WWW.PDF.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Разные материалы
 

«Основное назначение института несостоятельности – обеспечить предсказуемое распределение рисков для кредиторов. Регулирование несостоятельности является наиболее динамично развивающейся ...»

Ю.Симачев

ИНСТИТУТ НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ: ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ

В ПРИМЕНЕНИИ И СЛОЖИВШАЯСЯ «СТРУКТУРА СПРОСА»

(ВЗГЛЯД ЭКОНОМИСТА)

Введение

Основное назначение института несостоятельности – обеспечить

предсказуемое распределение рисков для кредиторов. Регулирование

несостоятельности является наиболее динамично развивающейся

областью права в развитых странах, при этом экономика государства норм1.

диктует постоянное обновление соответствующих Теоретически правовые нормы регулирования несостоятельности предприятий могут преследовать следующие задачи:

на макроуровне снижение уровня хозяйственных рисков в экономике путем • ликвидации неэффективных производств;

обеспечение перераспределения промышленных активов в • пользу эффективно хозяйствующих предприятий;

развитие конкурентной среды;

• на микроуровне защита прав кредиторов, обеспечение финансовой • дисциплины, повышение надежности кредитного обращения;

проведение реорганизации предприятий и их финансовой • реструктуризации;

повышение качества корпоративного управления, • перераспределение собственности в пользу «эффективных»

владельцев, смена неквалифицированных менеджеров, внедрение рациональной системы управления на предприятиях.

Степанов В. Несостоятельность (банкротство) в России, Франции, Англии, Германии. -М.:



«Статут», 1999.

Таким образом, по ряду задач или эффектов (прежде всего микроуровня) институт несостоятельности оказывается очень близким к проблематике корпоративного управления.

1. Основные этапы развития института несостоятельности Можно выделить два «полноценных» этапа в развитии института несостоятельности в нашей стране:

– с конца 1992 г. до начала 1998 г. – период действия Закона Российской Федерации от 19.11.92 № 3929-1 «О несостоятельности (банкротстве) предприятий» (далее – Первый закон о несостоятельности / банкротстве);

– с начала 1998 г. по 2002 г. включительно – период действия Федерального закона от 08.01.98 № 6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Второй закон о несостоятельности / банкротстве).

В настоящее время представляется возможным также говорить о наступлении третьего этапа развития института банкротства в России в связи с принятием 26 октября 2002 г. нового Федерального закона № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Третий закон о несостоятельности / банкротстве).

Первый этап (1993–1997 гг.) Первый закон о несостоятельности был принят в России примерно в то же время, что и в других странах с переходной экономикой. Хотя в 1995–1997 гг. число исков о банкротстве, поданных в арбитражные суды, заметно возросло, однако процедура банкротства не получила в России широкого распространения по сравнению с другими странами с переходной экономикой. В основу данного закона был положен принцип неоплатности, базирующийся на рассмотрении соотношения стоимости активов и пассивов, при этом если сумма кредиторской задолженности превышает стоимость имущества предприятия, то оно является неплатежеспособным на балансовой основе.

Первый закон о банкротстве обычно характеризуется как весьма несовершенный. Практика его применения показала, что права кредиторов существенно ограничивались в силу трудностей оценки реальной стоимости имущества арбитражным судом и соответственно затягивания решений о признании должника несостоятельным.





Действовавшие в этот период легальные понятия и признаки банкротства защищали недобросовестных должников и тем самым разрушали принципы имущественного оборота2.

На данном этапе наиболее существенными внешними факторами, определяющими интересы сторон в сфере несостоятельности, были следующие:

– в качестве условия для объявления предприятия банкротом устанавливалось превышение суммы его долга над стоимостью имущества, что обусловливало существенные трудности в инициировании процедур банкротства;

– в государственной или смешанной собственности сохранялось значительное число крупных привлекательных предприятий;

– экономика характеризовалась высоким уровнем бартеризации расчетов, остро стояла проблема неплатежей, в том числе государству по налогам и обязательным платежам.

В числе причин недостаточно активного применения Первого закона о несостоятельности назывались3 отсутствие систематической практики применения процедур банкротства со стороны государства Витрянский В. Новое законодательство о несостоятельности (банкротстве). Хозяйство и право, 1998, № 3.

Пакье О., Селигман Р. Угроза банкротства и реструктуризация (на примере московских как налогового кредитора и его ориентация на использование таких инструментов, как наложение штрафов за просрочку налоговых платежей. Обычным кредиторам было бессмысленно инициировать процедуру банкротства, так как все ликвидные активы при этом шли на погашение задолженности государству как привилегированному кредитору.

В 1995–1997 гг. стали проявляться определенные тенденции к расширению масштабов применения процедур банкротства к потенциально высокорентабельным предприятиям, а также к тем, которые должны были получить крупный заказ. Некоторые эксперты4 связывали это со стремлением Федерального управления по делам о несостоятельности ускорить процесс приватизации.

Из-за существенных недостатков Первого закона о банкротстве он не оказал значимого воздействия на российскую экономику. Об этом, в частности, говорится в специальном докладе РЕЦЕП5. По мнению его авторов, банкротство не стало серьезной угрозой для неэффективных руководителей большинства российских предприятий, не удалось также обеспечить при этом права внешних кредиторов.

Второй этап (1998–2002 гг.) В качестве основной причины принятия Второго закона о банкротстве экспертами чаще всего называется недостаточная эффективность ранее действовавшего закона, ставшая следствием его чрезмерной лояльности к должникам, а в качестве его важнейшего новшества – кардинальное изменение подхода к определению критериев несостоятельности (банкротства) должников–юридических лиц, существенно усиливающее позиции кредиторов. В основу

–  –  –

РЕЦЭП, 2000.

производства, но сохранился высокий уровень задолженности предприятий по налоговым платежам6; государство лишено права голоса при принятии важнейших решений на собраниях кредиторов;

– развивалась система арбитражных судов, но они оказались в сильной зависимости от региональных и местных органов власти;

обострились проблемы подготовки арбитражных управляющих, их аффилированности с отдельными кредиторами.

После принятия Второго закона о несостоятельности развернулась кампания по демонстрации потенциальной «созидательности» процедур банкротства7. Постулировалось, что в 90% случаев причины бедственного положения предприятий лежат в сфере управления бизнесом и лишь в 10% случаев они связаны с унаследованной структурой экономики. Поэтому предполагалось, что процедуры внешнего управления позволят отстранить от управления некомпетентных менеджеров и заменить их компетентным арбитражным управляющим, который «оздоровит» предприятие.

Многие эксперты в тот период (а некоторые и сейчас) демонизировали образ «красного директора», не видя как возможных путей его саморазвития, так и альтернативных банкротству инструментов замены менеджмента.

Ряд специалистов также отмечали проблему умышленного банкротства, которое может использоваться как способ защиты директора от акционеров. Менеджеры относительно легко могут сделать так, что их доверенные партнеры консолидируют преднамеренно сделанные долги предприятия, выкупят его векселя и проведут банкротство, поставив новым управляющим представителя России8 прежнего руководства. Сотрудники Мингосимущества отмечали, что банкротство становится инструментом защиты от Бюджетные ограничения стали системно ужесточаться только во второй половине 2001 г. в связи с предпринятой кампанией по реструктуризации задолженности предприятий по обязательным платежам.

Горелов А. О российской специфике института банкротства. // Рынок ценных бумаг, 1998, № 19.

государства как собственника. Например, в одних случаях при подготовке к приватизации предприятия потенциальные покупатели пытались «сбить» цену путем угроз об инициировании банкротства в отношении объекта приватизации, в других случаях при попытке государства использовать свои права как акционера для смены директора последний инициировал процедуру банкротства в отношении предприятия.

Представители государственных органов власти9 в качестве одного из мотивов преднамеренного банкротства после принятия Второго закона о несостоятельности называют стремление вывести из предприятия, являющегося должником по налоговым платежам, наиболее ликвидные активы. Такие возможности связывались ими с ограничениями прав государства как налогового кредитора в ходе проведения процедур банкротства. По оценкам ФСФО10, каждое пятое банкротство имеет признаки преступных преднамеренных действий (в частности, банкротство для списания долгов).

Необходимо признать, что и государство в свою очередь иногда использует угрозу банкротства как инструмент давления на предприятие с тем, чтобы принудить его погасить долги по налогам или в иных целях.

В одном из исследований11 показано, что опасность банкротства крупного регионального предприятия приводит к объединению интересов менеджеров и региональных властей. Ни те, ни другие не заинтересованы в ликвидации предприятия или его коренной реструктуризации, так как первые не желают прилагать усилия по Беккер А. Погонщики слонов (интервью с В. Пыльневым). // Ведомости, 7.06.2000.

