WWW.PDF.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Разные материалы
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |

«Материалы IV международной научно-практической конференции КЛИМАТ, ЭКОЛОГИЯ, СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО ЕВРАЗИИ посвященной 70-летию Победы в Великой Отечественной войне ...»

-- [ Страница 1 ] --

Министерство сельского хозяйства Российской Федерации

Департамент научно-технологической политики и образования

ФГБОУ ВО «Иркутский государственный аграрный университет им. А.А. Ежевского»

Одесский государственный экологический университет

Аграрный университет, Пловдив, Болгария

Университет природных наук

, Познань, Польша

Университет жизненных наук, Варшава, Польша

Монгольский государственный сельскохозяйственный университет,

Улан-Батор, Монголия

Семипалатинский государственный университет им. Шакарима, Казахстан Кокшетауский государственный университет им. Ш. Уалиханова, Казахстан Университет г. Ниш, Сербия Материалы IV международной научно-практической конференции

КЛИМАТ, ЭКОЛОГИЯ, СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО ЕВРАЗИИ

посвященной 70-летию Победы в Великой Отечественной войне (1941-1945 гг.) и 100-летию со дня рождения А.А. Ежевского (27-29 мая 2015 года) Часть I ИРКУТСК, 2015 УДК 551.58+504.03+631.95+63 ББК 26.234.7+28.081+41.28+40 К 492 Климат, экология, сельское хозяйство Евразии: Материалы IV международной научнопрактической конференции, посвященной 70-летию Победы в Великой Отечественной войне (1941-1945 гг.) и 100-летию со дня рождения А.А. Ежевского (27-29 мая 2015 года). Часть I. – Иркутск: Изд-во Иркутского ГАУ, 2015. – 296 с.

В сборник материалов IV международной научно-практической конференции вошли работы, охватывающие широкий спектр проблем сельского хозяйства Монголии, Кореи, Чехии, Болгарии, Казахстана и различных регионов России. Статьи расположены по 5 секциям: природные аспекты аграрного производства;

ресурсосберегающие технологии производства сельскохозяйственной продукции;

современные технологии сельскохозяйственных процессов; биотехнологическое и ветеринарное обеспечение продовольственной безопасности; социальноэкономические проблемы устойчивого развития сельских территорий.

Статьи публикуются в авторской редакции, авторы несут полную ответственность за подбор и изложение информации.

Редакционная коллегия:

Такаландзе Г.О. – ректор Иркутского ГАУ;

Кириленко А.С. – проректор по научной работе Иркутского ГАУ;

Чубарева М.В. – зав. НИО Иркутского ГАУ;

Никулина Н.А. – руководитель редакции научно-практических журналов Иркутского ГАУ;

Шеметова И.С. – начальник отдела ПКВК Иркутского ГАУ;

Лысенко А.Н. – инженер по новым технологиям Иркутского ГАУ;

Швецова С.В. – начальник отдела международных связей Иркутского ГАУ;

Степанова Н.Г. – доцент кафедры философии, социологии и истории Иркутского ГАУ;

Баянова А.А. – зам. декана по НР агрономического факультета Иркутского ГАУ;

Васильев Ф.А. – зам. декана по НР инженерного факультета Иркутского ГАУ;

Федотов В.А. – зам. декана по НР энергетического факультета Иркутского ГАУ;

Павлов С.А. – зам. декана по НР факультета биотехнологии и ветеринарной медицины Иркутского ГАУ;

Труфанова С.В. – зам. декана по НР института экономики, управления и прикладной информатики Иркутского ГАУ;

Цындыжапова Н.Д. - зам. декана по НР института управления природными ресурсами - факультета охотоведения им. В.Н. Скалона Иркутского ГАУ.

ISBN 978-5-91777-154-0

© Издательство Иркутского ГАУ, 2015.

СОДЕРЖАНИЕ

Секция. ПРИРОДНЫЕ АСПЕКТЫ АГРАРНОГО ПРОИЗВОДСТВА

Галёмина М.А., Белых О.А. ВВЕДЕНИЕ В КУЛЬТУРУ МЕСТНЫХ И

ИНТРОДУКЦИЯ НОВЫХ ВИДОВ ЛЕКАРСТВЕННЫХ И ДЕКОРАТИВНЫХ

ВИДОВ РАСТЕНИЙ В ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ………………………………….... 6 Viewegh J., Podrzsk V., Martink A., Matjka K., Shvetsova S.V. DOUGLAS-FIR

(PSEUDOTSUGA MENZIESII/MIRB./ FRANCO) ALLOCHTONOUS STANDS AND

THEIR INFLUENCE ON UNDERSTORY LAYER SPECIES DIVERSITY.................. 12 Коломина Т.М., Афонина Т.Е. ПРОБЛЕМА НАРУШЕННЫХ ЗЕМЕЛЬ В РЕЗУЛЬТАТЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ БАЙКАЛЬСКОГО ЦЕЛЛЮЛОЗНОБУМАЖНОГО КОМБИНАТА

Kolev Tanko, Petrova Iliyana, Todorov Zhivko, Koleva- Valkova Lyubka THE

INFLUENCE OF NATURAL ORGANIC PRODUCTS ON THE PRODUCTIVITY

OF DURUM WHEAT……………

Kolev Tanko, Todorov Zhivko, Koleva Lyubka, Zlatev Zlatko, Mangova Mariya

PRODUCTIVITY OF NEW BULGARIAN VARIETIES OF DURUM WHEAT………33

Зорина С.Ю., Соколова Л.Г.ПОИСК ПРИЕМОВ РЕГУЛИРОВАНИЯ

ПЛОДОРОДИЯ АГРОСЕРЫХ ПОЧВ, ЗАГРЯЗНЕННЫХ ФТОРИДАМИ

АЛЮМИНИЕВОГО ПРОИЗВОДСТВА………………………………

Масалимов Р.Н., Бикбаув И.Ф., Масалимов И.Р. ГЕОГРАФИЧЕСКОКЛИМАТИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ РАЗВИТИЯ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА (На примере Республики Башкортостана)………………………………

Перфильева А.И., Рымарева Е.В., Рихванов Е.Г. ВЛИЯНИЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ

КОЛЬЦЕВАЯ ГНИЛЬ НА ХРАНЕНИЕ И ВЕГЕТАЦИЮ КАРТОФЕЛЯ В

УСЛОВИЯХ ВОСТОЧНОЙ СИБИРИ…………………

Рябинина О.В., Пономаренко Е.А. СОСТОЯНИЕ РЕАКРЕАЦИОННЫХ ТЕРРИТОРИЙ СЕВЕРО-ЗАПАДНОЙ ЧАСТИ ОСТРОВА ОЛЬХОН……………... 58 Садвакасов С.С., Усипбаев Н.Б. ОСОБЕННОСТИ РОСТА И РАЗВИТИЯ

ЛЮЦЕРНЫ В ГОД ПОСЕВА В ПРЕДГОРНО-СТЕПНОЙ ЗОНЕ

ЮГО-ВОСТОКА КАЗАХСТАНА………

Соболева О.М., Кондратенко Е.П., Егорова И.В. ОЗЕРНЕННОСТЬ КОЛОСА

ЯРОВОЙ ПШЕНИЦЫ И ЕЕ ИЗМЕНЧИВОСТЬ ПОД ВЛИЯНИЕМ

ПРЕДПОСЕВНОЙ ЭЛЕКТРОМАГНИТНОЙ ОБРАБОТКИ……………

Соколова Л.Г., Зорина С.Ю.ФОРМИРОВАНИЕ БАЛАНСА УГЛЕРОДА В

АГРОЦЕНОЗАХ СОИ НА СЕРОЙ ЛЕСНОЙ ПОЧВЕ В УСЛОВИЯХ

ЛЕСОСТЕПИ ПРИБАЙКАЛЬЯ………………

Соколова А.В., Раченко М.А. ИНТРОДУЦИРОВАННЫЕ И МЕСТНЫЕ ДРЕВЕСНЫЕ РАСТЕНИЯ В ОЗЕЛЕНЕНИИ ИРКУТСКА……………

Скрипкин А.О., Раченко М.А. ЗИМОСТОЙКОСТЬ КРУПНОПЛОДНЫХ ЯБЛОНЬ В СТЛАНЦЕВОЙ КУЛЬТУРЕ В УСЛОВИЯХ ЮЖНОГО ПРЕДБАЙКАЛЬЯ............ 85 Хакимова Г.А., Шелковников В.А. РЕСУРСОСБЕРЕГАЮЩИЕ ТЕХНОЛОГИИ В ПРОИЗВОДСТВЕ КАРТОФЕЛЯ В ПРЕДБАЙКАЛЬЕ…

Чернигова Е.Н., Шеметова И.С., Шеметов И.И., Замараев А.О., Романова Е.С.

