WWW.PDF.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Разные материалы
 


«ИЛЬХАМОВ Алишер Абрарович — кандидат философских наук, директор Ташкентского социологического центра «Эксперт». В нашем журнале публикуется впервые. ...»

© 1992 г.

А.А. ИЛЬХАМОВ

УЗБЕКИСТАН: ЭТНОСОЦИАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ

ПЕРЕХОДНОГО ПЕРИОДА

ИЛЬХАМОВ Алишер Абрарович — кандидат философских наук, директор Ташкентского

социологического центра «Эксперт». В нашем журнале публикуется впервые.

Узбекистан на перепутье. К какому состоянию общества придем — неототалитарному, демократическому или некоему сочетанию авторитаризма с экономическими свободами?

Коммунизм умер, оставив множество нерешенных проблем самого широкого спектра — от экономических до межнациональных.

К давно тлевшим «углям» социальной напряженности поступил «кислород»

вдруг неведомо откуда свалившейся свободы и независимости. С обретением государственного суверенитета республика становится труднопредсказуемой в своих действиях. Лишь Аллах знает, что может приключиться далее — толи она примкнет к европейскому сообществу подобно Турции, а теперь и Казахстану с Кыргызстаном (признаки такого варианта налицо ), толи верх возьмут тени минувшего (и это не исключено, если учесть динамику традиционалистского по своему духу общественного сознания).

Политическое руководство, еще пребывающее в плену многих советских пережитков и комплексов, находится в положении канатоходца, для которого первый же неверный шаг — дорога в пропасть. В условиях, когда устранена стабилизирующая роль Центра (была и другая роль — усмиряющая), вероятным становится возобновление традиций дворцовых переворотов и племенных междоусобиц. Ведь история всегда в чем-то возвращается на круги своя. К проблемам нынешним прибавляется наследие далекого прошлого, от которого никуда не деться. О чем идет речь?

В Средней Азии складывается новая геополитическая ситуация. По крайней мере можно говорить о возникновении ностальгии по тем временам, когда не было давления на национальные республики, но существовал могущественный и обширный Тюркский Каганат (Туран). Некогда эта земля — междуречье, именовавшееся Мавераннахром — была эпицентром событий жизни региона. Немаловажен тот факт, что все древние и средневековые его столицы (Самарканд, Бухара, Хорезм, Ургенч, Хива, Коканд) располагались на территории современного Узбекистана.

В настоящее время мы имеем дело с реальностью, во многом отличной от до-«революционной» поры. Средняя Азия не имела традиций государственного строительства по национальному признаку. Все существовавшие здесь до российской колонизации государства образовывались или по династическому (Караханиды, Тимуриды, Шейбаниды) или по территориальному (Бухарское, Хивинское, Кокандское ханства) принципу. И национальный вопрос как таковой не возникал. Совсем иначе обстоит сейчас: сформировались новые нации — узбекская, казахская, кыргызская, туркменская, таджикская, —со всеми имманентными атрибутами (национальным языком, культурой, границами, даже неким подобием национального рынка). Соответственно появились, а местами вылились в кровавые межэтнические конфликты, проблемы межнационального сосуществования. Границы между среднеазиатскими республиками были в 20-х годах скроены искусственным образом, они не вполне совпадали с естественным расселением этнических групп и народностей. Нередко расселение тех или иных среднеазиатских национальностей выходит за рамки собственных республик на территорию соседей. В результате многие коренные жители оказались нацменьшинством на родине предков. Так, по данным переписи 1989 г. узбеков в Таджикистане насчитывается около 1 млн. 200 тыс., в Кыргызстане — 550 тыс., в Казахстане — 332 тыс., в Туркменистане — 317 тыс. Всего же за пределами своей республики на огромном пространстве бывшего Советского Союза проживает 15% от их общей численности [1, с. 5].

В свою очередь, в самом Узбекистане «осели»: 933 тыс. таджиков, 808 тыс. казахов, 175 тыс. кыргызов и 122 тыс. туркмен [Там же, с. 57].

Такой характер расселения был весьма удобен для проведения утонченной имперской политики:

с одной стороны, казалось бы, соблюден принцип самоопределения наций, с другой — сохранены командные высоты Центра, управляющего регионом по принципу «разделяй и властвуй».

Национальный вопрос, безусловно, приобретение последних 70 лет. Остановимся на его внутриполитическом аспекте, хотя для Средней Азии в силу вышеобозначенного характера расселения «внутреннее» и «внешнее» — понятия довольно условные и относительные.