Комаров Ю. Главное – финансовое оздоровление (интервью с Г.К.Талем). // Журнал для акционеров, 1998, № 11.

С сентября 1993 г. в России действовало Федеральное управление по делам о несостоятельности (банкротстве) (ФУДН) при Госкомимуществе РФ, в марте 1997 г. была создана Федеральная служба России по делам о несостоятельности и финансовому оздоровлению (ФСДН), а в июне 1999 г. она была преобразована в Федеральную службу России по финансовому оздоровлению и банкротству (ФСФО).

Ламберт-Могилянская А., Сонин К., Журавская Е. Политические аспекты банкротства в переходный период. М.: РЕЦЭП, 2000.

реформированию бизнеса, а вторые опасаются потерять налоговые поступления, рабочие места, предоставление общественных услуг и не считают необходимым содействовать погашению задолженности предприятия перед кредиторами из других регионов.

Однако следует признать, что поведение региональных органов власти в отношении банкротства предприятий не однотипно. Так, по мнению представителей ФСФО, расследование случаев преднамеренного и фиктивного банкротства часто затруднено из-за давления, оказываемого местными органами власти, так как последние считают вывод активов и последующее создание на их основе нового предприятия важным механизмом повышения эффективности бизнеса.

За последние два года произошли принципиальные изменения в корпоративном управлении: резко возросла сменяемость директоров, расширяется круг предприятий с аутсайдерской собственностью, снизилась влиятельность региональных властей. Таким образом, хотя региональный патронаж процедур банкротства, использование их менеджерами для сохранения своего контроля продолжаются, однако на смену им приходит тенденция к переделу собственности между различными бизнес-группами.

Возбуждение процедуры банкротства стало низкозатратной альтернативой враждебному поглощению12. Корпоративное право обеспечивает множество инструментов защиты от «захвата», тогда как закон о несостоятельности создает почти беспроигрышные условия для «агрессора». Иногда взгляды некоторых крупных бизнесгрупп на экономическую роль банкротства отражаются отдельными экспертами весьма ярко и на удивление откровенно13. Справедливо указывая на проблемы вступления России в ВТО, необходимость Радыгин А. Собственность и интеграционные процессы в корпоративном секторе. // Вопросы экономики, 2001, № 5.

Цыгичко А. Инновационные пигмеи, членство в ВТО и законодательство о банкротстве. Сайт усиления экономической концентрации в ряде отраслей для обеспечения конкурентоспособности на мировых рынках, эксперт приходит к весьма спорному утверждению о том, что действующий институт несостоятельности в целом неплох, так как у государства есть право осуществлять «… низкозатратный передел собственности в интересах повышения эффективности общественного производства …», а крупнейшие предприятия и холдинги имеют реальные возможности «… быстро и недорого расширять свое хозяйство…».

мнением14, В целом можно согласиться с что институт банкротства в России пока нельзя рассматривать как стабильный и эффективный механизм корпоративного управления, направленный на оздоровление управления и финансов компаний – подавляющее большинство частных кредиторов не стремятся воспользоваться легальными схемами закона о банкротстве, предпочитая «частный инфорсмент».

Третий этап (с 2003 г.) Основная содержательная критика российского института несостоятельности в последние годы была связана с практикой банкротства крупных, экономически и социально значимых предприятий, с расширением масштабов использования процедур банкротства в недобросовестных целях, нарушением интересов государства как кредитора и собственника. Вышеперечисленные проблемы стали основанием для коренной реформы института (законодательства) о банкротстве. В конце 2001 г. в Государственную Думу РФ был внесен проект нового закона «О несостоятельности (банкротстве)», ответственным за разработку которого являлось Минэкономразвития России. Прохождение нового законопроекта о РСПП, www.rsppr.ru, 2001.

Радыгин А. Внешние механизмы корпоративного управления и их особенности в России. // Вопросы экономики, 2000, № 8.

несостоятельности в Федеральном Собрании РФ было весьма сложным, рассматривалось более 3000 поправок. После длительных обсуждений соответствующего законопроекта в Федеральном Собрании15 новый (третий) Закон «О несостоятельности (банкротстве)» был принят в октябре 2002 г. Данный закон содержит целый ряд новелл, которые могут существенно изменить всю сложившуюся практику банкротства.

2. Специфические экономические и институциональные условия применения процедур банкротства Воздействие института банкротства на экономику в России представляется крайне неоднозначным, особенно применительно к крупному бизнесу. Это определяется не столько правовым регулированием несостоятельности, сколько специфическими экономическими и институциональными условиями, в которые «погружен» институт несостоятельности. Рассмотрим наиболее важные из них.

Первое. Просроченная задолженность российских предприятий в значительной степени сосредоточена в налоговых платежах и иных обязательных платежах во внебюджетные фонды – с января 2001 г.

по июнь 2002 г. в среднем по предприятиям основных отраслей экономики удельный вес просроченной задолженности по обязательным платежам варьировался в пределах 35–42% общего объема просроченной кредиторской задолженности. Более того, в Законопроект был принят Государственной Думой РФ в первом чтении 6 марта 2002 г. Через три с половиной месяца – 20 июня 2002 г. – он был принят во втором, а менее чем через две недели после этого

– 1 июля 2002 г. – в третьем чтении. Наконец, 10 июля новую редакцию Закона одобрил Совет Федерации.

Однако 6 августа стало известно об отклонении Президентом РФ новой редакции закона «О несостоятельности (банкротстве)». После этого в законопроект были внесены необходимые изменения, он был принят Государственной Думой сразу в трех чтениях 27 сентября, Совет Федерации его одобрил 16 октября, а 26 октября 2002 г. он был подписан Президентом РФ.

ряде важнейших отраслей обрабатывающей промышленности долги предприятий государству доминировали в их совокупной просроченной задолженности. Так, по состоянию на конец июня 2002 г. в лесопромышленном комплексе, легкой промышленности, машиностроении доля задолженности по обязательным платежам в общем объеме просроченной задолженности составляла соответственно 59%, 54, 50%.

В целом ни государство, ни частные кредиторы не имели стимулов использовать процедуры банкротства для прямого (непосредственного) возврата долгов. Для конкурсных кредиторов (кредиторов пятой очереди) это было невыгодно в связи с высоким уровнем задолженности предприятий государству, при этом государство в соответствии со Вторым законом о несостоятельности являлось привилегированным кредитором (по обязательным платежам - кредитором четвертой очереди). Для самого государства банкротство – не лучшая процедура, потому что до вступления в силу Третьего закона о несостоятельности оно было лишено реального влияния на ход его процедур.

Второе. Государство объективно не может применить ко всем предприятиям-должникам процедуры банкротства. Проблема здесь не столько в отсутствии требуемой правоприменительной инфраструктуры, способной «обслужить» необходимое количество банкротств, сколько в вероятных негативных отраслевых и территориальных эффектах.

Второй закон о несостоятельности ориентирован на развитую рыночную экономику, в которой удельный вес хозяйствующих субъектов, в отношении которых нужно применять процедуры банкротства, незначителен (3-4%). Однако убыточных предприятий в российской экономике многократно больше. После кризиса августа 1998 г. финансовое положение промышленных предприятий улучшилось и удельный вес убыточных предприятий в общем числе организаций в промышленности несколько снизился - с 49% в конце 1998 г. до 40% в конце 2000 г., однако в последующем, по мере исчерпания действия посткризисных факторов роста, положение предприятий снова стало ухудшаться и ко второй половине 2002 г.

этот показатель достиг почти 47%. Согласно результатам проведенных исследований16, можно утверждать, что даже по состоянию на начало 2000 г. (после значительного повышения ликвидности предприятий) государство в соответствии с Вторым законом о банкротстве (то есть при наличии у предприятия задолженности по налоговым, иным обязательным платежам в объеме более 500 минимальных размеров оплаты труда, просроченной более чем на три месяца) могло бы инициировать процедуры несостоятельности в отношении, по нашим оценкам, каждого второго промышленного предприятия (см. табл. 1). При этом наиболее сложная ситуация наблюдалась в машиностроении, где процедуры банкротства могли быть инициированы государством в отношении примерно 60% предприятий (для сравнения, в пищевой промышленности - в отношении 20% предприятий).

–  –  –

Теперь рассмотрим возможные последствия применения процедур банкротства в региональном аспекте. Российские регионы характеризуются весьма значительной неоднородностью социальноэкономического развития. В частности, в первом полугодии 2002 г. в Москве и С.-Петербурге удельный вес убыточных предприятий в общем их числе составил соответственно 27 и 28%, тогда как в Республике Бурятия – 55%, в Тамбовской области – 66%. Нельзя также не учитывать высокий уровень экономической концентрации в ряде российских регионов, что приводит к критической зависимости налоговых доходов региональных бюджетов от результатов деятельности нескольких очень крупных предприятий. Таким образом, массовое применение процедур банкротства будет способствовать усилению территориальной неравномерности развития России.

