруизма и эгоизма. И если «проекция» агрессивна, то агрессивен и эгоизм в целом. С подачи Ю. М. Лотмана понятие «хамства» приобретает дополнительный, не эмоциональный смысл и, наверное, претендует быть культурологической категорией.

Третьим кирпичиком у нас будет физико-математическая интерпретация уже сказанного. Итак, имеется ось поведенческого качества, которое, повторяю, есть соотношение эгоизма и альтруизма. Чем больше в человеке первого и меньше второго, тем дальше от начала координат располагается соответствующая точка, и наоборот.

Люди распределяются определенным образом по шкале качества, от «святых», совсем лишенных эгоизма, таких как Христос, Будда, Магомет, Ганди или Швейцер (располагаются в начале координат), до законченных злодеев, которые переполнены ненавистью к человечеству и начисто лишены сострадания. В целом же мы имеем вполне определенное статистическое распределение p(X), и каждая точка X на оси характеризует свой уровень качества.

Располагая богатым фактическим материалом, Питирим Сорокин установил, что в  периоды бедствий, войн, революций, эпидемий и  голода распределение поведенческого качества людей смещается в  пользу нарушителей привычных норм. Часть  же людей, сохранивших традиционную нравственность, оказывается в дефиците. Заметим, что, согласно Сорокину, в такие периоды возрастает и  число проповедников, но  они не  компенсируют нравственных потерь: бытие превалирует над сознанием, хотя бы временно. Значит, поведенческие нормы несколько подвижны, несмотря на их усредненность и инерционность. Потому что подвижны люди: все мы, кто реже, кто чаще, пересекаем границу нормы, причем в  обоих направлениях, с  целью достижения какой-либо выгоды, материальной или моральной. В районе границы нормы наблюдается определенная динамика, своего рода «броуновское движение», т. е. перемещение статистических единиц как слева направо, так и справа налево, причем баланс в общем случае ненулевой.

Некоторые из находившихся в пределах нормы индивидуумов («морально чистые», или, по Л. Н. Гумилёву, «гармонические») могут поступиться принципами, нарушить свой моральный кодекс и приобрести взамен нечто материальное. Их можно назвать «худшими из лучших». Другие, находившиеся до сих пор за границей нормы (в  том числе ближайшие к  ней  — «лучшие из  худших»), пытаются либо притвориться морально чистыми (но это трудно1), либо подвинуть саму границу, расширив (или разрушив) нравственные нормы.

Вспоминается версия академика Д. С. Лихачёва о причинах неприязни определенной части общества к интеллигентам: ими нельзя притвориться.

Вот эта последняя группа и претендует на роль пассионариев, около которых всегда возникают группы единомышленников («субпассионариев», «шестерок»).

Согласно П. Сорокину, их отличает одно общее свойство: в каком-то аспекте они находятся в оппозиции к обществу, а движет ими неудовлетворенный инстинкт, физический, моральный или властный. В зависимости от наклонностей, они могут стать и мировыми злодеями, и эпатажными режиссерами, и основателями псевдорелигиозной секты. Эти «запороговые» люди пытаются с энергией, пропорциональной своему эгоизму, раздвинуть поведенческие нормыи заставить общество легализовать их представления и привычки. Если им это удается, они торжественно легализуются. Поэтому нам кажется, что Л. Н. Гумилёв не прав, придавая пассионариям уж слишком положительный и нравственно безупречный образ. «Благородные герои» — это чересчур художественно и не слишком научно, по крайней мере с позиций социологии.

Второй кирпичик наших рассуждений вынуждает нас ввести функцию, отражающую поведенческую энергию отдельного индивидуума, и следом — суммарную поведенческую энергию общества. В согласии с Ю. М. Лотманом будем считать, что энергия индивидуума прямо пропорциональна соотношению эгоизм/альтруизм, а произведение Xi p (Xi) соответствует энергии соответствующей доли людей, проявляющих качество Xi, их вкладу в общий энергетический «котел». Сумма элементарных энергий составляет своего рода спектральную энергетическую характеристику общества, E = X p(X), а площадь под ней равна суммарной поведенческой энергии. Разумеется, здесь речь идет о нормированной энергии, свободной от учета численности людей в данном обществе.