Узбекистан —. многонациональное государство общей численностью 20 млн. человек. Свыше 14 млн. или 71,4% всех его жителей составляют узбеки. Значительную долю (16,2%) образует так называемое русскоязычное население — преимущественно представители славянских национальностей, в первую очередь русские (8,3%), а также татары, евреи и другие, — большая часть которого дислоцируется в столице Ташкенте и Ташкентской области, где достигает 50%. Кроме того, как уже отмечено, на территории республики живет немало людей (12,4%) иных среднеазиатских национальностей [Там же].

Перечислив эти три национальные группы, мы тем самым коснулись трех взаимосвязанных и все-таки относительно самостоятельных проблем, на которых хотелось бы остановиться.

Прежде всего, это проблема национального возрождения узбеков. Невозможно понять ее, не затронув этнической истории народа. Узбеки с этногенетической точки зрения представляют собой сплав древних и относительно молодых этносов.

В сплаве можно различить несколько исторически последовательных наслоений.

Предками современных узбеков были согдийцы,бактрийцы, хорезмийцы и прочие ирано-язычные народности; проживавшие в Среднеазиатском междуречье еще в дофеодальную эпоху. Образ их жизни был оседлым, позволявшим концентрировать культурный потенциал.

Позже, во времена Тюркского Каганата (VI—VII вв.), на земле Мавераннахра преобладают тюркоязычные племена. Тюркский элемент стал доминировать по мере целой серии нашествий тюркоязычных скотоводческих племен с востока и севера. Завершился же процесс тюркизации региона с окончанием нашествия кипчакских племен Шейбанихана в начале XVI столетия. Совокупность вторгшихся пришельцев называлась узбеками (по имени хана Узбека, правившего в XIV в.).

Ассимилировавшись с уже оседлым местным населением, они и дали название узбекской нации [2, 3].

Заметим, до сих пор узбеки представляют собой неоднородную, окончательно не сформировавшуюся этническую группу. Пока преимущественным фактором ее консолидации был узбекский язык и узбеко-язычная культура. Но и они подвергались дискриминации в годы сталинизма. Так, только за период 20—30-х годов узбекский язык по воле сталинского руководства дважды менял свою графику, сначала с арабской на латинскую, затем на кириллицу.

В 1924 г. узбеки «получили» государственность (большей частью формальную) в составе СССР. Обретение действительно суверенной государственности началось только после августовского путча. За год до этого набиравший силу процесс национального возрождения в основном вылился в требования придания узбекскому языку статуса государственного 1. Лозунгов же образования самостоятельного государства в открытую никто не выдвигал: ни власти, ни оппозиция. По данным референдума в марте 1991 г., а также наших опросов не только русскоязычное, но и в своем большинстве узбекское население выступало за сохранение единого союзного государства.

С принятием закона о государственном языке и мер по укреплению национальной государственности острота недовольства коренного населения национальной политикой Центра спала. Тем не менее, всплеск национализма однодвухлетней давности дал импульс эмиграционным настроениям русскоязычной части жителей. В силу страха перед языковой дискриминацией и возможным повторением ферганской трагедии эти настроения не ослабли по сей день.

Напряжение поддерживают и проявления антисемитизма, который, как показывают опросы, тут достаточно живуч, правда, он получает выражение в основном на бытовом уровне.

Весьма актуальной является и проблема среднеазиатских национальных меньшинств. Речь прежде всего идет о положении каракалпакского народа в связи с аральской экологической катастрофой и таджикского народа, борющегося за культурно-национальную автономию.

Интересен такой факт. Сравнивая данные переписи 1979 и 1989 гг., мы обнаружили рост числа таджиков в Самаркандской области в 2,4 раза, в то время как узбекское население этой области выросло только на 26% [1, с.

159]. В чем причина? Неужели рождаемость у таджиков была настолько выше? Или активизировалась их миграция сюда? Ни того, ни другого в действительности не происходило. Причина состояла в недостоверности статистики (особенно это касается данных 1979 г.), а главным образом — в «страусиной» официальной политике, не желавшей замечать каких бы то ни было этнических сложностей. Под такую политику подстраивалась статистика, и многих узбеков во время переписи по негласному указанию партийного руководства записывали (в том числе и в паспорт) таджиками. Это, конечно, могло только усугубить ситуацию и породить тенденции этнорегионального сепаратизма.

В межэтнических отношениях в настоящий период за редким исключением наблюдаются определенный консенсус и стабильность. Согласно ведомственной 1 Требования эти были обусловлены тем, что узбекский язык фактически вытеснялся в сферу художественной литературы и повседневного быта, в то время как делопроизводство, научно-техническая и другая специальная литература (а значит, и учебники) были преимущественно на русском языке.