Третье. Действующие бюджетные ограничения (со стороны Эмпирической базой для анализа стали данные обследования промышленных предприятий обрабатывающих отраслей, проведенного в апреле–мае 2000 г. Обследование 438 промышленных предприятий было проведено фирмой GfK по заказу компании NERA (Великобритания) и Бюро экономического анализа.

государства) в отношении предприятий характеризуются неоднородностью и непрозрачностью18, что ставит их в неравные конкурентные условия. Не применяя процедуры банкротства ко всем предприятиям-должникам, государство, тем не менее, могло бы установить реально работающие критерии выбора объектов для банкротства. Тогда поведение государства стало бы понятным хозяйствующим субъектам и создало бы условия для системного, последовательного «давления» на должников. При отсутствии таких критериев институт несостоятельности в руках государства из инструмента вывода неэффективных предприятий с рынка, обеспечения платежной дисциплины превратился в фактор повышенных инвестиционных рисков в экономике и усиления предпосылок к вмешательству представителей государственных органов в деятельность частного бизнеса.

Четвертое. В российской экономике накопилось множество неработающих и существующих лишь формально предприятий. Это и фирмы-однодневки, и «брошенные» фирмы. По данным МНС, всего на налоговом учете по состоянию на 1 октября 2002 г. состояло около 3,25 миллиона организаций, при этом примерно 1,3 миллиона из них не подавало налоговой отчетности, а около 260 тысяч сдавали «нулевые» балансы. После проведенной кампании по перерегистрации юридических лиц19 по состоянию на 1 января 2003 г.

данные в Единый государственный реестр юридических лиц предоставили лишь 1,6 миллиона организаций.

Второй закон о несостоятельности за счет расширительного толкования его статей в отношении отсутствующих должников дал МНС достаточно эффективный инструмент судебной ликвидации таких фирм. Неслучайно в принятом Третьем законе о Симачев Ю. Масштабы и формы государственной поддержки промышленных предприятий, бюджетные ограничения на микроуровне, влияние на реформирование бизнеса. ASPE Серия научных докладов. М.: Тровант, 2002.

несостоятельности возможности применения процедур банкротства к отсутствующим должникам ограничены20.

Пятое. В последние годы в промышленности динамично идут интеграционные процессы, которые охватывают не только крупный, но и средний бизнес. Так, в рамках ранее уже упоминавшегося исследования показано21, что с позиций как динамики роста, так и средней доли в капитале предприятий среди аутсайдеров первое и второе места занимают другие промышленные предприятия: почти 30% предприятий выборки к 2000 г. сохранили или увеличили зависимость от других предприятий в части акционерного капитала, причем в среднем до весьма высокого уровня. Обращает на себя внимание следующий факт: на 22% предприятиях выборки (группа 3) средняя доля участия в их капитале других промышленных предприятий возросла с 6,5 до 44,5%, то есть фактически до того уровня, на котором исходно находились предприятия группы 1 (см.

табл. 2).

Таблица 2 Изменение степени участия в капитале предприятий других промышленных предприятий Группы предприятий Распределение Доля участия в Доля участия на предприятий выборки момент начало 2000 г., в по группам, в % к приватизации, в среднем, в % общей численности среднем, в % 0 – нет и не было участия других 62 0 0 промышленных предприятий 1 - нет изменения в уровне участия 7 43,8 43,8 других предприятий 2 – участие других предприятий 9 29,2 13,3 снизилось 3 – участие других предприятий 22 6,5 44,5 возросло В соответствии с законом «О государственной регистрации юридических лиц».

Правда, это ограничение определяется весьма невразумительным положением закона о том, что процедуры банкротства применяются в отношении отсутствующих должников только при наличии соответствующих средств в бюджете.

Проект Бюро экономического анализа «Направления и факторы реструктуризации промышленных предприятий», данный аспект был рассмотрен Кузнецовым Б.В.

В том же исследовании было установлено, что усиление участия в капитале предприятия других промышленных предприятий сопровождалось назначением внешних наемных директоров, «вытеснением» из совета директоров представителей топменеджмента, то есть было по сути «враждебным» поглощением.

Естественно, такие процессы сопряжены с различными корпоративными конфликтами (защита менеджеров от собственников, в том числе от новых, борьба за доминирующий контроль между различными акционерами и т.п.).

На этом фоне на законодательном уровне одновременно решались две задачи: в рамках закона об акционерных обществах усиливалась защита интересов акционеров (прежде всего миноритарных), а в рамках закона о несостоятельности отстаивались права мелких кредиторов. В первом случае ограничивались возможности «враждебных поглощений», повышался контроль за деятельностью менеджеров, а во втором – обеспечивалась простота инициирования процедур банкротства. Такое сочетание породило дополнительный спрос различных сторон на процедуры банкротства как инструмент решения практических задач в сфере корпоративного управления.

Шестое. На применении норм о несостоятельности негативно сказалась неразвитость соответствующей инфраструктуры их исполнения. Назовем и недостаточную «пропускную способность»

арбитражных судов, и отсутствие необходимого количества квалифицированных арбитражных управляющих, и избыточную нагрузку на сотрудников ФСФО. Помимо этого, можно отметить низкий уровень практического применения норм, предусматривающих ответственность за злоупотребления в сфере банкротства. Например, согласно нормам закона о несостоятельности, арбитражный управляющий должен возместить убытки должнику и кредиторам, если он нарушает законодательство, но случаи принятия судебных решений о возмещении таких убытков неизвестны.

3. Основные тенденции в применении процедур банкротствав 1998–2002 гг.22

В 1998–2001 гг. количество дел о банкротстве динамично росло

– по состоянию на 1 января 1998 г. в производстве находилось примерно 4200 дел о банкротстве, на 1 января 2000 г. – около 15200, а уже порядка 5250023. Стремительно на 1 января 2002 г. – увеличивалось и число подаваемых заявлений о признании должника банкротом – в 2001 г. к производству было принято 4776224 дел о банкротстве по сравнению с 19041 в 2000 г. (см. рис. 2).

Заметим, что внешне резкий рост количества дел о банкротстве слабо связан с несостоятельностью реально функционирующих предприятий. Основная часть принятых в 2000–2002 гг. заявлений была подана в ходе реализации упрощенных процедур банкротства в отношении отсутствующих должников25, что не имеет никакого отношения к проблемам нанесения ущерба крупным (социально значимым) предприятиям, переделу собственности, умышленным банкротствам. Так, удельный вес принятых к производству дел в отношении отсутствующих и ликвидируемых должников в общем Представленные в этом разделе оценки преимущественно базируются на расчетах автора с использованием данных арбитражной статистики за 1998–2001 гг. (Вестник Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, 1999, № 3; 2000, № 3; 2001, № 4; 2002, № 4), а также данных ФСФО.

В середине 2002 г. в производстве находилось примерно 64 тысячи дел о банкротстве.

По данным ФСФО, только в первом полугодии 2002 г. были возбуждены примерно 33 тысячи дел о банкротстве.

Кузнецов Б., Симачев Ю. Практика и результаты банкротства. В кн.: Российская промышленность: институциональное развитие. – М: «ТЕИС». – 2002.

числе дел о признании должника банкротом в 2001 г. составил более 80%26 по сравнению с немногим более 40% в 1998 г.

–  –  –

По нашим максимальным оценкам, в отношении реально работающих предприятий промышленности, торговли, транспорта (назовем их условно «содержательными» должниками) было принято к производству заявлений о признании банкротом: в 1998 г. – до 4200, в 1999 г. – до 5200, в 2000 г. – до 6700, в 2001 г. – до 600027. Таким образом, говорить о кардинальном росте «истинных» банкротств в последние годы было бы, мягко говоря, неправильно.

Процедуры банкротства носят «точечный» характер и не решают на макроуровне задачу вывода неэффективных предприятий с рынка.

Удельный вес предприятий, в отношении которых реализуются процедуры банкротства, в общем количестве хозяйствующих субъектов весьма незначителен (в среднем из 200 предприятий только примерно одно находится в состоянии банкротства), особенно если сопоставить эти данные с количеством убыточных предприятий (см. табл. 4).

Таблица 4 Оценка интенсивности применения процедур банкротства к хозяйствующим субъектам в региональном разрезе

–  –  –

Результаты применения процедур внешнего управления представляются неоднозначными. В 1998–2001 гг. в течение каждого года процедуры внешнего управления вводились в отношении 1000– 1200 предприятий-должников28. Расширилась практика заключения мировых соглашений, однако возможности по восстановлению платежеспособности должников остаются ограниченными. В целом «исход» внешнего управления по результатам 2001 г.