ЭКОЛОГИЧЕСКИЙ ПОДХОД К ОЗЕЛЕНЕНИЮПРИБРЕЖНЫХ ТЕРРИТОРИЙ

ПРЕДБАКАЛЬЯ…………………………………

Шеметова И.С., Овчинникова Н.А., Лысенко А.Н.УСТОЙЧИВОСТЬ

МАВРИТАНСКИХ ГАЗОНОВ К СТРЕССОВЫМ АБИОТИЧЕСКИМ

УСЛОВИЯМ ПРЕДБАЙКАЛЬЯ

Секция. РЕСУРСОСБЕРЕГАЮЩИЕ ТЕХНОЛОГИИ ПРОИЗВОДСТВА

СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОЙ ПРОДУКЦИИ

Андреева Л.С., Друзьянова В.П. О ПРИМЕНЕНИИ БИОГАЗОВОЙ

ТЕХНОЛОГИИ ДЛЯ УТИЛИЗАЦИИ ОТХОДОВ ПЕРЕРАБОТКИ

КОЖЕВЕННО-МЕХОВОГО СЫРЬЯ………………

Анисимов Е.Е. ВЛИЯНИЕ ВОЗДЕЙСТВИЯ АВТОМОБИЛЬНОГО ТРАНСПОРТА

НА АТМОСФЕРНЫЙ ВОЗДУХ Г.ЯКУТСКА И СПОСОБ БЕЗГАРАЖНОЙ

ЭКСПЛУАТАЦИИ УСЛОВИЯХ РЕСПУБЛИКИ САХА (ЯКУТИЯ)……………........110 Бодякина Т.В., Васильева С.Е., Власова Т.Б. РЕАЛИЗАЦИЯ ПОЛОЖЕНИЙ

ФГОС ВПО ПРИ ОБУЧЕНИИ МАТЕМАТИКЕ ПО НАПРАВЛЕНИЮ

АГРОИНЖЕНЕРИЯ………………

Бричагина А.А., Евтеев В.К. К ВОПРОСУ О СИСТЕМЕ МАШИН………

Васильева А.С., Евтеев В.К., Васильев Ф.А. МЕТОДИКА РАСЧЕТА

ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ЭФФЕКТИВНОСТИ ТЕХНОЛОГИИ АНАЭРОБНОЙ

ПЕРЕРАБОТКИ ЖИВОТНОВОДЧЕСКИХ СТОКОВ С УЧЕТОМ ФАКТОРА

ВРЕМЕНИ…………………………………………

Васильева А.С., Евтеев В.К. ДВИЖЕНИЕ ЖИДКОСТИ И ГАЗА В АНАЭРОБНОМ ФИЛЬТРЕ………………

Горбунова Т.Л., Хабардин В.Н., Чубарева М.В. ТРЕБОВАНИЯ ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ

БЕЗОПАСНОСТИ К ТЕХНИЧЕСКОМУ ОБСЛУЖИВАНИЮ ТРАКТОРОВ В

ПОЛЕВЫХ УСЛОВИЯХ И ИХ СОБЛЮДЕНИЕ В ПРАКТИКЕ………………............ 134 Друзьянова В.П., Спиридонова А.В. ПИРОЛИЗНАЯ ТЕХНОЛОГИЯ

УТИЛИЗАЦИИ ОТХОДОВ АВТОМОБИЛЬНОГО ТРАНСПОРТА В УСЛОВИЯХ

РЕСПУБЛИКИ САХА (ЯКУТИЯ)…………………………………

Друзьянова В.П.МАТЕМАТИЧЕСКОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ СКОРОСТИ

ВСПЛЫТИЯ ГАЗОВОГО ПУЗЫРЬКА И ОБОСНОВАНИЕ ВОЗМОЖНОСТИ

СПОНТАННОГО ПЕРЕМЕШИВАНИЯ В МЕТАНТЕНКЕ БИОГАЗОВОЙ

УСТАНОВКИ……………………………………………………

Друзьянова В.П., Дарбасова Л.А. МАТЕМАТИЧЕСКОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ

СКОРОСТИ ВСПЛЫТИЯ ГАЗОВОГО ПУЗЫРЬКА В МЕТАНТЕНКЕ

БИОГАЗОВОЙ УСТАНОВКИ………………………………………………………….152 Ларионов Л.Б., Болоев П.А., Степанов Н.В. ИСПОЛЬЗОВАНИЯ РАЗЛИЧНЫХ ВИДОВ АЛЬТЕРНАТИВНОГО ТОПЛИВА………………………………….................155 Луговнин С.Ю., Аносова А.И., Шистеев А.В., Бураев М.К. АГРЕГАТНЫЙ

МЕТОД РЕМОНТА И УРОВЕНЬ ПРОИЗВОДСТВЕННО-ТЕХНИЧЕСКОЙ

ЭКСПЛУАТАЦИИ МАШИН В АПК……………………………………

Луговнин С.С., Бураев М.К. К ОБЕСПЕЧЕНИЮ ПОТРЕБНОСТИ ТРАКТОРОВ МТЗ-1221 ЗАПАСНЫМИ ЧАСТЯМИ………………………………

Манталаева С.Л., Кузьмин А.В., Остроумов С.С.РЕЗУЛЬТАТЫ

ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ СЕПАРИРУЮЩЕГО РАБОЧЕГО

ОРГАНА КАРТОФЕЛЕКОПАТЕЛЯ……………………………

Охлопкова М.К., Петрова С.А. ИССЛЕДОВАНИЕ КАЧЕСТВА БЕНЗИНА РАЗЛИЧНЫХ АВТОЗАПРАВОЧНЫХ КОМПАНИЙ Г. ЯКУТСКА……………….... 178 Петров С.В., Андреева Л.С., Петров Н.В. О ПРИМЕНЕНИИ ВОДОРОДА В ДВИГАТЕЛЯХ ВНУТРЕННЕГО СГОРАНИЯ…………………

Пальвинский В.В., Кузьмин А.Е. ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ РАБОЧЕГО ПРОЦЕССА ГИДРАВЛИЧЕСКОГО ДВИГАТЕЛЯ-НАСОСА…............. 189 Поляков Г.Н., Перевалов В.М., Болоев П.А. ОСОБЕННОСТИ ИНДУСТРИАЛЬНОПОТОЧНОЙ ТЕХНОЛОГИИ УБОРКИ ЗЕРНОВЫХ КУЛЬТУР…

Семенова О.П., Раднаев Д.Н. МОТОРНОЕ ТОПЛИВО ИЗ БИОГАЗА…………........... 202 Фальчевская Ю.А., Евтеев В.К. ОБОГАЩЕНИЕ БИОГАЗА…………

Фальчевская Ю.А., Евтеев В.К. ПРИМЕНЕНИЕ ПРОДУКТОВ АНЭРОБНОГО СБРАЖИВАНИЯ В ЗАКРЫТОМ ГРУНТЕ…………………………………

Хабардин В.Н., Хабардин С.В., Чубарева М.В., Михайлов Н.А., Хлыстов Д.И.

МЕТОДЫ И СРЕДСТВА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЭКОЛОГИЧЕСКИХ

ПОКАЗАТЕЛЕЙ АВТОТРАКТОРНЫХ ДИЗЕЛЬНЫХ ДВИГАТЕЛЕЙ…………….. 216 Ханхасаев Г.Ф., Алтухова Т.А., Шуханов С.Н. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ

ИНТЕРАКТИВНЫХ МЕТОДОВ ОБУЧЕНИЯ ПРИ ПРОВЕДЕНИИ

ЛЕКЦИОННЫХ ЗАНЯТИЙ……………………

Ханхасаев Г.Ф., Алтухова Т.А., Цэдашиев Ц.В. МАКЕТНЫЙ ОБРАЗЕЦ ВИХРЕВОЙ СУШИЛКИ ДЛЯ ЗЕРНА

СЕКЦИЯ. БИОТЕХНОЛОГИЧЕСКОЕ И ВЕТЕРИНАРНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ

ПРОДОВОЛЬСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Бекшаев А.Б. ФИЗИКО-ГЕОГРАФИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПЕТРОВСКЗАБАЙКАЛЬСКОГО РАЙОНА………………………………

Дёмина Ю.В., Рогалёва Г.А., Якушкин И.В.ИДЕНТИФИКАЦИОННАЯ И ВЕТЕРИНАРНО-САНИТАРНАЯ ОЦЕНКА КОЗЬЕГО МОЛОКА……………............ 235 Ишимцева А.С., Саловарова В.П., Шевченко Н.В. ОПРЕДЕЛЕНИЕ СОДЕРЖАНИЯ ТЯЖЕЛЫХ МЕТАЛЛОВ В МЯСЕ ПТИЦЫ…………………

Карпова Е.А., Дорощенко А.А., Аболкина А.Е. ИССЛЕДОВАНИЕ КРОВИ И

МОЛОКА КРС УЧЕБНОЙ ФЕРМЫ “ИрГСХА” НА НАЛИЧИЕ ЗАБОЛЕВАНИЙ,

ПЕРЕДАЮЩИХСЯ ЧЕРЕЗ УКУСЫ КЛЕЩЕЙ………………………………….......... 241 Маркелова И.Н., Ивонина О.Ю. ЗАИМОСВЯЗЬ ПОЛОВОЙ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ

С ЭКСТЕРЬЕРНО-КОНСТИТУЦИОНАЛЬНЫМ ПРОФИЛЕМ ЩЕНКОВ ПОРОДЫ

АМЕРИКАНСКИЙ СТАФФОРДШИРСКИЙ ТЕРЬЕР В ВОЗРАСТЕ 4 МЕСЯЦЕВ… 247

Рогалёва Г.А., Дёмина Ю.В., Якушкин И.В. ВЕТЕРИНАРНО-САНИТАРНАЯ И СРАВНИТЕЛЬНАЯ ОЦЕНКА КАЧЕСТВА СЛИВОЧНОГО МАСЛА………………..253 Рядинская Н.И., Гладкая Т.Е. МИКРОЦИРКУЛЯТОРНОЕ РУСЛО КОРКОВОЙ ЗОНЫ ПОЧЕК БАЙКАЛЬСКОЙ НЕРПЫ

Сахаровский А.В., Лудыпов Ц. ДИАГНОСТИКА ТРОМБОЭМБОЛИИ У КОШЕК.... 263 Смирнов В.В., Смирнова-Залуми Н.С., Суханова Л.В., Благодетелев А.И.

ДИНАМИКА КЛИМАТА И РЫБОПРОДУКТИВНОСТЬ БАЙКАЛА……………...... 267 Темирдашева К.А., Гукежев В.М. АМИНОКИСЛОТНЫЙ СОСТАВ МОЛОКА КОРОВ ЧЕРНО-ПЕСТРОЙ ПОРОДЫ…………………………

Чхенкели В.А., Калинович А.Е. К ВОПРОСУ О МЕХАНИЗМЕ

АНТИМИКРОБНОГО ДЕЙСТВИЯ ВЕТЕРИНАРНОГО ПРЕПАРАТА ТРАМЕТИН...282

Секция. ПРИРОДНЫЕ АСПЕКТЫ АГРАРНОГО ПРОИЗВОДСТВА

–  –  –

Иркутский государственный аграрный университет им. А.А. Ежевского, г. Иркутск, Россия Рассматриваются полезные свойства различных видов мят, а также целесообразность интродукции в условиях Иркутской области. Отмечается ценность этого вида растительного сырья и успешность предварительных опытов по его выращиванию в окрестностях г.