статистике, после эмиграционной волны в 1989—1990 гг. (сальдо миграции, то есть разница между прибывшими и выбывшими из республики, равнялось 18 тыс. 653) наступил некоторый спад. И несмотря на то, что власти всячески подчеркивают свою решимость к поддержанию межнационального согласия, а оппозиция в лице «Бирлика», в основном узбекского по составу, не настаивает на националистических требованиях (концентрируя свое внимание на общедемократических лозунгах), русскоязычное население по-прежнему испытывает тревогу.

Многие понимают, что сложившееся равновесие неустойчиво. И нарушить его может отнюдь не демократическая оппозиция.

Катализатором процесса дестабилизации способна стать «третья» сила — мусульманский фундаментализм, не столь активно, как в Таджикистане, но все же достаточно очевидно крепнущий и в Узбекистане.

Эпицентром фундаменталистских устремлений служит Наманганская область, граничащая, кстати, с Таджикистаном. Здесь возникло целое религиозное движение так называемых ваххабитов, выступающих за возврат к подлинному исламу, против «соглашательского сотрудничества с погрязшими в неверии и коррупцию властями». Показательна тенденция — до недавнего времени духовенство выступало против вмешательства религиозной общины в политику. Известна позиция муфтия Средней Азии и Казахстана относительно создания партии исламского типа: ислам в целом сам есть партия — партия Аллаха.

Однако в последнее время под напором мусульманских «низов» муфтий по существу переступил им же самим очерченную ранее линию, вторгаясь в политическую жизнь. Он заговорил о неприемлемости турецкой модели развития, о необходимости включения религиозной программы в школы Узбекистана и введения раздельного обучения мальчиков и девочек. Принятие подобного рода требований объективно означало бы признание атрибутов исламского государства, отказ от светских гражданских принципов общественного устройства.

Противоречие в словах муфтия свидетельствует о его вступлении на путь публичной политики. Но сие есть не что иное, как апелляция к массам. При этом наиболее быстрый способ набрать очки — игра на популистских настроениях.

А они среди узбекской части населения (особенно в сельской местности) предрасполагают именно к исламскому варианту национальной государственности.

По данным опроса узбеков, живущих в Ташкентской области (1991 г., всего репрезентативной выборкой охвачено 1 тысяча 63 человека), в ряду мер по выходу общества из кризиса на второе место после «укрепления власти президента» респонденты поставили «установление законов шариата на территории всей республики». Этого мнения придерживаются 88% опрошенных, тогда как противоположного — всего 6,5%.

Словом, в республике на смену вопросу национальному, как наиболее острому и ключевому, приходит исламский. Картина сходна с той, что и в остальных республиках Средней Азии. Специфика исламского фактора в Узбекистане, в отличие от мусульмански ориентированных стран (скажем, Ирана, Алжира) заключается в двух обстоятельствах.

Во-первых, исламский фундаментализм здесь тесно переплетается с национализмом. Это, на первый взгляд, парадоксально, поскольку классический мусульманский универсализм направлен против национальной замкнутости: «все мусульмане — братья!». Но не будем забывать, что ислам в советскую эпоху стал чуть ли не последним прибежищем национальной самобытности некоторых народов. Вследствие этого он бытовал скорее как народная идеология, национальный обычай, чем в качестве рафинированной культовой деятельности.

Поэтому провести в традиционалистском общественном сознании узбеков разделение «народно-национального» и собственно религиозного — занятие чрезвычайно трудное.

Во-вторых, так уж случилось, что в результате десятилетий «томления духа нации» принадлежность к исламу оказалась своего рода меткой, обозначающей «наших» (мусульман) и «неверных» (как правило, русских). Вместе с тем степень религиозной образованности населения ныне столь низка, что позволяет идентифицировать здешний ислам как самодеятельный, «малоцивилизованный».

Сказались долгие годы оторванности Средней Азии от остального мусульманского мира, отсутствие религиозной литературы, всей полноты строго кано-, визированной культовой практики.

«Нецивилизованность» местного ислама вкупе с националистическим менталитетом являются теми факторами, которые угрожают достигнутой социальнополитической стабильности и уверенности русских в своем будущем.

Между тем, республика чрезвычайно заинтересована в русскоязычных специалистах, которые в кадровом отношении обеспечивают функционирование промышленности и производственной инфраструктуры, составляя большинство инженерно-технического корпуса и высококвалифицированных рабочих. В городах Ташкентской области, где сосредоточена значительная доля промышленного потенциала республики (Алмалык, Ангрен, Ахангаран, Бекабад, Нариманов, Чирчик), только одни русские составляют соответственно 46, 31, 35, 22, 30, 43%.