следующий:

около 20% предприятий «вышли из-под банкротства», более 30% – остались в этой реорганизационной процедуре в силу ее продления, примерно 48% перешли в стадию ликвидации (см. табл. 6). Несколько более «щадящий» характер внешнего управления (по сравнению с наблюдением) в большей степени обусловлен возможностью его продления.

–  –  –

Что касается процедуры конкурсного производства, то шансы предприятия выйти из процедуры ликвидации минимальны – в 2001 г.

лишь 0,5% таких процедур завершилось заключением мирового соглашения (см. табл. 7). Столь низкий удельный вес мировых соглашений в рамках этой процедуры в значительной мере связан с тем, что именно в нее «вливается», минуя прочие процедуры, поток дел в отношении отсутствующих и ликвидируемых должников. В 1998– 1999 гг. на «входе» конкурсной процедуры соотношение «содержательных» и отсутствующих должников составляло примерно 1:1, в 2000 г. – около 1:2, а в 2001 г. – приблизительно 1:4. Если исключить из рассмотрения должников, проходящих по упрощенной процедуре банкротства, то все равно, по нашим оценкам, конкурсное производство завершается мировым соглашением не более чем в 1–2 случаях из 100.

–  –  –

В подавляющем большинстве случаев все процедуры банкротства завершаются распродажей активов должника в ходе конкурсного производства (cм. рис. 3). Конечно, внешне резкое увеличение удельного веса «конкурсных исходов» связано в основном с ростом количества дел о банкротстве отсутствующих должников.

По данным ФСФО, в первом полугодии 2002 г. около 90% завершенных дел о банкротстве закончились ликвидацией должника, но при этом каждые две из трех ликвидированных в этот период организаций являлись отсутствующими должниками. Это позволяет оценить общее количество реальных предприятий, ликвидированных в ходе конкурсного производства в 2001 г., на уровне 5000.

–  –  –

Рис. 3 В целом в рамках процедур как внешнего управления, так и особенно наблюдения отмечается увеличение удельного веса решений, связанных с открытием конкурсного производства. К росту количества решений об открытии конкурсного производства в отношении «содержательных» должников приводит не столько увеличение числа соответствующих заявлений, сколько усиление конкурсной направленности процедуры наблюдения в последние годы.

Говоря об усилении «жесткости» процедур банкротства, необходимо отметить существенную зависимость исхода банкротства для предприятия-должника от масштабов его бизнеса. По нашим оценкам, чем крупнее и значимее бизнес, тем более «щадящий»

характер носят применяемые к нему процедуры банкротства. Так, в 2001 г. процедуры банкротства в отношении крупных, экономически или социально значимых предприятий завершились конкурсным производством примерно в каждом четвертом случае, тогда как применительно ко всему кругу «содержательных» должников – в двух случаях из трех (см. рис. 4). Однако при этом нужно учитывать два обстоятельства. Первое: если в среднем процессы банкротства охватывают незначительную часть хозяйствующих субъектов, то применительно к крупным предприятиям их масштабы существенно шире – в 1998–2001 гг. было подано в общей сложности 359 заявлений о признании банкротами градообразующих предприятий.

Второе: даже если в отношении крупного предприятия дело о банкротстве и не заканчивается конкурсной процедурой, то все равно значительный ущерб бизнесу наносится в ходе борьбы за корпоративный контроль и (или) вывод активов в процессе внешнего управления (которое может быть весьма длительным).

–  –  –

Рис. 4 В целом процедуры банкротства продемонстрировали довольно низкую эффективность с позиций возврата долгов кредиторам29. В первом полугодии 2001 г. по результатам применения процедур банкротства кредиторам четвертой очереди (задолженность государству по обязательным платежам) возвращено примерно 7% от суммы требований, а кредиторам пятой очереди (задолженность конкурсным кредиторам) – около 4% от суммы требований, причем эти значения сильно варьируют по регионам. К концу 2001 г. уровень возврата долгов, по оценке ФСФО, возрос до 31% для государства и до 24% – для конкурсных кредиторов, однако в первом полугодии 2002 г. показатель возврата налоговой задолженности по итогам процедур банкротства снова снизился до 15–17%.

4. Оценка «структуры спроса» на институт несостоятельности Вообще говоря, это не является характерным только для России. Предсказуемость рисков для кредиторов на макроуровне обеспечивается прежде всего как ликвидацией неплательщиков, так и их своевременным обращением в суд при неспособности исполнить обязательства, а не высоким уровнем возврата долгов.

Структура спроса в России на институт несостоятельности является весьма специфичной по сравнению с развитыми странами. В основном институт банкротства востребован государством (если в качестве «меры» использовать количество инициируемых процедур несостоятельности) – в 2001 г. более 80% заявлений о признании должника банкротом было подано государственными органами.

Спрос со стороны государства В 1998–2001 гг. наблюдается резкое усиление роли налоговых органов в инициировании процедур банкротства (см. рис. 5). Мы уже упоминали, что в подавляющем большинстве случаев процедуры банкротства применяются налоговыми органами для ликвидации «брошенных» предприятий (отсутствующих должников), в отношении которых применяются упрощенные процедуры банкротства.

–  –  –

В структуре просроченной налоговой задолженности выделяют три компонента: (1) недоимку – это неурегулированная часть задолженности; (2) отсроченные платежи – задолженность урегулирована в рамках соглашений между государством и должником на основе норм по реструктуризации задолженности, по предоставлению отсрочки, налогового кредита и т.п.; (3) приостановленные к взысканию платежи – для взыскания задолженности государство применяет жесткие инструменты воздействия на должников, включая процедуры банкротства, арест имущества и т.п.

Динамика изменения структуры задолженности по налоговым платежам в бюджетную систему Российской Федерации

–  –  –

Спрос со стороны хозяйствующих субъектов В течение 1999–2001 гг. спрос на институт несостоятельности со стороны хозяйствующих субъектов характеризовался устойчивым ростом, хотя и менее динамичным, чем со стороны ФСФО. Отметим, что заявления в арбитражный суд, наряду с негосударственными кредиторами, довольно активно подавали сами предприятиядолжники (42–47% от общего количества заявлений, поданных хозяйствующими субъектами, – заявления от предприятий-должников, см. рис. 7).

–  –  –

Рис. 7 В то же время отметим, что в 2000–2001 гг. не наблюдался существенный рост числа заявлений, подаваемых руководителем предприятия-должника в тех случаях, когда он обязан это сделать32 (в 1999 г. было подано примерно 1089 заявлений такого рода, в 2000 г. – 1059, в 2001 г. – 1153). Нормами закона предусматривалось, что если руководитель должника не подаст заявления при неспособности предприятия исполнить все обязательства перед кредиторами, то он должен нести субсидиарную ответственность с должником. Однако на практике данная норма не применялась. Это стало еще одним подтверждением того, что российский институт несостоятельности не обеспечивал предсказуемого распределения рисков для кредиторов, особенно в силу классической проблемы асимметрии информации.

По многочисленным экспертным оценкам, часть хозяйствующих субъектов (прежде всего крупных или аффилированных с крупными) была заинтересована в применении процедур банкротства не столько для прямого возврата средств, сколько для перехвата управления на предприятиях-должниках, вывода ликвидных активов, «сбрасывания»

В соответствии со статьей 8 Закона о несостоятельности (банкротстве) от 1998 г., когда удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения долгов и т.п. В некоторых случаях кредиторы предпринимали специальные усилия, чтобы должник не мог с ними рассчитаться. По результатам анализа 100 дел о банкротстве, проведенного ФСФО, примерно на трети предприятий кредиторы были заинтересованы не в возврате своих средств, а в смене собственника33. В 2000 г. ФСФО и ее территориальными органами было проведено 388 экспертиз на наличие признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, при этом в 156 случаях такие признаки были выявлены34. К середине 2001 г. велось около 500 дел по преднамеренному банкротству, сопровождавшемуся выводом активов (правда, приговоров было только два).

Таким образом, крупными хозяйствующими субъектами институт несостоятельности оказался востребованным в значительной мере как инструмент перераспределения собственности, реорганизации предприятий и перехвата управления (cм. табл. 9). Первое и второе обусловлены динамично идущими интеграционными процессами, необходимостью проведения организационной реструктуризации предприятий и меньшими издержками (по сравнению с другими способами) применения процедур банкротства для решения этих задач. Третье в большей степени связано с существовавшими возможностями фальсификаций и махинаций в рамках процедур управления, при этом издержки «перехвата управления» оказывались ниже доходов от временного управления предприятием-должником.

денежных обязательств должника в полном объеме перед другими кредиторами.

Интервью Т.И.Трефиловой газете «Труд-7» (23–29 августа 2001 г.) Отчет ФСФО по итогам работы за 2000 г.