Иркутска. Показана необходимость биотехнологических подходов для успешного проведения этих работ. Обогащение ассортимента эфиромасличных растений является одной из приоритетных задач на юге и юго-востоке Сибири, где почвенно-климатические условия позволяют получать экономически выгодную продукцию.

Ключевые слова: пряно-ароматические растения, интродукция, экологические условия.

INTRODUCTION TO LOCAL AND CULTURE INTRODUCTION OF NEW SPECIES OF

MEDICINAL AND ORNAMENTAL PLANT SPECIES IN THE IRKUTSK REGION

Galyomina M.A., Belyh O.А.

Irkutsk State Agrarian University A.A. Ezhevsky, Irkutsk, Russia We consider the beneficial properties of different kinds of mints, and the feasibility of introduction into the environment of the Irkutsk region. It noted the value of this type of plant raw materials and preliminary experiments on the success of its cultivation in the vicinity of the city of Irkutsk. The necessity of biotechnological approaches for the success of this work. Enriching the range of aromatic plants is one of the priorities in the south and south-east Siberia, where the soil and climatic conditions allow to obtain cost-effective products.

Keywords: aromatic plants, introduction, the environmental conditions.

Современное состояние озеленения городов Восточной Сибири нельзя назвать удовлетворительным: ограниченный ассортимент используемых растений, суровый климат региона, недостаточное финансирование не позволяют создавать интересные и актуальные садово-парковые комплексы и композиции. В озеленении травянистые многолетники практически не используются, большинство видов – однолетники. Для такой ситуации есть причины: однолетники позволяют создавать яркие, стабильно цветущие весь сезон цветники, легко размножаются посевом семян, не требуются маточные растения. К недостаткам можно отнести большую неустойчивость к низким температурам, болезням и вредителям. Озеленение однолетниками более экономически затратно. Для многолетников характерно раннее отрастание листьев и цветение, стабильная декоративность в течение летнего и осеннего сезонов, у ряда видов надземные побеги красивы и в зимний период. Среди доступных в наших условиях многолетников есть практически все группы видов – декоративно-лиственные, вкусо ароматические, красиво цветущие.

Создание цветников с использованием многолетников активно практикуется в Европейской части России. Применение многолетников позволяет сократить финансовые и трудозатраты, расширяет возможности создания интересных композиционных решений, отражающих современные тенденции и тренды.

Внедряемые в городское озеленение виды могут быть как представителями местной флоры, так и интродуцентами – видами, привнесенными из других регионов. Поиску, изучению особенностей биологии местных видов, которые могут использоваться в озеленении и интродукции новых видов, посвящено много работ. Поиск и внедрение в культуру новых перспективных лекарственных и декоративных видов растений для условий Иркутской области является актуальной проблемой. Многие виды рода Mentha являются фармакопейными, широко используются в фармацевтической и пищевой промышленности, в озеленении. Изучение биологии видов в условиях Предбайкалья позволит отобрать перспективные формы и сорта для условий Иркутской области. Разработка научно обоснованных методов размножения и выращивания новых видов и сортов мяты может быть основой создания промышленных плантаций ценного растительного сырья и рекомендаций по использованию видов в озеленении и ландшафтном дизайне. В последние годы наблюдается резкое сокращение площадей, занимаемых лекарственными и эфиромасличными растениями, которые традиционно выращивались в южных регионах бывшего СССР. В связи с этим особую актуальность приобретает интродукция ценных видов растений другие регионы, что является важным вкладом в развитие и обогащение растительной сырьевой базы для медицины, промышленности и сельского хозяйства. В настоящее время вопросы импортозамещения, сельскохозяйственной, промышленной самостоятельности в РФ являются весьма актуальными. Наибольшие площади промышленных плантаций мяты на территории бывшего союза приходятся на долю Украины и Молдавии, гораздо меньшие площади под посадками мяты на Кубани, Ставрополье. В Иркутской области выращивание мяты в промышленных масштабах не осуществляется, хотя существует потребность в соответствующем сырье в пищевой и фармакопейной промышленности.

Благодаря высокой декоративности в течение всего вегетативного сезона, многие виды мят востребованы для озеленения и широко используются во многих регионах России в озеленении и ландшафтном дизайне. Изучение новых декоративных растений с целью расширения ассортимента перспективными видами и сортами, которые необходимы для благоустройства и улучшения условий труда и отдыха жителей региона является актуальным.

Но для широкого внедрения в наш регион новых видов и сортов мят необходимо изучить их особенности развития и хозяйственно-биологические свойства. Изучение закономерностей развития позволяет прогнозировать состояние растений через определенные промежутки времени, дает возможность понять причины их старения и является основой для разработки технологий культивирования. Оценка видов и сортов по хозяйственнобиологическим признакам выявляет наиболее ценные виды и сорта, что способствует их широкому внедрению в промышленное культивирование и практику озеленения, помогает решению вопросов, связанных с изучением и сохранением биоразнообразия. Интродукция новых видов предусматривает несколько этапов исследований, в число которых входит выявление внутривидовой изменчивости растений, изучение особенностей онтогенеза в новых условиях выращивания, оценка биологических и хозяйственных признаков интродуцентов в культуре [1, 2].

В качестве объектов исследования были выбраны наиболее устойчивые и продуктивные сортообразцы из местной ценопопуляциимяты перечной и несколько видов и сортообразцов, полученные из германского питомника.

Ареал распространения различных видов мяты находится в умеренном поясе Северного полушария, а среди 25 известных науке видов мяты в наше время культивируют преимущественно лишь один вид - мяту перечную.

Мята перечная Mentha piperata L. Естественный спонтанный гибрид мяты водяной и мяты колосковой. Ввиду широкого ареала и спектра условий существования очень полиморфный вид, как по опушению, так и по размерам отдельных частей растения. Кроме естественно сложивщихсяценопопуляций этого вида, существует множество сортов, созданных для промышленного культивирования. Сорта существенно отличаются не только по внешнему виду, продуктивности, но и по качественному составу эфирных масел.

Мята перечная, ф. шоколадная: многолетнее травянистое растение.

Четырехгранные, прямые, ветвистые, густо облиственные стебли достигают высоты 120 см. Горизонтальные корневища расположены на глубине 5 - 15 см, от их узлов отходят немногочисленные мочковатые корни. Листья простые, удлиненно-яйцевидные, по краю пильчатые, на коротких черешках. Мята перечная легко узнается по зазубренным листьям с фиолетовым краем. Цветки мелкие, беловато-розовые, бледно-фиолетовые или лиловые собраны в ложные мутовки, образующие верхушечное колосовидное соцветие. Цветет с июня по август. Сорт обладает запахом со сливочно-шоколадным оттенком. Благодаря отсутствию резкого холодящего вкуса, прекрасно подойдет как дополнение к шоколадным десертам и другим сладким блюдам и напиткам.

Мята полевая Mentha arvensis L. Евразийский вид, встречается Западной и Восточной Сибири. Растёт на полях, лугах, по берегам водоёмов, рек, озёр, на болотистых участках [3, 4, 5].

Мята банановая – сложный гибрид, полученный при скрещивании мяты полевой. Многолетник с длинным ползучим корневищем. Побеги высотой 20 см, прямостоячие, приподнимающиеся или лежачие. Листья на коротких черешках, яйцевидные, на верхушке острые, по краю пильчато-зубчатые.

Цветки в гуcтых ложных мутовках, почти правильные, лиловые или розоватолиловые. Цветет в мае - октябре. Любители тропических фруктов будут приятно удивлены, отведав листики Banana Mint. У молодых листьев этого гибрида хорошо ощущается аромат спелого банана. Прекрасно подойдет как дополнение к молочным десертам и напиткам. В Европе молодые побеги и листья вместе со льдом используют, как дополнение для летних напитков и молочных коктейлей. Эта мята светолюбива, но хорошо выносит и затенение.

Хорошо растет на рыхлых плодородных почвах, непригодны для нее места с излишним увлажнением и тяжелой глинистой почвой. Заросли мяты хорошо смотрятся на втором плане цветников, создавая плотный фон. Надо помнить, что мята довольно агрессивна, быстро разрастается и может вытеснить из цветника другие культуры. Поэтому ее лучше высаживать в контейнерах.

Мята клубничная - новинка селекции, этот гибрид получен при скрещивании мяты полевой. Многолетнее травянистое растение.

Четырехгранные, прямые, ветвистые, густооблиственные стебли достигают высоты 30-40 см. Горизонтальные корневища расположены на глубине 5 - 15 см, от их узлов отходят немногочисленные мочковатые корни. Листья простые, удлиненно-яйцевидные, по краю пильчатые, на коротких черешках. Цветки мелкие, беловато-розовые, бледно-фиолетовые или лиловые собраны в ложные мутовки, образующие верхушечное колосовидное соцветие. Цветет с июня по август. Листья источают сильный, сладкий запах спелых ягод земляники. Сорт подходит для добавления в чай и холодные напитки, в десерты, фруктовые салаты.

Мята водяная - Mentha aquatica L. В диком виде эта мята растет преимущественно в лесных водоемах. Стебли 30 - 90 см высоты, у основания стелющиеся, затем приподнимающиеся. Цветки собраны в ложные мутовки, образующие на верхушке стебля и боковых ветвей довольно плотные, почти головчатые соцветия. Запах мяты водяной сильный, приятный. Вся надземная масса широко используется в кулинарии как пряность при приготовлении гороховых, картофельных, яичных и сырных блюд, а в Южной Азии — для сдабривания мяса. В Южной Африке используют эту мяту для чая. У нее много разновидностей, много и сортов. Одна из разновидностей используется для ароматизации желе, соусов, пуншей, ликеров, свежие и сушеные листья добавляют в чай.