В то время как узбеки — 20, 32, 33, 44, 16, 16% [4, с. 95—113]. Близки к этим показателям цифры по Ташкенту (соответственно 34 и 44%) [5, с. 13].

Ко всему прочему, нельзя сбрасывать со счетов потенциальную проблему беженцев, которая может дестабилизировать ситуацию не только в России, куда могут хлынуть тысячи людей, но и в самом Узбекистане. Проблема русских беженцев усилит позиции тех российских политиков, которые выступают с неоимперскими заявлениями. В условиях, когда Россия через контролируемые ею армейские формирования все еще присутствует на территории республики, не стоит пренебрегать вероятностью реставрации великодержавного режима под эгидой идеи восстановления Российской империи в границах 1917 г.

Итак, сгусток проблем нынешнего Узбекистана представляет собой тесное переплетение внутри- и внешнеполитических дилемм существования государства, вставшего на стезю самостоятельного развития, и не вполне определившегося в своей долгосрочной социально-политической ориентации. Вот почему она представляет собой интересный объект для комплексных социальных исследований. Социологам не часто выпадает ш'анс изучать общество на изломах истории и перекрестках культур.

ЛИТЕРАТУРА

1. Итоги всесоюзной переписи населения по Узбекской ССР. Ч. 2. Ташкент, 1991.

2. Бартольд В. В. История Туркестана. Ташкент: Туркестанское государственное изд-во, 1922.

3. История народов Узбекистана. Тт. I, 2. Ташкент: Изд-во АН УзССР, 1947.

4. Итоги Всесоюзный переписи населения 1989 года по Ташкентской области. Ч. 2. Ташкент, 1990.

5. Итоги Всесоюзной переписи населения 1989 года по г.Ташкенту. Ч. 1. Ташкент, 1990.

–  –  –



Похожие работы:

«5 глава ЗЕМЕЛЬНЫЕ РЕСУРСЫ И ПОЧВЫ 5.1. Земельный фонд и его динамика Земли и почвы являются одним из основных природных компонентов, формирующих среду обитания живых организмов, природным ресурсом, обеспечивающим устойчивое функционирование экономики, м...»

«© 1999 г. Л.Т. ВОЛЧКОВА, В.Н. МИНИНА СТРАТЕГИИ СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ БЕДНОСТИ ВОЛЧКОВА Людмила Тимофеевна доктор социологических наук, профессор, заведующая кафедрой социального управления и планирования факультета социолог...»

«Ящук Анна Иосифовна аспирант, преподаватель кафедры экономической теории Академии управления при Президенте РБ Трансформация семейных отношений в процессе развития общества Одной из наиболее значимых форм жизнедеятельности человека является семья. Семья — это многогранный...»

«Элементы антропоцентрической грамматики русского языка ИНСТИТУТ ЛИНГВИСТИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ М. В. Русакова Элементы антропоцентрической грамматики русского языка ЯЗЫКИ СЛАВЯНСКОЙ КУЛЬТУРЫ МОСКВА 2013 УДК 80/81 ББК 81.2Рус-2 Р 88 Ра...»

«Динамика денежно-кредитных показателей в январе-августе 2015 года В январе-августе 2015 года темпы прироста экономики (по предварительным данным НСК) составили 6,8 процента (в январе-августе 2014 года – 4,4 процента), без учета «Кумтор» реальный ВВП вырос на 4,5 процента (в январе-августе 2014 года – 3,6 процен...»

«Котванов Михаил Викторович НЕФОРМАЛЬНАЯ ЗАНЯТОСТЬ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ ГРУПП РАБОТНИКОВ НА РЫНКЕ ТРУДА: ИССЛЕДОВАНИЕ, ОЦЕНКА, УПРАВЛЕНИЕ 08.00.05 – экономика и управление народным хозяйством (экономика труда) АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата экономических наук Томск – 2010...»

«1 УЧРЕЖДЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ «БЕЛОРУССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ» УДК 336.717.16(476)(043.3) МЕЛЮШКО ОЛЬГА ВЯЧЕСЛАВОВНА РЕФИНАНСИРОВАНИЕ БАНКОВ В УСЛОВИЯХ СИСТЕМНОЙ НЕСТАБИЛЬНОСТИ В БАНКОВСКОМ СЕКТОРЕ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ Автореферат диссертации на с...»

«Ирина Германовна Малкина-Пых Терапия пищевого поведения Серия «Справочник практического психолога» текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=174645 Малкина-Пых И. Г. Терапия пищевого поведения : Эксмо; Москва; 2007 ISBN 978-5-699-20742-8 Аннотация В последней четверти XX века ожирение стало социально...»








 
2017 www.pdf.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - разные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.