–  –  –

Было бы неправильным все беды российского института несостоятельности связывать исключительно с несовершенным законодательством. Цивилизованному развитию института банкротства в России препятствует явно недостаточное развитие инфраструктуры применения его процедур. Это приводит к снижению «качества» реализуемых процедур, повышению риска злоупотреблений и усилению их непредсказуемости.

Несовершенство и нечеткость процедур несостоятельности в сочетании со стремлением использовать их в недобросовестных целях обусловливают высокую спорность их реализации (см. рис. 8).

Больше всего конфликтов возникает в рамках процедуры внешнего управления, в ходе которой и происходят основные события по переделу собственности. Значительное число конфликтов связано с назначением арбитражных управляющих35.

–  –  –

Рис. 8 В то же время складывается впечатление, что в последние год– два интенсифицировался процесс постепенной адаптации всех сторон к действующему регулированию несостоятельности и повышения качества правоприменительной практики – уровень «конфликтности»

процедур банкротства стал снижаться36.

Нагрузка на инфраструктуру применения процедур банкротства в 1998–2002 гг. существенно возросла и, по нашим оценкам, в дальнейшем эта тенденция может стать еще более значимой (см. рис.

9)37.

–  –  –

Рис. 9 Во-первых, все большее число дел о банкротстве переходит на следующий год, что связано как с относительным удлинением собственно процедур (даже таких, как конкурсное производство), так и c опережающим ростом количества находящихся в производстве дел По некоторым оценкам, в рамках процедур банкротства как минимум в трех случаях из пяти назначение антикризисного управляющего на предприятие выливается в открытый конфликт.

Следует учитывать, что динамичное снижение «конфликтности» конкурсного производства в 1999–2001 гг. в значительной степени связано с увеличением удельного веса дел о несостоятельности отсутствующих должников (в рамках таких дел вероятность подачи жалоб весьма мала). В этой связи конфликтность конкурсного производства в отношении «содержательных» должников может быть оценена на уровне 60%.

По данным ФСФО, за первое полугодие 2002 г. были завершены дела о банкротстве примерно 16 тыс. предприятий, но при этом было возбуждено примерно 33 тыс. новых производств о банкротстве. В результате на 1 июля 2002 г. в производстве находилось уже около 61 тыс. дел о банкротстве.

о банкротстве по сравнению с «пропускной способностью»

арбитражной системы.

Во-вторых, динамично растет количество подаваемых заявлений о признании должников банкротами. Судя по всему, государство действительно стремится сдержать свое обещание применять процедуры банкротства в отношении предприятий, не реструктурировавших свою задолженность по налогам и иным обязательным платежам.

В-третьих, в новом (третьем) законе о несостоятельности есть положения, уравнивающие государство (как кредитора по обязательным платежам) в правах с конкурсными кредиторами по принятию решений в ходе банкротства должников. В результате резко возрастет нагрузка на представителей государства в проводимых процедурах банкротства, повысятся требования к их квалификации.

Все это определяет необходимость дальнейшего развития инфраструктуры исполнения законодательства о банкротстве.

В качестве основных элементов такой инфраструктуры можно выделить следующие:

– система арбитражных управляющих;

– ФСФО;

– система арбитражных судов.

Арбитражные управляюшие Роль арбитражных управляющих при реализации процедур банкротства очень велика. Обеспечение баланса интересов различных сторон, эффективность проведения процедур банкротства в существенной мере зависят от арбитражного управляющего. По мнению представителей ВАС РФ, именно некомпетентность арбитражных управляющих, отсутствие эффективных мер контроля за их деятельностью зачастую приводят к ликвидации предприятий38.

Отметим, что Второй закон о банкротстве не содержал даже требований о наличии высшего образования для получения лицензии арбитражного управляющего.

Не способствовало решению этой проблемы и Положение о лицензировании39 деятельности физических лиц в качестве управляющих40, арбитражных которое включало ряд норм, необоснованно ограничивающих привлечение квалифицированных специалистов. Положение устанавливало выдачу лицензий трех категорий для обеспечения «градации» требований в зависимости от сложности объекта управления – так, первая категория требовалась для проведения процедур в отношении отсутствующих должников и малых предприятий, а для работы на крупном, социально или экономически значимом предприятии арбитражный управляющий должен был иметь лицензию третьей категории. Такой подход был бы совершенно нормальным, если бы не сочетался с требованием наличия опыта работы арбитражным управляющим в течение определенного времени с лицензией одной категории для получения лицензии следующей категории. Другими словами, арбитражный управляющий должен был сначала «попрактиковаться» на отсутствующих должниках, потом на средних предприятиях, и только затем он имел возможность претендовать на получение лицензии для реализации процедур банкротства на крупных предприятиях. В то же время специфика крупного бизнеса, его принципиальные отличия от малого бизнеса не позволяют утверждать, что позитивная практика работы управляющего на малых предприятиях является залогом Пресс-релиз ВАС РФ от 19 февраля 2001 г. «Деятельность арбитражных судов России в 2000 г.».

Законом о несостоятельности от 1998 г. устанавливалось, что арбитражные управляющие действуют на основании лицензии, выдаваемой государственным органом РФ по делам о банкротстве и финансовому оздоровлению, при этом до 1 марта 1999 г. лица, получившие в установленном порядке аттестат специалиста по антикризисному управлению, могли назначаться арбитражными управляющими.

Постановление Правительства РФ от 25 декабря 1998 г. № 1544 «О лицензировании деятельности физических лиц в качестве арбитражных управляющих».

успеха его деятельности на крупном предприятии, особенно если это связано с внешним управлением.

К началу 2001 г. было выдано только 12238 лицензий арбитражного управляющего, из них первой категории – 9883, а второй – 235541. Лишь 31 октября 2001 г. состоялось «историческое»

событие – ФСФО впервые выдало лицензию третьей категории арбитражному управляющему. Отсутствие необходимого числа специалистов с лицензией соответствующей категории приводит к тому, что ряд арбитражных управляющих ведут судебные процедуры на большом количестве (до 10) крупных социально значимых предприятий.

По нашему мнению, такая ситуация определялась не столько стремлением ФСФО обеспечить высокий уровень квалификации арбитражных управляющих, сколько желанием заставить арбитражных управляющих заниматься банкротством отсутствующих должников и малых предприятий. Представители ФСФО и не пытались скрывать42, что использование «эволюционной» схемы получения лицензий связано с отсутствием желающих заниматься банкротством отсутствующих должников.

С 1 июля 2002 г. было прекращено лицензирование деятельности арбитражных управляющих (в расчете на принятие нового закона о несостоятельности). Конечно, можно говорить о необходимости установления порядка страхования ответственности арбитражных управляющих по причиненным убыткам, условий создания и принципов деятельности саморегулируемых организаций Отчет Федеральной службы России по финансовому оздоровлению и банкротству по итогам работы за 2000 год.

Например, Н. Коцюба (первый заместитель руководителя ФСФО) в своем интервью заявила следующее: «…. Допустим, выдадим лицензию одной категории для самых сильнейших специалистов. Имея возможность заниматься серьезными и интересными объектами, привлекать команды менеджеров, команды антикризисных управляющих, они просто откажутся проводить процедуру в отношении маленьких магазинов, отсутствующих должников. И пока мы законодательно не решим, кто должен заниматься этими маленькими объектами, то ли судебные приставы, то ли налоговые органы, то ли любой человек с улицы, умеющий писать и читать, нельзя переходить к лицензиям одной категории. …..»

арбитражных управляющих, детальных стандартов деятельности последних, Кодекса этики арбитражных управляющих – именно по такому пути пошел законодатель в новом (третьем) законе о несостоятельности. Однако было бы слишком оптимистичным рассчитывать, что все это даст позитивный эффект в краткосрочной перспективе.

ФСФО В силу малочисленности своего состава ФСФО была не в состоянии эффективно решать все возложенные на нее задачи. На 1 января 2001 г. штатная численность территориальных органов ФСФО составляла 848 человек, при этом нагрузка на эту службу возросла многократно по всем направлениям ее деятельности.

Во-первых, росло количество жалоб на действия арбитражных управляющих: в 2000 г. их поступило 1300, за первое полугодие 2001 г. – 1007.

Во-вторых, все больше ресурсов требовалось для решения задач выработки единой позиции государства в делах о банкротстве и консолидации требований по обязательным платежам и денежным обязательствам, реализуемых коллегиями уполномоченных государственных представителей при ФСФО России. В 2000 г. на таких коллегиях было рассмотрено положение дел в 10460 организациях и принято 12675 решений43.

В-третьих, значительные ресурсы ФСФО были отвлечены в результате прямого участия сотрудников этой службы в процедурах банкротства в качестве государственных арбитражных управляющих.