Другая, гибрид водяной мяты с колосковой, имеет разные запахи, в том числе лимонный и апельсиновый, называется бергамотной мятой. Дает эссенцию и масло, похожее на бергамотное масло, для этого и выращивается.

Может применяться для ароматизации пищи, как ингридиент для ликеров (шартрез). В России огородники называют ее лимонной или апельсиновой мятой.

По агротехнике водяная мята не отличается от перечной. Вид устойчив к болезням. Этот вид широко применяется селекционерами для выведения новых сортов. Нами изучался сорт “Maroccanisch Minz” – марокканская мята. Аромат сорта мягкий, приятный, напоминает некоторые сорта жевательной резинки, очень нравится детям.

Мята душистая – Mentha suaveolens Ehrh. Называют ее также мята яблочная. Невысокое растение, 25 - 30 см высоты с небольшими зубчатыми листьями густоопушенными белесыми волосками. Цветет в июне. Молодые листья с сильным, похожим на яблочный, ароматом, с возрастом запах становится мятным. Агротехника не отличается от агротехники перечной мяты, этот вид может размножаться семенами, хорошо зимует. Стебли устойчивые, прямые, высотой около 40 см. Листья морщинистые зеленые, кремово-белые по краю, с приятным нежным, сладким специфическим ароматом. Цветки мелкие, белые, собраны в плотные кисти, располагающиеся на верхушках побегов и в пазухах листьев. Цветет в конце июля - августе. Легко размножается делением куста ранней весной. В цветниках не требует ограничения роста, так как в отличие, например, от мяты перечной не очень быстро разрастается. Создаёт в цветниках красивое, яркое, привлекательное пятно. Превосходно сочетается с зеленолистными растениями, которые ещё более подчёркивают изыск этой мяты, хорошо сочетается и с летниками, особенно с красными и синими петуниями. Зимует достаточно хорошо, но в очень суровые, малоснежные зимы, может выпасть.

Мята изящная, имбирная – Mentha gracilis variegata “Ginger Mint” Гибрид мяты полевой и мяты колосовидной (M. arvensis x M. spicata).

Многолетнее травянистое растение 30-60 см высоты. Корневище ползучее.

Стебли прямостоячие, часто сильно ветвистые, внизу рассеянно опушенные или голые, вверху более густо волосистые, пурпурно-красные. Листья 3-7 см длины, яйцевидно-ланцетные или продолговато-эллиптические, с заостренной или длиннозаостренной верхушкой, острозубчатые или неясно зубчатые, иногда в верхней половине до цельно крайних, рассеянно опушенные с обеих сторон или почти голые, блестящие, на черешках, с имбирным ароматом при растирании, на солнце краснеющие. Цветки в многоцветковых, шаровидных, расставленных, ложных мутовках, нижние мутовки обычно на недлинных цветоносах. Чашечка 0,2-0,35 см длины, трубчато-колокольчатая, снаружи голая, с треугольно-ланцетными, шиловидно заостренными, реснитчатыми зубцами. Венчик 0,5 см длины, ярко лиловый. Тычинки короткие. Цветет в июле-августе. Мята имбирная растет в виде грациозных кустиков с тонкими, изящными побегами, высотой не более полуметра. Вид неагрессивный, в отличие от других сортов мяты, не расползается и растёт компактно. Этот сорт можно выращивать в подвесном кашпо на балконе и на зиму выставлять на окошке кухни. В листьях растения гармонично сплелись воедино вкус мяты и легкий восточный аромат корня имбиря. Замечательное приобретение для любителей зеленого чая и прекрасное дополнение к фруктовым салатам.

Особенно великолепна её пестролистная форма. Густые прямостоячие кустики с пурпурными побегами и небольшими овальными листьями, переливающимися на солнце ярко желтыми мазками и полосами.

Мята круглолистная – Mentha rotundifolia (L.) Huds. Межвидовой гибрид мяты длиннолистной (Mentha longifolia HUDS.) и мяты душистой (Mentha suaveolens EHRH.). Сильный многолетник высотой до 1 м с густо опушенными серовато-зелеными листьями. Благодаря тому, что у нее отсутствует резкий холодящий вкус, она используется для чая, холодных напитков и десертов.

Известна под названиями яблочная мята, египетская мята, золотая мята, кондитерская мята, дикий бальзам. Родом эта мята из Египта и Малой Азии.

Эта мята обладает мягким ароматом и вкусом, не дает холодящего эффекта и при нагревании не дает горечи, чем выгодно отличается от других видов мяты.

Ее поэтому кладут в сладкие блюда компоты, кисели, желе, варенья и яблочную начинку для пирогов. Популярна в европейской кухне. Агротехника ее та же, что и у перечной мяты. По зимостойкости она несколько уступает перечной.

Этот вид устойчив к болезням и вредителям.

Все изученные разновидности мяты являются очень ароматными и душистыми, без излишней нотки ментола, характерной для мяты перечной. В мягких, легких ароматах видов присутствуют ноты яблок, ананаса, имбиря, даже запахи, напоминающие любимые сорта жевательной резинки (мята марокканская) - эти качества позволяют широко использовать новые виды мят в создании аромасадов, в медицине и кулинарии. Оценки успешности интродукции новых видов и сортов несколько отличаются у разных авторов: по Вульфу Е.В. (1933) все представленные виды относятся к 3 стадии, по этой же шкале в модификации Базилевской Н.А. (1946) – к 4 стадии. По методике Былова В.Н., Карпиносовой Р.А. (1978) мяты набрали 12 баллов, и их всех можно отнести к перспективным видам. По предложенной Куприяновым А.Н.

100-бальной шкале (1986) все виды мят набрали 80 баллов и их можно отнести к видам, перспективным для дальнейшего изучения и внедрения в практику городского озеленения [6, 7, 8].

По нашему мнению, все шкалы успешности интродукции в применении к практике озеленения требуют некоторой модификации: представленные шкалы применяются в основном для изучения интродукции дикорастущих видов в новых почвенно-климатических условиях, и ряд параметров для оценки успешности интродукции культурных, сортовых растений в данном случае неприменимы: сортовые формы нельзя сравнивать и их дикорастущими «предками», или если многолетник успешно размножается вегетативно, то отсутствие или недостаточность семенного возобновления не является по нашему мнению существенным недостатком.

Список литературы

1. Menthaarvensis L. s.l. — Мята полевая / И.А. Губанов, К. В. Киселева, В. С. Новиков,

В. Н. Тихомиров // Иллюстрированный определитель растений Средней России. В 3 т.— М.:

Т-во науч. изд. КМК, Ин-т технолог.иссл, 2004. — Т. 3. Покрытосеменные (двудольные:

раздельнолепестные). — С. 133.

2. Бейдеман, И.Н. Методика изучения фенологии растений и растительных сообществ.Методические указания, Новосибирск, Сибирское отделение, изд-во «Наука», 1974.- 155 с.

3. Государственная Фармакопея Российской Федерации.- 12 изд., ч.1.- М.: Изд-во «Научный центр экспертизы средств медицинского применения», 2008.- 704 с.

4. Флора Сибири (в 14 томах) / Г.А. Пешкова, Л.И. Малышев И.М. Красноборов // Новосибирск Изд-во: Наука, Сибирское отделение, 1987-2003, 4500 с.

5. Дудченко, Л.Г. Пряно-ароматические и пряно-вкусовые растения: Справочник / Л.Г.

Дудченко, А.С. Козьяков, В.В. Кривенко; Отв. ред. К. М. Сытник. — К.: Наукова думка, 1989.

— 304 с.

6. Куприянов, А.Н. Интродукция древесных растений на отвалах угольной промышленности в субаридной зоне / А.Н. Куприянов // Тез. докл. конф. — Ашхабад, 1989.– с. 96.

7. Карписонова, Р.А. Оценка успешности интродукции многолетников по данным визуальных наблюдений / Р.А. Карписонова // Тез. Докл. VI съезда РБО. – Л. : Наука. – 1978.

– С. 175–176.

8. Былов, В.Н. Интродукция растений в Главном ботаническом саду им. Н.В. Цицина:

К 50-летию основания / С.Е. Коровин, В.Н. Былов и др.; Гл. ботан. сад им. Н.В. Цицина. — М.: Наука, 1995. — 188 с.

–  –  –

In total, 67 parallel plots were chosen from the database of 153 phytosociological relevs made in the Douglas-fir and parallel Norway spruce, European Beech and oaks dominated stands to find influences of this introduced tree on the understory layer in totally 12 localities on the whole Czech Republic territory.

Douglas-fir stands influence their habitats, which was indicated by species composition changes in the ground vegetation, as well as by abundance and dominance of particular species. Douglas-fir cultivation increases species diversity of the stands, but decrease their abundance. Described differences in understory are not so noticeable, when European beech and oak stands are substituted by Douglas-fir once. But even the significant phenomenon of striking nitrophilous species occurrence as Geranium robertianum, Urtica dioica and Galium aparine manifests here. This indicates conspicuous content of available nitrates in the humus and top of the soil horizon.

Keywords: introduction, Douglas-fir, understory layer species, diversity, nitrification.

ЕЛЬ ДУГЛАСА (PSEUDOTSUGA MENZIESII / MIRB. / ФРАНКО) И EE ВЛИЯНИЕ НА

ПОДЛЕСКОМ СЛОЕ ВИДОВОГО РАЗНООБРАЗИЯ

1,4 В.Йиржи, 1 П.Вилем, 2 М. Антонин, 3 К. Матейка, 5 С.В. Швецова В общей сложности 67 параллельных участков были выбраны из базы данных 153 фитосоциологических наблюдений проведенных в древостоях Ели Дугласа и параллельно Ели обыкновенной, Бука Европейскoго и дубов (Дуба скального и Д. обыкновенного) для определения влияния данного интродуцированного дерева на слой подроста на 12 участках по всей территории Чешской Республики. Леса Ели Дугласа влияют на среду их обитания, что подтверждается изменениями в видовом составе в наземной растительности, а также обилием и доминированием отдельных видов. Выращивание Ели Дугласа увеличивает разнообразие видов подроста, но понижают их обилие. Описанные различия в подросте не так заметны, когда древостои Бука Европейского и дубов заменяются Елью Дугласа. Здесь проявляется существенный феномен таких нитрофильных видов, как Geranium robertianum, Urtica dioica и Galium aparine. Это подтверждается значительным содержанием доступных нитратов в гумусе и верхней части почвенного горизонта.