Главное здесь заключается в том, что граница нормы всегда атакуема, и исход очередного сражения определяется соотношением энергий ее защитников и нападающих. Граница поведенческой нормы рассекает функцию E на две части. Соответственно формируются две энергии, работающие противоположно. Первая — «положительная», энергия защитников, она равна площади под функцией E, взятой на интервале от нуля до границы поведенческой нормы Xн. Вторая –«отрицательная»

(или разрушительная) — равна площади на интервале от Xн до бесконечности. Причем эта вторая, разрушающая энергия принадлежит более эгоистичным и, значит, более энергичным индивидуумам. Поэтому они могут победить и чаще именно побеждают, даже не имея численного превосходства перед более спокойными, «вялыми» защитниками.

На рис. 1 представлены графики распределения поведенческих энергий вдоль оси X для двух экономик, напоминающих соответственно США и Россию. Первая более эффективна (доля потребления равна 0,4  — кривая 1), вторая менее эффективна (доля потребления равна 0,1 — кривая 2). Из графиков видно, что энергия плохо организованного, неуспешного общества более «размазана» вдоль горизонтальной оси. В  сумме она превышает поведенческую энергию благополучного общества примерно в 3,5 раза. Перспективы у этих обществ различны.

Диапазон неустойчивости, в котором энергия нападающих превосходит энергию защищающихся, довольно широк, от  нуля до  Xн = 17. В  более организованном и  экономически эффективном обществе график поведенческой энергии более компактен, и суммарная энергия защитников превосходит энергию «хвоста», начиная со значения Xн = 5. Следовательно, в диапазоне Xн от 5 до 17 одно из двух сопоставляемых обществ обладает запасом устойчивости, а  другое  — нет, оно предрасположено к  пассионарному «толчку». Здесь старые нормы обречены на быстрое изменение2.

Российская культура (рассматриваемая в самом широком смысле) давно подвержена разрушающим воздействиям, а энергии защитников не хватает. Мы не можем знать заранее, от кого будет исходить новая угроза, какое конкретно изменение произойдет и насколько Рис. 1. Распределение поведенческой энергии вдоль оси поведенческого качества для пре- массовой будет вовлеченность социума успевающего (кривая 1) и неуспешного общества в разрешение очередного пассионарного (кривая 2) сценария. Наверное, в схожих случаях на исторической сцене появлялись Чингисхан, Александр Македонский, Тимур, Гитлер, Пол Пот и их менее масштабные аналоги со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Если дальнейшая борьба вокруг поведенческих норм ограничится в основном сферой культуры, то с позиции морально чистой части общества это будет означать очередную потерю классических культурных традиций и наступление бескультурья.

Это для нее кажется неприемлемым: «Так жить нельзя!» Однако жизнь продолжается, и спустя время выясняется, что «так жить тоже можно — привыкли». Тем более что новое поколение, вступившее в жизнь, в значительной мере освобождено от необходимости перевоспитываться. С позиций победителей, естественно, все выглядит иначе: поведенческие нормы просто корректируются и приводятся в соответствие с требованиями нового времени. Но сегодняшних победителей скоро заменят завтрашние, а послезавтрашние оттеснят завтрашних, и борьба продолжится. Только объекты культурных разногласий, масштаб событий и призы победителям будут все время разными. Вспоминая утверждение Ю. М. Лотмана о культуре как системе запретов, приходится признать, что постепенное расширение и упрощение поведенческих норм (а в пределе — их исчезновение) возвращает нас — тоже постепенно — в мир животных, из которого мы когда-то сумели подняться.

Допустим, оба сопоставляемые общества признают существование единых поведенческих норм. Более того, неустойчивое общество желало бы застраховаться от обсуждаемых здесь неприятностей, не прибегая к превентивным мерам полицейского толка. Для этого нужно, чтобы две части поведенческой энергии, положительная и отрицательная, как минимум, уравновесили друг друга. Достигнуть этого можно, по крайней мере, на бумаге. Надо повысить организованность общества в том смысле, который здесь ему придается и который, напомним, заодно обеспечивает и повышение материального благополучия. Для тех исходных данных, которые были заложены в расчеты и графики, требуется, чтобы показатель российской организованности примерно удвоился.

Географические координаты места, где все подготовлено к возникновению пассионарных толчков, определить нетрудно: это происходит там, где общество оказалось экономически несостоятельным. Причин этой несостоятельности много. Скажем, Абсолютные значения чисел, расставленных вдоль оси качества, не несут реальной этнологической или социологической информации; здесь информативны лишь сравнения и соотношения.