В 2000 г. 150 сотрудников территориальных органов ФСФО работали в качестве арбитражных управляющих на 808 предприятиях-должниках Некоторые организации на этих коллегиях рассматривались неоднократно.

(из них 59 – крупные, экономически и социально значимые организации).

Нет серьезных оснований утверждать, что назначение государственных арбитражных управляющих (сотрудников ФСФО) решает все проблемы с недостаточной квалификацией и численностью арбитражных управляющих. Скорее, вследствие этого появляются новые проблемы, связанные с коррупцией в органах ФСФО, неисполнением их представителями решений центрального аппарата ФСФО, а иногда и арбитражных судов. Отметим, что существует практика неисполнения решений, выработанных на коллегиях уполномоченных государственных представителей при ФСФО России, налоговыми и другими уполномоченными органами.

Стремление ФСФО взять на себя почти все функции применительно к процедурам банкротства приводит к явным провалам в деятельности ее территориальных органов. Например, в феврале 1999 г. на заседании Новосибирской областной коллегии федеральных органов исполнительной власти работа территориального агентства была признана неудовлетворительной.

Его руководитель не смог привести ни одного примера, когда бы агентству удалось обеспечить финансовое оздоровление того или иного предприятия; было подготовлено лишь 46 арбитражных управляющих, а требовалось, как минимум, 1500. После принятия нового (Третьего) закона о несостоятельности нагрузка на представителей государства в части требований по обязательным платежам существенно возрастет.

Система арбитражных судов В связи с заметным ростом количества рассматриваемых дел о банкротстве, повышением конфликтности и сложности этих дел, объективной необходимостью усиления роли арбитражных судов в принятии решений по делам о банкротстве требования как к количеству, так и квалификации арбитражных судов становятся очень жесткими44.

Одна из наиболее важных проблем – зависимость арбитражных судов от местных органов власти. Весьма распространена практика принятия решений судами в пользу «своих» (местных) предприятий, выбора тех или иных решений в соответствии с публично высказанным мнением руководителей местных органов власти.

Решение этих проблем невозможно вне проведения судебной реформы. В то же время можно отметить позитивное воздействие на правоприменение законодательства о банкротстве окружных арбитражных судов, которые в меньшей степени подвержены влиянию органов власти субъектов РФ.

В настоящее время в российских регионах сложилась различная судебная практика в отношении банкротства (например, в Волгограде, Краснодаре или Москве). ВАС РФ выступил с более чем 60 протестами на решения арбитражных судов по делам о банкротстве.

Не в последнюю очередь проблема единства правоприменения законодательства о несостоятельности связана с недостаточной разъяснительной работой как со стороны ВАС РФ, так и ФСФО. Так, за весь период действия Второго закона о банкротстве ВАС РФ подготовил лишь два письма. ФСФО имеет право давать обязательные разъяснения по вопросам реализации процедур банкротства, но их было крайне мало: в 1999 г. было подготовлено 3 разъяснения, в 1999 г. –1, а в 2000 г. – ни одного45.

За прошедшие пять лет общее количество арбитражных дел возросло в два раза (в 2001 г. в арбитражные суды поступило 750 тыс. заявлений), а численность арбитражных судей увеличилась примерно на 20%. Так, при всей условности данного показателя, на одного судью Арбитражного суда г. Москвы в среднем в течение 2001 г. приходилось по 26 арбитражных дел в месяц.

Интервью Т.И.Трефиловой агентству АК&М от 28 июня 2001 г.

6. Реформирование правового регулирования в сфере несостоятельности На правительственном уровне в качестве наиболее актуальных были сформулированы следующие проблемы в сфере несостоятельности (банкротства):

– нарушение прав должника и учредителей должника (возбуждение процедуры банкротства по фиктивным документам, по незначительной сумме задолженности без предоставления возможности должнику расплатиться по таким суммам, отсутствие возможности для учредителей должника провести оздоровление под контролем кредиторов при уже возбужденном деле о банкротстве);

– нарушение прав государства как кредитора по налоговым платежам;

– вывод активов должника в интересах определенного круга кредиторов в процедурах внешнего управления и конкурсного производства; широкое распространение практики использования преднамеренных банкротств как инструмента нецивилизованного захвата собственности;

– непрозрачность, недостаточная урегулированность процедур банкротства, позволяющая арбитражным управляющим и иным участникам процесса о банкротстве злоупотреблять их недостатками;

отсутствие эффективных механизмов ответственности недобросовестных и неэффективных арбитражных управляющих;

– наличие неоправданных особенностей банкротства всех предприятий топливно-энергетического комплекса при отсутствии законодательно закрепленных особенностей банкротства обороннопромышленного комплекса и естественных монополий вне ТЭКа.

Проект федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», внесенный Правительством РФ в Государственную Думу РФ, по сравнению с действующим законом содержал целый ряд существенных изменений в области законодательного регулирования процедур банкротства.

В ходе обсуждения законопроекта все стороны признали важность следующих направлений реформирования регулирования несостоятельности:

– усиление защиты прав добросовестных собственников;

– оптимизация способов защиты интересов кредиторов;

– усиление роли государства в процедурах банкротства;

– усиление защиты участников процедуры банкротства от недобросовестных действий третьих лиц;

– повышение ответственности и квалификации арбитражных управляющих.

Однако представления о возможных способах такого реформирования оказались в некоторых случаях прямо противоположными.

Во-первых, Минэкономразвития России исходило из необходимости устранения излишних административных барьеров для деятельности арбитражных управляющих, расширения условий для саморегулирования в этой сфере, развития системы страхования ответственности арбитражных управляющих. Такая позиция вызвала резкое неприятие со стороны ФСФО, которая доказывала необходимость сохранения и усиления государственного контроля за деятельностью арбитражных управляющих.

Во-вторых, ФСФО предложило в целях ограничения злоупотреблений при инициировании процедур банкротства установить, что дело о несостоятельности может быть возбуждено только в случае, если требование кредитора подтверждено вступившим в законную силу решением суда. Со своей стороны, Минэкономразвития заявило, что такое изменение приведет к ограничению прав мелких кредиторов.

В-третьих, ФСФО и Минэкономразвития, признавая опасность банкротства организаций, имеющих стратегическое значение для национальной безопасности, существенно разошлись в том, как обеспечить особенности регулирования несостоятельности в отношении такой категории должников.

В-четвертых, Минэкономразвития предложило в качестве одной из реабилитационных процедур установить проведение должника46.

дополнительной эмиссии акций Принципиальные возражения со стороны ФСФО заключались в том, что это приведет к новому витку передела собственности посредством процедур банкротства.

Наконец, в отношении участия государства в процедурах банкротства в части его требований по обязательным платежам ситуация сложилась совсем непростая, так как в результате длительных споров было принято следующее решение: государство уравнивается в правах с другими кредиторами, однако при этом оно становится в одну очередь с конкурсными кредиторами по удовлетворению требований. Такое предложение, безусловно, приведет к массе злоупотреблений: непредсказуемым условиям погашения задолженности государству, усилению борьбы за использование административного ресурса со стороны частных структур.

В принципе данный механизм применяется на практике, причем кредиторам в одних случаях передаются акции вновь созданного предприятия (которому передаются активы предприятия-должника без долгов), а в других случаях – акции дополнительной эмиссии предприятия-должника. Однако такие механизмы должны быть достаточно детально определены в законе о несостоятельности. Для снижения рисков умышленного или фиктивного банкротства в целях передела собственности важно, с одной стороны, предусмотреть преимущественное право акционеров на приобретение выпускаемых акций, а с другой – установить возможность для обращения в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом только при условии исчерпания кредитором иных способов взыскания долга. Кроме того, потребуется предусмотреть нормы, исключающие возможность размывания доли государства в акционерном капитале предприятия-должника. Проблема заключается в том, что государство в силу особенностей своей правосубъектности не может достаточно оперативно воспользоваться своим (как акционера) преимущественным правом приобретения дополнительных акций.

В качестве наиболее важных можно отметить следующие положения нового (третьего) закона о несостоятельности.

1. Снижение риска злоупотребления правом со стороны кредиторов.

Законом предусматривается, что возбуждение процедуры банкротства по заявлению кредитора возможно только после предъявления им исполнительного листа, который доказывает, что кредитором предпринималась попытка получения долга в рамках процедуры исполнительного производства и все попытки судебного пристава в течение 30 дней с момента вынесения судом решения о взыскании задолженности оказались бесполезными и только процедура банкротства должника является последним средством кредитора возвратить свои деньги.

2. Предоставление равных прав государству и конкурсным кредиторам, консолидация требований государства.

Закон уравнял государство в правах с остальными конкурсными кредиторами. Теперь через свой уполномоченный орган государство получило право голосовать на всех собраниях кредиторов и участвовать в заседаниях комитета кредиторов, при этом требования государства переведены в одну очередь с требованиями конкурсных кредиторов.