Ключевые слова: интродукция, Eль Дугласа, виды подроста, разнообразие, нитрификация.

Introduction. Douglas-fir (Pseudotsuga menziesii (Mirb.) Franco) is one of the most commercially important tree species worldwide, both in its natural range, i.e.

North America, as well as in many other regions including Europe [37]. Its premier introduction to Europe as a tree of parks ranks to the period between 1826 [14] and 1830 [3, 42]. However, this species was planted into European commercial forest stands step by step in the next decades [9, 14]. The oldest Douglas-fir plantation into forest stands on territory of the Czech Republic was established on University Forest at Ktiny area in 1844 [19]. Although planting of the Douglas-fir was spread on all Czech Republic territory, it covers only 0.22 % of the total forest area at present.

Forestry research in the autochthonous managed Douglas-fir forests is focused, besides the basic silvicultural treatments, to the optimization of the nutrition and nutrient cycling in the managed ecosystems of particular stand ages [10, 13, 15, 39], including different fertilization ways of young stages [e.g. 12, 7, 11, 1, 2]. Different situation is in the European countries, where the environmental issues prevail [4, 37], as well as the production in comparison with native species is studied. Also in the Czech Republic, this species was quite intensively studied from the production point of view, and its production potential was satisfactorily evaluated [6, 16, 20, 17, 18, 24, 25, 26, 32, 35, 40]. Also the soil effect of this species were to some extent described, so it is possible to exclude its negative influences on the forest soil [29, 31, 32, 34], its resistance against draughts was documented as well [8, 30, 40, 41].

Very important environmental issue is represented also by the effects of introduced tree species on the understory vegetation diversity and status.

Bioindication of herb layer is possible to use for it. Podrzsk et al. [33] and Viewegh et al. [44] present preliminary studies of the changes in herb layer under introduced Douglas-fir stands in comparison with autochthonous tree species stands, in the conditions of the Czech Republic. The aim of this article is the extension of these results evaluating much broader set of compared plots and concluding the understory vegetation effects of the Douglas-fir in comparison with common native tree species.

Methods. Data have been collected in stands situated in different regions of the Czech Republic in the summer (July and August) period 2010 - 2013. Stands of dominant native tree species (Picea abies (L.) Karst., Fagus sylvatica L., Quercus petraea (Matt.) Liebl. or Q. robur L. and some others) were located in parallel to each test stand of Douglas-fir (Pseudotsuga menziesii (Mirb.) Franco) within the research areas. All stands aged at least 60 years old have been chosen to examine the effect of impacts on the herb layer. Stands of Douglas-fir and these comparable ones have had to be situated on similar habitats, i.e. similar altitude, exposure, slope, soil type and belong to the same classification unit according to the Czech forest ecosystem (site) classification [43].

Phytosociological relevs have been collected in DBreleve [27] database. The database contents 153 phytosociological relevs. Before numerical analysis, the data have been transformed in the following way: abundance-dominance degrees (the Braun-Blanquet scale was applied) used in phytosociological relevs have been transformed into average abundance. Than abundances of all species in etage () have been transformed, so as their sum for corresponding etage has equalled to total

appropriate of this etage (C):

where xi is abundance of i-th species in etage.

Etages are marked in standard way of phytosociology: E3 - tree etage, E2 - shrub etage, E1 - herb etage and E0 - moss etage.

Three groups of parallel plots according to the dominant tree species were considered: Douglas-fir – Norway spruce, Douglas-fir – European beech, and Douglas-fir – oaks (Q. petraea + Q. robur).

Difference of frequencies of a species in two sets of relevs (sets of the parallel plots) was evaluated using the statistics where fi is frequency of the species in i-th set and ni is number of relevs in i-th set of relevs. This variable shows the Student t-distribution and thus it can be tested with n1+n2-2 degrees of freedom [e.g. 38].

Two measures of distance between two communities in the pair of comparable plots were selected. First measure - Jaccard's distance (= 1 - Jaccard's similarity coefficient) is based on the presence/absence data, second one - Euclidean distance process transformed species representation values [28,]. Distances were calculated from the data on the herb layer. Differences among distances according to three groups of parallel plots were statistically tested by the one-way ANOVA.

Understory (herb layer) species have been grouped to bioindication groups as acidophilous, mesophilous, nitrophilous, nitrophilous-to-ruderal and indifferent (Appendix 1). Nitrophilous species have been divided into two groups according to different behaviour of these species. Considerably nitrophilous species, which often accompany human affected localities e.g. Urtica dioica, Chelidonium majus, Impatiens parviflora, Galium aparine and Geranium robertianum entered the ‘nitrophilous-to-ruderal’ group. Other nitrophilous species have entered ‘pure’ nitrophilous group.

In a frame of present data processing, attention has been paid to correlations among structural parameters of monitored plant communities and some significant dominant tree species. DBreleve package [27] has been used to calculate indices elucidating community structure [23] – i.e. species richness (equal to number of species, S), Shannon-Wiener's diversity index [sensu 36; H’] and equitability (e = H' / log2 S).

Taxonomical nomenclature has been used according to Kubt et al. [21].

Results. Difference in species composition under native tree and Douglas-fir.

The increase of frequencies was recorded under Douglas-fir comparing to oak for species Oxalis acetosella (p = 0.0%), Mycelis muralis (p = 0.1%), Senecio ovatus (R) (p = 0.1%), Carex pilulifera (p = 0.2%), Calamagrostis epigejos (R) (p = 0.5%), Rubus fruticosus agg. (R) (p = 3.0%), Cardamine impatiens (p = 3.6%), Dactylis glomerata (p = 3.6%), Euphorbia amygdaloides (p = 3.6%), Dryopteris dilatata (p = 3.7%), Urtica dioica (R) (p = 4.4%), Brachypodium sylvaticum (p = 5.3%), Torilis japonica (R) (p = 5.3%) and regenerating Pseudotsuga menziesii (p = 0.6%). Species Galeopsis pubescens (p = 4.3%), Melica uniflora (p = 2.8%), Quercus petraea agg.

(p = 2.8%) and Impatiens parviflora (R) (p = 1.4%) show decrease in frequencies. The decrease for the last invasive neophyte (I. parviflora) is of great interest. The listed species marked by (R) are possible to consider being markers of ruderalization process.

The dominant occurrence of Douglas-fir leads to an increase of frequency of

several species in herb layer comparing on relevant stands with dominant beech:

Convolvulus arvensis (R) (error probability of t-test p = 0.3%), Glechoma hederacea (R) (p = 0.3%), Asarum europaeum (p = 0.4%), Urtica dioica (R) (p = 0.5%), Dryopteris filix-mas (p = 0.7%), Brachypodium sylvaticum (p = 0.7%), Sambucus nigra (R) (p = 0.9%), Hordelymus europaeus (p = 1.8%), Fragaria vesca (p = 2.7%), Rubus idaeus (R) (p = 2.7%), Chelidonium majus (R) (p = 3.5%), Oxalis acetosella (p = 4.2%), Carpinus betulus (p = 4.2%), Senecio ovatus (p = 4.2%), Viola reichenbachiana (p = 4.7%), and Geranium robertianum (R) (p = 4.9%). Conversely, decrease of frequencies was recorded for two juvenile tree species Acer platanoides (p = 4.2%) and Quercus petraea agg. (p = 2.7%).

Comparing Douglas-fir and both autochthonous broadleaved species, Douglasfir leads to the increase for more species (16 comparing to beech in canopy and 14 comparing to oak in canopy) compared to count of decreased species. Many of increased and new species indicate ruderalization of the site. This process is underlined by increase of some archeophytes (Convolvulus arvensis and Chelidonium majus). Regeneration of Douglas-fir is common under oak (at 46 % of plots) but it is present under beech (17 % of plots), too.

Comparing with the cultivated Norway spruce, dominance of Douglas-fir in the stand caused increase in frequency of species Stellaria media (p = 0.1%), Fraxinus excelsior (p = 1.9%), Acer platanoides (p = 2.0%), Galium odoratum (p = 2.2%), Milium effusum (p = 3.2%), Circaea lutetiana (p = 3.5%), Dactylis glomerata (p = 3.5%), Juncus effusus (p = 3.5%), Prenanthes purpurea (p = 3.5%), Impatiens parviflora (p = 3.9%), Urtica dioica (p = 5.5%), Viola reichenbachiana (p = 5.8%) and regenerating Pseudotsuga menziesii (p = 4.6%). The frequency decrease was observed in Abies alba (p = 5.1%), Maianthemum bifolium (p = 4.0%), Galeopsis pubescens (p = 2.8%) and Quercus petraea agg. (p = 1.4%) in the herb layer. It points to possibility of recurrence of some species from natural potential vegetation under Douglas-fir comparing to cultivated spruce. However, this positive process is counterbalanced by occurrence of tree neophyte with potential high invisibility. In total 70 % of comparable plots with Douglas-fir contains regeneration of this tree species.

Both Jaccard's and Euclidean distances for three groups of parallel plots have not shown too big differences, which are not statistically significant (Table 1). The biggest distances were recorded by comparison Douglas-fir with oaks. Distances from Douglas-fir sites to sites with European beech and Norway spruce are comparable.