Советский Союз пошел по этому пути сознательно и добровольно, применив марксистско-ленинскую стратегию воспроизводства продукта. Известный отличительный признак этого механизма — относительное обнищание трудящихся и соответствующая потеря экономической эффективности. Не помог даже абсолютный рост объема производства (впрочем, всегда завышаемый). Этой стратегии придерживался весь социалистический лагерь. Поэтому теперь страны этого бывшего лагеря с трудом и с переменным успехом пытаются покинуть макроэкономическую яму, в которой оказались.

Но бедных и неуспешных стран больше, чем переживших период социалистического строительства. В литературе до сих пор встречается термин «азиатский способ производства» как символ неорганизованности, экстенсивности и экономии на труде.

Сегодня точнее было бы говорить об африканском, а не об азиатском способе, потому что, во-первых, экономические успехи ряда азиатских «молодых тигров» лишили смысла этот термин и, во-вторых, сегодня именно африканские страны демонстрируют миру свое тяжелое экономическое положение. Вот случилась «арабская весна». Политическая канва событий всем известна. Но за политикой, манифестациями и убийствами отошел в тень элементарный факт: объем валового национального продукта Египта был равен израильскому, а население Израиля в 10 раз меньше. Поэтому уровень жизни в Египте составляет едва ли 10 % от израильского уровня (причем ситуация усугубляется и за счет кричащего социального неравенства, и за счет худших экономических пропорций). Если бы статистика была обратной, пассионарный толчок мог бы случиться, наверное, в Израиле, а не в Египте.

Кстати, на примере Африки можно продемонстрировать влияние космоса, о котором говорил Л. Н. Гумилёв. Правда, влияние его на общество иное, не по Гумилёву.

Мощность излучения Солнца, диапазон) циклически изменяется. Из-за этого периодически меняются траектории прохождения циклонов и условия землепользования.

В прошлом они заставляли народы перемещаться в более пригодные для жизни места.

Вопрос, адресованный историками Л. Н. Гумилёву, заключался в том, почему места, где возникали пассионарные толчки, не совпадали с зонами климатических неприятностей. Это несовпадение побудило Л. Н. Гумилёва к поиску других, не географических, причин. В качестве возможной причины, довольно экзотической, он назвал некие космические лучи. Это стало слабым местом в его теории пассионарности. Конечно, это фантастика: космос не фокусирует лучи и не направляет их на отдельные географические зоны Земли, возбуждая население. И нет прямой связи между энергией, получаемой из космоса, с одной стороны, и поведенческими характеристиками этносов или хотя бы отдельных групп пассионариев — с другой. Но есть косвенная связь, опосредованная через экономику.

Как известно, энергия Солнца расходуется в приповерхностном слое Земли на работу климатической системы и на поддержание биологических процессов. Традиционно в приземном слое на поддержание биопроцессов расходовалось около 10 % той солнечной энергии, которая достается нашей планете. Остальные 90 % энергии обслуживали климатическую систему Земли. Но появился еще один, новый фактор. Постепенно рос масштаб землепользования. И так же постепенно объем биомассы Земли уменьшился примерно вдвое, а Земля из «зеленой» превратилась в «серую». На поддержание биопроцессов расходуется теперь уже только 4–5 % солнечной энергии [8].

Понятно, что в приповерхностном слое Земли теперь образуется избыток энергии.

Он идет на усиление геофизических процессов в среде нашего обитания. Периодически на разных континентах возникают аномально мощные и устойчивые летние антициклоны, сопровождаемые засухой и жарой, а в океанах формируются циклоны и ураганы, мощность которых выросла чуть ли не на порядок и продолжает нарастать. В результате разрушаются системы жизнеобеспечения в слабом звене — в бедных странах. Это, в свою очередь, ухудшает состояние серой Земли. Африка названа не случайно: именно ее экосистемы оказались слишком ранимыми, а значительная часть африканских государств — несостоятельными. В первую очередь это те государства, которые имеют экстенсивную экономику и к тому же испытывают дефицит природных ресурсов — воды или энергоносителей. Именно там наблюдается повышенная концентрация этих самых пассионариев и возглавляемых ими отрядов или, лучше сказать, бандформирований, хорошо вооруженных и не страдающих от избытка человеколюбия. И занимаются они отнюдь не зелеными насаждениями, а борьбой за власть. Вот вам и связь космоса с поведенческими практиками.