3. Расширение механизмов защиты прав добросовестных собственников.

В процедуру банкротства в качестве участника процесса введены собственники предприятия-должника. Закон устанавливает право представителя собственников должника опротестовывать в суде требования кредиторов, а также право должника, его собственников и любых третьих лиц на любой стадии с согласия арбитражного управляющего прекратить процедуру банкротства, расплатившись по долгам предприятия.

Законом определена новая реорганизационная процедура – финансовое оздоровление, которая должна позволить при определенных условиях сохранить учредителям (участникам) должника контроль за судьбой предприятия даже в условиях возбужденного дела о банкротстве. Расширены механизмы сохранения бизнеса должника, в частности, предусмотрены возможности его возврата из конкурсного производства во внешнее управление при наличии реальной возможности восстановления платежеспособности, проведения дополнительной эмиссии акций в ходе внешнего управления при условии согласия собственника должника.

4. Защита добросовестных участников процедур банкротства от недобросовестных действий иных лиц. Здесь предусмотрены следующие нововведения:

– установлена невозможность возбуждения в отношении должника нового дела о банкротстве в течение трех месяцев после заключения мирового соглашения;

– определена возможность обжалования определений, вынесенных в ходе процедур банкротства по результатам рассмотрения разногласий между лицами, участвующими в деле;

– усовершенствована процедура продажи имущества должника, предусмотрена обязательность проведения публичных торгов по продаже его имущества в случае, если балансовая стоимость имущества, подтвержденная независимым оценщиком, превышает определенный пороговый уровень.

5. Повышение эффективности контроля за деятельностью арбитражных управляющих.

Одной из основных задач законопроекта является создание эффективного надзора за деятельностью арбитражных управляющих в связи с отказом от лицензирования деятельности арбитражных управляющих. Кардинально изменена вся система ответственности и надзора за деятельностью арбитражных управляющих. Функции надзора переданы от государства в лице ФСФО некоммерческим саморегулируемым организациям (СРО). Закон наделяет СРО правом применять в отношении своих членов меры дисциплинарной ответственности вплоть до исключения из числа членов СРО, а также заявлять в арбитражный суд ходатайства об отстранении своих членов от участия в процедурах банкротства в качестве арбитражных управляющих.

Введен имущественный ценз для арбитражных управляющих – денежная сумма, которую каждый арбитражный управляющий при вступлении в СРО обязан внести в качестве единовременного взноса в компенсационный фонд этой организации. Законом вводится обязательность страхования гражданской ответственности арбитражных управляющих страховыми организациями, аккредитованными СРО.

6. Установление особенностей банкротства для отдельных категорий должников в едином законе.

Законом предусмотрены некоторые особенности банкротства для организаций оборонной промышленности и субъектов естественных монополий. Закон, отменив действующий (в отношении субъектов естественных монополий) критерий неоплатности, не устанавливает специального критерия несостоятельности для организаций военно-промышленного комплекса, субъектов естественных монополий и иных организаций, имеющих важное социально-экономическое и стратегическое значение. Таким образом, в отношении последних будет применяться единый для всех остальных категорий должников критерий несостоятельности, основанный на принципе неплатежеспособности. Особенность заключается во внешних признаках неплатежеспособности: для возбуждения дела о банкротстве указанных организаций достаточно иметь сумму задолженности в 500 тыс. руб., выплата которой просрочена на 6 месяцев. Кроме того, в отношении стратегических предприятий предусмотрено право государства приостанавливать реализацию имущества на определенный срок с целью выработки предложений по восстановлению платежеспособности организации, в том числе по переходу к процедуре финансового оздоровления.

7. Ограничения для слишком широкого использования процедур банкротства для ликвидации отсутствующих должников.

Законом установлено, что процедуры банкротства применяются в отношении отсутствующих должников только при наличии соответствующих средств в бюджете.

Заключение

Существующий институт несостоятельности, несмотря на динамичный рост количества дел о признании должников банкротами, по масштабам своего применения имеет «точечный» характер и не решает на макроуровне задачу вывода неэффективных предприятий с рынка и возврата долгов кредиторам. Это связано с высоким уровнем задолженности предприятий государству и низкой предсказуемостью процедур банкротства. В целом институт банкротства не обеспечивает предсказуемого распределения рисков для кредиторов.

Институт банкротства был прежде всего востребован государством. Оно в лице налоговых органов решает задачу «расчистки поля» от брошенных предприятий, а в лице ФСФО – задачу устрашения должников по платежам в бюджеты и по иным обязательным платежам.

Со стороны негосударственных структур институт несостоятельности оказался востребованным больше как инструмент перераспределения собственности, реорганизации предприятий и перехвата управления. Первое и второе обусловлены динамично идущими интеграционными процессами, необходимостью проведения организационной реструктуризации предприятий и меньшими издержками (по сравнению с другими способами) применения процедур банкротства для решения этих задач. Третье больше связано с существующими возможностями фальсификаций и махинаций в рамках процедур управления.

Значительные сдвиги в усилении защиты прав миноритарных акционеров дополнительно стимулируют спрос на банкротства как эффективный инструмент решения различных корпоративных проблем: от обеспечения защиты менеджеров от собственников до осуществления враждебного поглощения.

В последнее время наметился ряд новых тенденций в применении института несостоятельности. Во-первых, банкротство должников становится все более существенным инструментом обеспечения платежной дисциплины, исполнения обязательств предприятий по платежам в бюджеты и иным обязательным платежам. Во-вторых, все большая часть российского бизнеса проявляет заинтересованность в обеспечении стабильных, прозрачных и предсказуемых условий хозяйственной деятельности. В этой связи издержки от несовершенного и мало предсказуемого института процедуры банкротства воспринимаются все более значительными в сопоставлении с достигаемыми преимуществами при осуществлении «захвата» бизнеса.

Принципы, которыми руководствуется государство (его органы управления) при инициировании дел о банкротстве, остаются непрозрачными не только для участников рынка, но и для самих органов управления. В отсутствие критериев ограничения круга предприятий, в отношении которых государству целесообразно реализовать процедуры банкротства, в действиях конкретных исполнительных органов государственной власти наблюдается конъюнктурность и бессистемность при инициировании дел о банкротстве предприятий-должников. В этих условиях институт банкротства, с одной стороны, утрачивает роль инструмента, стимулирующего предприятия к своевременным расчетам с бюджетами, а с другой – резко повышает инвестиционные риски ввиду непредсказуемости применения процедур банкротства в отношении конкретных предприятий. Кроме того, отсутствие упомянутых критериев приводит к замещению государственного регулирования «регулированием» отдельных чиновников, расширяет основы для коррупции госаппарата.

В ходе обсуждения проекта нового (Третьего) закона о несостоятельности все участвующие в этой работе министерства и ведомства признали важность скорейшего решения существующих в сфере банкротства проблем, однако представления о том, как это сделать, оказались во многих случаях прямо противоположными.

Говорить о единой позиции государственных органов в данной области не приходится.

Несмотря на ряд несомненных достижений, новый (Третий) закон о несостоятельности не может решить ряд принципиальных проблем.

Во-первых, наделение государства равными правами с другими кредиторами потребует соответствующей инфраструктуры для представления его интересов. Маловероятно, что для этого будут выделены соответствующие ресурсы. На нескольких сотнях предприятий будут действительно улучшены ход и контроль за процедурами банкротства, но на большинстве других предприятий это, скорее, породит дополнительную коррупцию и интерес к “скупке” административного ресурса. Последнее весьма вероятно и по той причине, что легче всего возбудить процедуру банкротства государству – ему не требуется подтверждать свои требования в суде.

Во-вторых, ужесточение условий, при которых могут возбуждаться процедуры банкротства, не приведет к существенному ограничению процессов передела собственности. Это объективный процесс, и если он не нашел своего разрешения в рамках закона об акционерных обществах, то он будет продолжаться в рамках исполнительного производства.

В-третьих, при установлении особенностей несостоятельности в отношении определенных секторов создаются предпосылки к “перекладыванию” долгов на них. Если же этого не сделать, то велики социальные издержки. Неоднозначен и вопрос об отнесении тех или иных предприятий к сфере «естественных монополий», к градообразующим или стратегическим предприятиям.

Значительная часть предложений по реформированию законодательства вызвана не столько несовершенством действующего регулирования, сколько недостаточной развитостью инфраструктуры его применения. После принятия нового (третьего) закона о банкротстве потребуется время для формирования соответствующей инфраструктуры и ее адаптации к новым законодательным нормам. По названной причине нельзя исключить дальнейшего расширения практики банкротства крупных, потенциально привлекательных предприятий. Скорее всего, в этот период неоднозначность влияния банкротства на экономическое развитие станет еще более очевидной.