It is necessary to comment that Norway spruce stands have been largely unnatural, planted on lower forest vegetation altitudinal zones (2 nd – 4th) than these natural ones of Norway spruce ((5th – 6th – 8th) (details see in [43]). Norway spruce represents planted allochthonous stands in all our plots. Very preliminary look on it is proved by next two blocks of parallel plots (Douglas-fir – European beech and Douglas-fir – oaks), where Douglas-fir had been planted in the first generation on indigenous European beech and oak localities and where the larger proportion of herbaceous species (understory) have kept to autochthonous dominant stand tree species.

Ecological groups of species Number of mesophilous, nitrophilous and nitrophilous-to-ruderal species prevail on Douglas-fir stands in all three parallel stand groups of plots (Table 2). This fact is marked in Douglas-fir–European beech parallel plots (Table 2), but averages of frequency and sum of abundances show the increase only in nitrophilous-to-ruderal group. It could be a result of different light conditions under Douglas-fir and European beech stands. But changed soil conditions towards to higher available nitrogen in the soil could be more dominant factor than light conditions there.

In spite of the above mentioned fact about prevailing mesophilous, nitrophilous and nitrophilous-to-ruderal on Douglas-fir – Norway spruce parallel plots results of the average of frequency are not such clear. Results of sum of abundances are more interesting. More distinct decreasing of acidophilous species and increasing of mesophilous, nitrophilous and nitrophilous-to-ruderal species abundances show changes in nutrient content of the soils towards to higher available nitrates in the soil, in its top surfaces primarily.

The results of changes in frequency and abundance averages on Douglas-fir – oaks parallel plots are not so much noticeable. It could be due to more naturalness of the stands with oaks than imported Douglas-fir ones there. However, it could be also seen, that frequency and abundance averages do not increase much.

Species diversity The species richness varies between 3 and 30 species in a relev through the whole data set (153 relevs). The total species diversity (as Shannon-Wiener's index) was found in broad interval 0.33 - 3.18, and the equitability was between 0.11 and 1.00.

Comparison of the species diversity and equitability in compared groups of plots is shown in the Table 3. By comparison, stands with markedly dominant one tree species, communities with dominant Douglas-fir in tree layer show the highest diversity and conversely these with Norway spruce dominance as the lowest ones, but species equitability is influenced by dominant tree species minimally. Both species richness and diversity are highest in the plots under Douglas-fir and oaks with admixture other tree species.

Influence of species diversity parameters by Douglas-fir silviculture compared to other tree species is the basic issue.

Species diversity and species richness changes mirrored complex features of the whole community, such they have been a result of the changes in species composition, which were described in proceeding paragraphs. Douglas-fir presence in stands increases species diversity of the herb layer, both overall and in cultural Norway spruce and European beech stands (Table 4). While Douglas-fir presence in Norway spruce stands (Fig. 1) could be assessed positively, since Douglas-fir increases similarity of the site conditions to natural stands, increasing of Douglas-fir in European beech stands (Fig. 2) could be assessed negatively, since it promotes ‘ruderalizating’ processes, when species incoming to communities are not natural in.

However, it is necessary to pay attention to the observed increase in total canopy of the tree layer in mixtures of Douglas-fir with Norway spruce compared with just Norway spruce, which may result in a reduction in the light penetration, thus reduces the presentation of some species in the herb and moss layers. Indeed, a reduction in total abundance of moss layer (E0) with an increasing proportion of Douglas-fir in Norway spruce tree layer was demonstrated (Table 4).

Discussion and Conclusions. As it is shown, Douglas-fir stands influence their habitats, which is indicated by species growing in the understory. This species increase species diversity of the stands, but decrease their abundance. The most striking it may be seen by comparison of Douglas-fir stands with managed Norway spruce stands, planted in lower altitudes. That fact is also confirmed by research conducted in other European countries [e.g. 22, 4, 5], where Douglas-fir stands are more spread. Above described differences in understory are not so noticeable, when European beech and oak stands are substituted by the Douglas-fir once. However, even the significant phenomenon of striking nitrophilous species occurrence as Geranium robertianum, Urtica dioica, and Galium aparine manifests here. This indicates conspicuous content of available nitrates in humus and top of soil horizon.

However, detail knowledge will be necessary to support soil analyses and thus pertinently to confirm results of the other scientists [37].

Appendix 1. List of recorded species according to the nutrition groups Acidophilous species: Anthoxanthum odoratum, Avenella flexuosa, Calamagrostis arundinacea, C. epigejos, C. villosa, Calluna vulgaris, Carex canescens, C. echinata, C. nigra, C. pilulifera, Dryopteris dilatata, Gymnocarpium dryopteris, Hieracium murorum, H. sabaudum, Luzula luzuloides, L. pallescens, L.

pilosa, Melampyrum pratense, M. sylvaticum, Molinia arundinacea, Nardus stricta, Phegopteris connectilis, Picea abies, Pinus strobus, Prenanthes purpurea, Pteridium aquilinum, Senecio ovatus, Vaccinium myrtillus, Veronica officinalis.

Mesotrophic species: Acer campestre, Actaea spicata, Agrostis stolonifera, Anemone nemorosa, Asarum europaeum, Astragalus glycyphyllos, Athyrium filixfemina, Bromus benekenii, Campanula patula, C. persicifolia, C. trachelium, Carex digitata, C. ovalis, C. pairae, C. pallescens, C. pilosa, C. sylvatica, Clinopodium vulgare, Convallaria majalis, Dactylis polygama, Dentaria bulbifera, Dryopteris filixmas, Euphorbia amygdaloides, Festuca drymeja, Galeobdolon luteum, Galium odoratum, G. sylvaticum, Hedera helix, Hepatica nobilis, Hypericum hirsutum, H.

montanum, H. perforatum, Lathyrus niger, L. vernus, Melica nutans, M. uniflora, Milium effusum, Poa nemoralis, Polygonatum multiflorum, P. odoratum, Quercus robur, Ranunculus auricomus, Salvia pratensis, Sanicula europaea, Scrophularia nodosa, Sonchus arvensis, Sorbus torminalis, Stellaria graminea, S. holostea, Tilia cordata, Veronica chamaedrys, Viola reichenbachiana, V. sylvatica.

Fig. 1. Relative share of Pseudotsuga menziesii in the tree canopy of the cultural Norway spruce stands (DGSM) influences species richness in the herb layer: S(E1) = 13.06 + 4.17 DGSM (r = 0.360; p = 0.0003) Fig. 2. Relative share of Pseudotsuga menziesii in the tree canopy of the stands with beech (DGBK) influences species richness in the herb layer: S(E1) = 13.25 + 4.08 DGBK (r = 0.346; p = 0.0017) Nitrophilous species: Acer platanoides, A. pseudoplatanus, Agrostis capillaris, Ajuga reptans, Brachypodium sylvaticum, Cardamine impatiens, Circaea lutetiana, Cirsium vulgare, Corylus avellana, Dactylis glomerata, Digitalis grandiflora, Epilobium angustifolium, Festuca gigantea, Fragaria vesca, Frangula alnus, Fraxinus excelsior, Galeopsis pubescens, G. tetrahit, Holcus lanatus, Hordelymus europaeus, Impatiens noli-tangere, Lamium maculatum, Lysimachia nummularia, L. vulgaris, Mercurialis perennis, Moehringia trinervia, Myosotis sylvatica, Paris quadrifolia, Poa trivialis, Pulmonaria obscura, Ranunculus lanuginosus, R. repens, Rosa canina, Stachys sylvatica, Torilis japonica, Ulmus glabra.

Nitrophilous-to-ruderal species: Aegopodium podagraria, Alliaria petiolata, Arrhenatherum elatius, Atropa bella-donna, Conium maculatum, Convolvulus arvensis, Galeopsis speciosa, Galium aparine, Geranium robertianum, Geum urbanum, Glechoma hederacea, Grossularia uva-crispa, Humulus lupulus, Chaerophyllum temulum, Chelidonium majus, Impatiens parviflora, Mycelis muralis, Rubus fruticosus agg., R. idaeus, Rumex acetosella, R. conglomeratus, R.

obtusifolius, Sambucus nigra, Solanum dulcamara, Stellaria media, Urtica dioica.

Indifferent species: Abies alba, Betula pendula, Carex brizoides, C. remota, Carpinus betulus, Deschampsia caespitosa, Euphorbia cyparissias, Fagus sylvatica, Juncus conglomeratus, J. effusus, Larix decidua, Maianthemum bifolium, Oxalis acetosella, Pinus sylvestris, Populus tremula, Prunus avium, Pseudotsuga menziesii, Quercus petraea agg., Q. rubra, Salix caprea, Senecio sylvaticus, Sorbus aucuparia, Stellaria nemorum.

Table 1 - Pairs of the parallel plots according to the distances in the pairs. Significance of the one-way ANOVA test among three compared groups of the plots is marked by probability (p).

Number of plot pairs Group of parallel plots with Quercus sp. Fagus sylvatica Picea abies ANOVA, p 73.6±10.8 67.8±11.5 67.7±14.6 0.115 Jaccard's distance [%] 36.3±15.1 26.2±9.5 32.9±18.8 0.142 Euclidean distance [%]

–  –  –

Table 3 - Species diversity and equitability of understory (herb layer) according to groups of dominant tree species. N - number of relevs, Min – minimal value, Avg – mean, Max – maximal value, Std – standard deviation

–  –  –

Table 4. Statistically significant correlation (Pearson’s correlation coefficient) among different parameters of observed communities (significant on level = 5%)

–  –  –

References

1. Adams W.T., Hobbs S., Johnson N. Intensively managed forest plantations in the Pacific Northwestern Journal of Forestry, 2005(a), 103, pp. 59-60.

2. Adams W.T., Hobbs S., Johnson N. Intensively managed forest plantations in the Pacific Northwes: Conclusions. Journal of Forestry, 2005(b), 103, pp. 99-100.