В заключение можно сделать несколько выводов. Пассионарная энергия внутренне присуща любому обществу, ее не требуется пополнять извне. Источник этой энергии — мы сами. Она сильнее нарастает и заметнее проявляется в относительно менее благополучном и менее организованном обществе. И следовательно, менее нравственном. Ему постоянно угрожает неустойчивость и переменчивость поведенческих норм, а пассионарные толчки там ощутимее. Возможно, масштабы очередного сражения вокруг поведенческих норм сегодня представляются незначительными, выбросы энергии чаще всего имеют сравнительно мелкие или «мелкопакостные» последствия.

Но не надо думать, что «все под контролем», что время мировых злодеев, творящих историю, миновало, а остались в основном культуртрегеры, озабоченные эпатажными мероприятиями. Соображения, высказанные Л. Н. Гумилёвым, остаются актуальными.

Л И Т Е РАТ У РА

1. Л. Н. Гумилёв: pro et contra / Сост. Н. М. Дорошенко, И. Ф. Кефели, А. С. Сараев. СПб.:

РХГА, 2012. 834 с.

2. БулыкоА. Н. Большой словарь иностранных слов. 35 тысяч слов. М.: Мартин, 2006. 704 с.

3. См., например: Сорокин П. А. Главные тенденции нашего времени. М.: ИС РАН, 1993.

4. Осипов Г. А. «Третье измерение» в социологии П. А. Сорокина: оценка нравственности современного общества // Журнал социологии и социальной антропологии. 2009. № 4.

5. Осипов Г. А. Оценка нравственной составляющей социально-экономических отношений // Социологические исследования. 2009. № 5.

6. Осипов Г. А. Макроэкономические пропорции: свойства и следствия. М.: Экономика, 2003.

7. Лотман Ю. М. Воспитание души. СПб.: Искусство, 2003.

8. Горшков С. П. Как зеленая Земля превратилась в серую // Энергия: экономика, техника, экология. 2009. № 12.



Похожие работы:

«Ученые записки Таврического национального университета имени В. И. Вернадского Серия «Филология. Социальные коммуникации». Том 26 (65), № 2. 2013 г. С. 494–499. УДК 801.82:821.161.1–94 РОМАНТИЧЕСКИЙ...»

«& Губайдуллина Алсу Рустэмовна ИССЛЕДОВАНИЕ ЯЗЫКА СЭЯХЕТНАМЕ И ЭПИСТОЛЯРНО-ПУБЛИЦИСТИЧЕСКИХ ПРОИЗВЕДЕНИЙ ФАТИХА КАРИМИ конец XIX начало XX вв.) 10.02.02 Языки народов Российской Федера (татарский язык) АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Казань -2002 Диссертация выполнена на кафедре восточных я...»

«Баклагова Юлия Викторовна СЕМАНТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ КАТЕГОРИАЛЬНОЙ ПАРАДИГМЫ ГЛАГОЛА MAKE В КАУЗАТИВНОЙ КОНСТРУКЦИИ MAKE SOMEBODY/ SOMETHING DO SOMETHING Статья посвящена исследованию языкового поведения глагола make в первом каузативном значении каузативной...»

«# A.C. Коляда, w O.B. Храпко, H.A. Коляда * r | |чем пвофЩ ШЩ названия растений?; Этимологический словарь русских названий сосудистых растений российского Дальнего Востока O iff* Владивосток 2009 г. Предмет этимологии как раздела языкознания —изуче­ ние источников и процесса формирования словарного соста­ ва...»

«ФИЛОЛОГИЯ УДК 81.161 КОНЦЕПТ – ОСНОВНАЯ ЕДИНИЦА ЯЗЫКОВЫХ КАРТИН МИРА Н.Н. Гончарова Рассматриваются существующие подходы к пониманию концепта, выводится определение концепта как ментально-лингвального образования, описывается процесс семиозиса, определяется структура концепта и его разновидности, дается классификация ти...»

«БЕЛОРУССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ УДК 81372 АДАМОВИЧ Светлана Васильевна СЕМАНТИЧЕСКАЯ КАТЕГОРИЯ АППРОКСИМАЦИИ И СИСТЕМА СРЕДСТВ ЕЕ ВЫРАЖЕНИЯ АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук по специальности 10.02.19 – теория языка Минск, 2012 Работа выполнена в учреждении образо...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ АЛТАЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ФИЛОЛОГИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ Кафедра связей с общественностью СОЦИОЛОГИЯ МАССОВЫХ КОММУНИКАЦИЙ Издательство Алтайского государственного университета Барнаул 2005 Составитель: канд. филос...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Тверской государственный университет» Филологический факультет УТВЕРЖДАЮ Руководитель ООП подготовк...»










 
2017 www.pdf.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - разные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.