Похожие работы:

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ «КАЗАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ФИНАНСОВО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ» Кафедра финансов Методическое пособие для...»

«Барбер Майкл — профессор, советник премьер-министра Великобритании по вопросам образования, здравоохранения и социальной сферы, партнер фонда МакКинзи Муршед Мона (Mona Mourshed) доктор философии в области экономического развития, партнер фонда «М...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНОГО ТРАНСПОРТА ИРКУТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ПУТЕЙ СООБЩЕНИЯ Г.В. Силичева СЕБЕСТОИМОСТЬ ПЕРЕВОЗОК УЧЕБНОЕ ПОСОБИЕ По дисциплине «Себестоимость перевозок» для студентов профиля «Экономика предприятий и организаций» направления подготовки бакалаври...»

«Труды ИСА РАН 2006. Т. 24 Конгломератные слияния и поглощения: «плюсы» и «минусы» зарубежных и российских конгломератов Д. А. Волохов Введение В последние годы большинство российских холдингов, образовавшихся в начале 90-х гг., выставляют на продажу большую часть своих непроф...»

«Глава 4 ИНДИВИДУАЛЬНЫЙ И РЫНОЧНЫЙ СПРОС 4.1. Кривые индивидуального и рыночного спроса В условиях рыночной экономики спрос выступает главным фактором, определяющим, что и как производить. Различают индивидуальный и рыночный спрос. Функция индивидуального спроса потребителя характеризует его реакцию на изменение цены данного блага...»

«Государственная политика в сфере бюджетных инвестиций – обзор Астана, 2012 Данный сборник подготовлен в рамках проекта при финансовой поддержке Revenue Watch Institute. ОФ «Центр экономических исследований, мониторин...»

«“Итисодиёт ва инновацион технологиялар” илмий электрон журнали. № 6, ноябрь-декабрь, 2014 йил Г.Г. Назарова, д.э.н., проф., Ш.К. Курбаниязов, ассистент, ТГЭУ ПРОБЛЕМЫ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ УЗБЕКИСТАНА Маолада Ўзбекистонда итисодий интеграцион жараёнларнинг ривожланиш омиллари ва муаммолари, замонавий ми...»

«Место дисциплины в структуре образовательной программы Дисциплина «Рынок ценных бумаг (продвинутый уровень)» является дисциплиной базовой части ОПОП по направлению подготовки 38.04.01. Экономика, направленность Экономическая теория и финансово-кредитные отношения. Рабочая программа составлена в соответствии с требов...»

«Творческое действие в креативном городе СОЦИОЛОГИЧЕСКОЕ ОБОЗРЕНИЕ. Т. 11. № 3. 2012 169 лэндри ч. (2011). креативный город / пер. с англ. в. гнедовского, м. хрусталевой. м.: классика-xxi. 399 с. isbn 9785898173401 Дмитрий Сапонов*...»

«Кравченко Н.А. Поведение предприятий на рынке инвестиций Представления о рациональности поведения экономических агентов предполагают, что спрос на инвестиции, который отражает инвестиционные намерения предприятия, определяется перспективами развития предприятия и, соответственно, основан на его долгосрочной стратегии. Для получения приближ...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ГЕОДЕЗИИ И КАРТОГРАФИИ (МИИГАИК) Аннотация рабочей программы дисциплины Экономика Направление подготовки 030900.62 «Юриспруденция» Профиль подготовки «Земельно-имущественные отношения...»

«[БИЗНЕС. ОБЩЕСТВО. ВЛАСТЬ.] №2, февраль 2008 Социальный феномен денег: плюсы и минусы с точки зрения экономики культуры и социологии Студентка 3 курса факультета Социология, ГУ-ВШЭ Кожевникова Евгения Социальный феномен денег имеет как положительные, так и отрицательные черты. С одной сто...»

«в Карбовский И. Нуждин новый подход к инвестированию НА РЫНКЕ АКЦИЙ ИНВЕСТИЦИОННО ФИНАНСОаМКОИП! ВЕРШИНА Москва Санкт-Петербург УДК 336 763 2(470+571) ББК 65 262 2(2Рос) К21 Карбовский, Виталий Федорович Новый подход к инвестированию на...»

«Приложение 2 к письму Министерства образования и науки Мурманской области от 08.11.2016 № 17-02/9982-ИК Методика подготовки к итоговому изложению Подготовка к изложению предполагает планомерную работу по формированию речевых умений и навыков на протяжении всех лет обучения в ш...»

«Выпуск 6 (25), ноябрь – декабрь 2014 Интернет-журнал «НАУКОВЕДЕНИЕ» publishing@naukovedenie.ru http://naukovedenie.ru Интернет-журнал «Науковедение» ISSN 2223-5167 http://naukovedenie.ru/ Выпуск 6 (25) 2014 ноябрь – де...»

«13 5 О ч.' МИНИСТЕРСТВО ПУТЕЙ СООБЩ ЕНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ПУТЕЙ СООБЩЕНИЯ (МИИТ) Кафедра «Прикладная математика 2» Л.Ф. Кочиева, В.И. Новосельцева М етодические указания по курсу «Финансовая математика» для ст...»

«БП Организация компании по хранению и торговле нефтепродуктами в Московской области БИЗНЕС-ПЛАН Организация компании по хранению и торговле нефтепродуктами в Московской области Июль, 2016 БП Организация компании по хранению и торговле нефтепродуктами в Московской области Оглавление Оглавление Перечень иллюстраций (диагр...»

«ОСНОВНЫЕ ФУНКЦИИ БАНКА РОССИИ Галькевич В.Е. Научный руководитель С.В. Биленкевич, старший преподаватель ФГБОУ ВПО «ОмГАУ им. П.А.Столыпина» Омск, Россия.THE MAIN FUNCTIONS OF THE BANK OF RUSSIA Galkevich V.E. Supervisor S.V. Bilenkevich, Senio...»

«1. Цели изучения дисциплины Этногеография и география религий является междисциплинарной наукой и позволяет раскрыть роль географии во взаимосвязи с другими социально-экономическими и гуманитарными науками (демография, искусствоведение, социология, археология, картография, культурология, лингвист...»

«Глава 15 Математическая модель среднесрочного экономического цикла Л. Е. Гринин, С. Ю. Малков, А. В. Коротаев В модели, которая будет представлена ниже, описаны основные черты среднесрочного цикла деловой активности, или бизнес-цикла (7–11 лет), получившего также название цикла Жюгляра, по имен...»

«КАЗАНСКИЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ И ФИНАНСОВ И.А. РУДАЛЕВА, Л.Ф. ЗУЛЬФАКАРОВА ЭКОНОМИКА ОТРАСЛЕВЫХ РЫНКОВ Конспект лекций Казань 2013 Принято на заседании кафедры эконо...»

«ISSN 2304-9081 Учредители: Уральское отделение РАН Оренбургский научный центр УрО РАН Бюллетень Оренбургского научного центра УрО РАН (электронный журнал) 2013 * № 2 On-line версия журнала на сайте http://www.elmag.uran.ru Бюллетень Оренбургского научного центра УрО РАН...»

«1. Планируемые результаты обучения по дисциплине (модулю), соотнесенные в планируемыми результатами освоения образовательной программы Рынок ценных бумаг (фондовый рынок) – это составная часть финансовой системы государства. Такая система начала формирова...»

«Доц. Руденков И.А. Страховое дело Курс лекций ЛИТЕРАТУРА Основная: 1. Страховое дело: Учебное пособие / М.А. Зайцева, Л.Н. Литвинова, А.В. Урупин и др.; Под общей редакцией М.А. Зайцевой, Л.Н. Литвиновой.Мн., БГЭУ, 2001. 268 с.2. Страхование во внешнеэкономической деятельности: Учеб. пособие...»

«ТЕМА 3. МЕТОДЫ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ Вопросы: Статистическая база региональных исследований 1. Структурно-логические и балансовые методы размещения производства 2. Моделирование и оптимизационные методы размещения производства 3. Методы оценки экономической эффективности регионального хозяйственного комплекс...»

«7.2. СОВЕРШЕННАЯ КОНКУРЕНЦИЯ Сущность совершенной конкуренции Следует иметь в виду, что указанные в табл. 7-1 черты совершенной конкуренции не присущи ни одной из отраслей в полной мере. В чистом виде условия совершенной конкуренции не встречаются в реальной действительности, т.е. совершенная конкуренция — не...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ «САРАТОВСКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Н.Г.ЧЕРНЫШЕВСКОГО» Экономический факультет Кафедра экономической теории и национальной экономики Ковач Наталии Михайловны Влияние транснац...»








 
2017 www.pdf.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - разные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.