3. Anonymous. The tallest Douglas in Germany grows in Black Forest. 2012. Available at http://purnatur.com/knowledge/douglas-fir.html

4. Augusto L., Ranger J., Binkley D., Rothe A. Impact of several common tree species of European temperate forests on soil fertility. Annals of Forest Science, 2002, 59, pp. 233-253

5. Budde S. Auswirkungen des Douglasienanbaus auf die Bodenvegetation im nordwestdeutschen Tiefland. Faculty of Forest Sciences and Forest Ecology, Georg-August-Universitt Gttingen, Cuvillier Verlag, Gttingen, 2006, 146 p.

6. Cools N., Vesterdal L., De Vos B., Vanguelova E., Hansen K. Tree species is the major factor explaining C:N ratios in European forest soils. Forest Ecology and Management, 2014, 311, pp. 3-16.

7. Edmonds R.L., Hsiang T. Forest floor and soil influence on respose of Douglas-fir to urea. Soil Science American Journal, 1987, 51, pp. 1332-1337.

8. Eilmann B., Rigling A. Douglas fir a substitute species for Scots pine in dry inner Alpine valleys? W: Opportunities and risks for Douglas fir in a changing climate. Oct. 1820, 2010 Freiburg, Berichte Freiburger Forstliche Forschung, Freiburg, 2010, 85, p. 11.

9. Ferron J.L., Douglas F. (2010): Douglas-fir in France: history, recent, economic development, overviews for the future. Berichte Freiburger Forstliche Forschung, Freiburg, 2010, 85, pp 11-13.

10. Gholz H.L., Hawk G.M., Campbell A, Cromack K. Jr. Early vegetation recover and element cycles on a clear-cut watershed in western Oregon. Canadian Journal of Forestry Research, 1985, 15, pp.

400-409.

11. Harrison R., Xue D., Henry Ch., Cole D.W. Long-term effects of heavy applications of biosolids on organic matter and nutrient content od a coarse-textured forest soil. Forest Ecology and Management, 1994, 66, pp. 165-177.

12. Henry C.L. Growth response, mortality, and foliar nitrogen concetration of four tree species treated with pulp and paper and minicipal sludges. In: Cole D.W., Henry C.L., Nutter W.L. (Eds.), The forest alternativ efor traetment and utilization of municipal and industrial wastes. University of Washington Press, 1986, 56, pp. 258-265.

13. Hormann P.S., Bormann B.T, Boyle J.R. Detecting treatment differences in soil carbon and nitrogen resulting from forest manipulations. Soil Science American Journal, 2001, 52, pp. 463-469

14. Isaac-Renton M. Where should Europe source Douglas-fir seeds from? 2013, Available at http://ualberta.ca/~isaacren/index.html

15. Jussy J.H., Ranger J., Bienaime S., Dambrine E. Effect of clear-cut on the in situ nitrogen mineralisation and the nitrogen cycle in a 67-year-old Douglas-fir (Pseudotsuga menziesii (Mirb.) Franco) plantation. Annals of Forest Science, 2004, 61, pp. 397-408.

16. Kantor P. Production potential of Douglas fir at mesotrophic sites of Ktiny Training Forest Enterprise. Journal of Forest Science, 2008, 54, 7, pp. 321332.

17. Kantor P., Knott R., Martink A. Production capacity of Douglas fir (Pseudotsuga menziesii [Mirb.] Franco) in a mixed stand. Ekolgia (Bratislava), 2001(a), 20 (Supplement 1), pp. 514.

18. Kantor P., Knott R., Martink A. Production potential and ecological stability of mixed forest stands in uplands – III. A single tree mixed stand with Douglas fir on a eutrophic site of the Ktiny Training Forest Enterprise. Journal of Forest Science, 2001(b), 47, 2, pp. 4559.

19. Kantor P., Mare R. 2009. Production potential of Douglas fir in acid sites of Hrky Training Forest District, Secondary Forestry School in Psek. Journal of Forest Science, 2009, 55, 7, pp. 312322.

20. Kantor, P., Martink, A. Douglaska tisolist na kolnm lesnm podniku Ktiny. [Douglas-fir in Mendel university forest at Krtiny], Lesnick prce [Forestry work], 2002, 81, 5, pp. 210-212.

21. Kubt K., Hrouda J., Chretek J. Jr., Kaplan Z., Kirchner J., tpnek J. (eds.) Kl ke kvten esk republiky. Academia, Praha, 2002, 927 p.

22. Leitl R. Artenvielfalt und Bestandesform am Beispiel der Bodenvegetation. LWF-Bericht, 2001, 33, pp. 9-13.

23. Magurran A. E. Measuring biological diversity. Blackwell Publishing, Malden, 2004, 256 p.

24. Mareschal L., Turpault M-P., Bonnaud P. Relationship between the weathering of clay minerals and the nitrification rate: a rapid tree species effect. Biogeochemistry, 2013, 112, pp. 293-309.

25. Martink A. Possibilities of growing Douglas fir (Pseudotsuga menziesii /Mirb./ Franco) in the conception of sustainable forest management. Ekolgia (Bratislava), 2003, 22, (Supplement 3), pp.

136146.

26. Martink A., Kantor P. 2007. Branches and the assimilatory apparatus of fullgrown trees of Douglas fir (Pseudotsuga menziesii /Mirb./ Franco) of a different coenotic position. Ekolgia (Bratislava), 2007, 26, 3, pp. 223239.

27. Matjka K. Npovda k programu DBreleve.[DBreleve program help.], 2009, Available at http://www.infodatasys.cz/software/hlp_dbreleve/dbreleve.htm

28. McCune B., Grace J.B. Analysis of ecological communities. - MjM Software Design, Gleneden Beach, Oregon., 2002, 87 pp.

29. Menk L., Kulhav J., Kantor P., Reme M. Humus conditions of stands with the different proportion of Douglas-fir in training forest district Hrky and the Ktiny Forest Training Enterprise.

Journal of Forest Sciences, 2009, 55, 8, pp. 345356.

30. Nadezhdina, N., Urban, J., ermk, J., Nadezhdin, V., Kanor, P. Comparative study of longterm water uptake of Norway spruce and Douglas-fir in Moravian upland. Journal of Hydrology and Hydromechanics, 2014, 62, 1, pp. 1–6.

31. Podrzsk V., Reme J., Liao Ch. Y. Vliv douglasky tisolist (Pseudotsuga menziesii (Mirb./Franco) na stav humusovch forem lesnch pd srovnn se smrkem ztepilm. [Influence of Douglas-fir (Pseudotsuga menziesii (Mirb./Franco) on stage of humus forms of forest soils - comparison with Norway spruce. Zprvy lesnickho vzkumu [Reports of Forestry Research], 2002, 46, 2, pp.

8689.

32. Podrzsk V., Reme J., Hart V., Moser W. K. Production and humus form development in forest stands established on agricultural lands Kostelec nad ernmi lesy region. Journal of Forest Science, 2009, 55, 7, pp. 299305.

33. Podrzsk V., Reme J. Production and environmental functios of Douglas-fir on the School Training Forest Kostelec nad ernmi lesy territory. In: Opportunities and risks for Douglas fir in a changing climate. Oct. 18-20, 2010 Freiburg, Berichte Freiburger Forstliche Forschung, Freiburg, 2010, 85, p. 64.

34. Podrzsk V., Viewegh J., Matjka K. Vliv douglasky na rostlinn spoleenstva les ve srovnn s jinmi devinami. [Influence of Douglas fir on forest plant communities in comparison with other tree species]. Zprvy lesnickho vzkumu, [Report of Forestry Research], 2011, 56 (Special Issue), pp 44-51.

35. Reme J., Pulkrab K., Tauchman P. Produkce a ekonomick potencil douglasky tisolist na nkterch plochch LP Kostelec n..l.. [Production and economic potential of Douglas fir on some plots of University Forest in Kostelec n..l.] In: Aktuality v pstovn mn astch devin v esk republice. Sbornk refert konference v Kostelci n..l. 21. 10. 2011,, [News in growing less frequent tree species in the Czech Republic. Proceedings of the Conference at Kostelec n C.L.], ZU, Praha, 2011, pp. 68-69.

36. Schmid M., Pautasso M., Holdenrieder O. Ecological consequences of Douglas fir (Pseudotsuga menziesii) cultivation in Europe. European Journal of Forest Research, 2014, 133, pp. 13Shannon C.E. The Mathematical Theory of Communication. The Bell System Technical Journal, 1948, 27, pp. 379-423 and 623-656.

38. krek J., Tich Z. Zklady aplikovan matematiky III. [Fundamentals of Applied Mathematics III.], SNTL, Praha, 1990, 853 p.

39. Thiel A.L., Perakis S.S. Nitrogen dynamics across silvicultural canopy gaps in young forests of western Oregon. Forest Ecology and Management, 2009, 258, pp. 273-287.

40. Urban J., ermk J., Nadyezhdina N., Kantor P. Growth and transpiration of the Norway spruce and Douglas fir at two contrasting sites. W: Water issues in dryland forestry. 1st ed. Sede Boqer, Israel: Ben Gurion University, 2009, p. 47.

41. Urban, J., ermk, J., Kantor, P. Srovnn radilnho prstu a transpirace douglasky tisolist a smrku ztepilho. [Comparison of radial inkrement and transpiration of Douglas-fir and Norway spruce.] In: Aktuality v pstovn mn astch devin v esk republice. Sbornk refert konference v Kostelci n..l. 21. 10. 2011, [News in growing less frequent tree species in the Czech Republic.

Proceedings of the Conference at Kostelec n C.L.], ZU, Praha, 2011, pp. 7781.

42. URL 1. Monumental trees. Available at http://www.monumentaltrees.com/en/europecoastdouglasfir/

43. Viewegh J. Czech Forest (Site) Ecosystem Classification. Czech University of Life Sciences Prague., 2003, Available at http://fld.czu.cz/docs/forestry_classification.pdf

44. Viewegh J., Podrzsk V., Matjka K. Charakterystyka rolinnoci runa ksztatujcej si pod drzewostanami daglezjowymi (Pseudotsuga menziesii (Mirb.) Franco.) w lasach gospodarczych Czech.

[Characteristic of forest floor developed under Douglas fir (Pseudotsuga menziesii (Mirb.) Franco) tree stands in Czechia commercial forest]. Sylwan, 2014, 158, 4, pp. 277-284.

–  –  –

Иркутский государственный аграрный университет им. А.А Ежевского, г. Иркутск, Россия Одним из проявлений нанесенного вреда окружающей среде от хозяйственной деятельности Байкальского целлюлозно-бумажного комбината (БЦБК) являются полигоны по захоронению промышленных отходов комбината. В данной работе рассмотрена количественная оценка нарушенных земель, в результате деятельности БЦБК. Суммарный накопленный объем отходов превышает 6,2 млн. тонн это шлам-лигнин и активный ил, эти отходы 47 лет складировались в картах – накопителях, занимая 360 га уникальной байкальской земли. По проведенным исследованиям получена общая площадь нарушенных земель.

Ключевые слова: Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат, нарушенные земли, шлам-лигнин, карты-накопители, активный ил.

–  –  –

One manifestation of harm to the environment from economic activities of the Baikal Pulp and Paper Mill (BPPM) are landfills for the disposal of industrial waste plant. In this paper we consider the quantitative assessment of disturbed lands, as a result of BPPM. The total accumulated volume of waste exceeds 6.2 mln. Tons of this sludge, lignin and activated sludge waste those 47 years were stored in the cards - drives, occupying 360 hectares of land unique Baikal. According to studies, a general area of disturbed lands.

Key words: Baikal Pulp and Paper Mill, disturbed land, sludge lignin, maps drives,activated sludge.

Уникальная экологическая система озера Байкал является национальным достоянием России и объектом всемирного природного наследия. Байкальская природная территория обладает существенным рекреационным потенциалом.

Вместе с тем существует целый ряд негативных антропогенных факторов, существенно влияющих на состояние экосистем Байкала и Байкальской природной территории. В первую очередь это влияние пост деятельности Байкальского целлюлозно-бумажного комбината.

Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат (БЦБК) запущен в работу в 1966 г. Его строительство было обусловлено острой потребностью отечественной промышленности в высококачественной сверхпрочной кордной целлюлозе, применяемой, в частности, в оборонной промышленности в количестве до 200 тысяч тонн в год. Технология производства кордной целлюлозы в это время предусматривала использование большого количества чистой, слабоминерализованный воды, чем и объяснялся выбор местоположения комбината.

БЦБК проработал 47 лет, 30 декабря 2012 года работа комбината была временно приостановлена в связи с нехваткой сырья. С 13 сентября 2013 года остановлено основное производство (варка целлюлозы) официально комбинат прекратил свою работу 25 декабря 2013 года.

С закрытием БЦБК и его консервацией остро стоит вопрос с отходами этого производства, которые 47 лет накапливались и хранятся на побережье оз.

Байкал. Суммарный накопленный объем отходов превышает 6,2 млн. тонн это шлам-лигнин и активный ил. Жидкие составляющие отходов дренируют в подземные воды, и загрязняющие вещества попадают в оз. Байкал в заметных объемах. На рисунке 1 показано образование отходов на ОАО «Байкальский ЦБК» в 2003-2012 гг. [1].

Рисунок 1 - Образование отходов на ОАО “Байкальский ЦБК” в 2003-2012 гг., т

Целлюлозно-бумажная промышленность является водоемкой, энергоемкой и характеризуется огромными отходами производства, основным из которых является шлам-лигнин и активный ил [2].Как при сульфатной переработке древесины, так и при гидролизной переработке древесно-растительного сырья образуется многотоннажный отход - лигнин, который вследствие специфики строения относится к числу трудно-окисляющихся органических соединений и по своему строению и реакциям взаимодействия значительно отличается от природного лигнина.

Вторым по количеству отходов является активный ил, который образуется при очистке сточных вод в аэрационном бассейне - аэротанке и очищающий сточные воды. Активный ил создаётся из взвешенных в сточной жидкости частиц, не задержанных первичным отстойником, и адсорбируемых коллоидных веществ с размножающимися на них микроорганизмами (бактериями, простейшими, водорослями и др.). Активный ил значительно ускоряет процессы окисления и очистки сточных вод в результате поглощения его частицами органических веществ и бактерий. Микробы сточной жидкости, в том числе и болезнетворные, адсорбируются активным илом и погибают или становятся активными агентами ила.

Для утилизации этих отходов, начиная с 1966 года, начали сооружаться карты-осадконакопителей. На Солзанской площадке располагаются картыосадконакопители №1-10. Карты №1-7 расположены между пос. Солзан и р.

Большая Осиновка к югу от автотрассы Иркутск - Улан-Удэ (табл. 1). Эти карты заполнены шламлигнином и выведены из схемы эксплуатации (1975гг.). Уровень атмосферных вод в картах постоянно поддерживается путем сброса по системе отбора осветленной воды. Ранее осветленные воды с карт осадконакопителей сбрасывались в пруд-аэратор. Эти карты использовались поочередно в качестве карт осадконакопителей и отстойных карт.

Таблица 1 –Характеристика карт №№ 1-7 № Год ввода в Длина, Ширина ср., м Площадь водяного Объем по зеркала, м2 проекту, м3 карты эксплуатацию м

–  –  –

Карта №11 – промежуточный шламоотвал. Место ее расположения промплощадка АО "БЦБК" выше предприятия "Байкалконструкция". Действует с 1985 г. по настоящее время. Состав отходов: зола каменоугольная, шлам известковый, зола корьевая, зола шламлигнина.

В 1986 году закончено строительство Бабхинского осадконакопителя и транспортных трубопроводов к нему и начато заполнение его осадком. В связи со строительством нового накопителя ликвидирован обширный массив молодого плодоносящего леса хвойных и лиственных пород с ягодниками и ареалом белых грибов вблизи поселка Утулик, чем нанесен местному населению ощутимый экологический и хозяйственный ущерб.

В 1986 году начато захоронение Бабхинского осадконакопителя древесной корой и грунтом, а также бытовым и промышленным мусором. На свалку, таким образом, попадают известь, щелочной шлам из цеха регенерации извести, разбитые щелочные и кислотные аккумуляторы, бочки с химикатами и органические отходы. В результате создаются условия для дополнительного загрязнения осветленных вод, собирающихся в чаше накопителя-свалки. Эти воды должны откачиваться на очистные сооружения, но не откачивались.

Место расположения Бабхинских карт - 0,5 км от автодороги Иркутск Улан-Удэ между реками Бабха и Утулик. Состав отходов: зола каменоугольная, шлам известковый, зола корьевая, зола шламлигнина, шламлигнин, мусор строительный и бытовой. Карта №12 выведена из схемы эксплуатации и в настоящее время используется под складирование твердых бытовых отходов и строительного мусора.

На Бабхинской площадке имеются три карты: №12-14. Характеристики их представлены в таблице 3.

Таблица 3 - Характеристика карт № 12, 13 и 14 Площадь карт, м2 № карты Год ввода в эксплуатацию Кроме этих карт имеется пруд-отстойник №1 объем 80000 м3, прудотстойник №2 - 114000 м3, пруд-аэратор - 60000 м3, которые расположены непосредственно на побережье оз. Байкал.

На полигонах “Солзанский” и “Бабхинский” долгие годы накапливались различные типы отходов производства и потребления БЦБК. Помимо шламлигнина на полигоны сбрасывались: золошлаки от сжигания углей, коросодержащие отходы, твердые бытовыеотходы и строительные отходы. В состав шлам-лигнина входят хлорорганические, полиароматические соединения и другие токсиканты [3].

По оценке земель, проведенных нами, площадь одних карт составляет 360 га, при учете изъятия земель под технические работы, связанные со строительством карт (отвалы, прокладка трубопровода и пр.), то нарушенные земли составят 32 км2.

Список литературы

1. Государственный доклад “О состоянии озера Байкал и мерах по его охране в 2011 году”. – Иркутск: Сибирский филиал ФГУНПП “Росгеолфонд”, 2012. – 413 с.

2. Грачев М.А. Влияние производства сульфатной целлюлозы на окружающую среду / М.

А. Грачев, Т. К. Попова. - Препр. - Новосибирск: СО АН СССР, 1987. - 61 с.

3. Новикова Л.Н. Трансформация и токсичность лигнинных веществ сточных вод сульфатцеллюлозных производств / Л.Н.Новикова, А.Р. Рудых, Д.И. Стом, Э.И Чупка – Иркутск: Изд-во ИГУ, 1994. – 176 с.

–  –  –

During the period 2009-2012, in the Study, experimental and implementation base of the Department of Plant growing of the Agricultural University – Plovdiv a field experiment is carried out that explores the influence of some natural organic products: X-80 (800 ml/ha); T-100 (2500 ml/ha); Hml/ha); H-40 (500 ml/ha); XH-100 (1000 ml/ha); XH-100 (1200 ml/ha); TH-140 (2500 ml/ha);

TH-140 (2800 ml/ha) on the productivity of the Durum wheat variety Progress. The experiment includes one untreated control plot. The treatment is done in the phase of tillering. The experiment is performed after predecessor sunflower, according to the block method, repeated four times, with dimensions of the land plot 10m2.

As a result of the conducted experiment, the following is found out:

The tested natural products have positive influence on the productivity of the Durum wheat Progress.

The highest grain yield obtained from the Durum wheat Progress is achieved in the variant treated in the phase of tillering with the organic product XH-100 (1000 ml/ha), in which the increase of the productivity averagely for the three-year period is with 400 kg/ha (11.4 %) more than the untreated control. Next follow the variants sprayed with XH-100 (1200 ml/ha) averagely for the experimental period with 330 kg/ha (9.4 %); TH-140 (2800 ml/ha) with 250 kg/ha (7.1 %); TH-140 (2500 ml/ha) with 200 kg/ha (5.7 %); H-40 (500 ml/ha) with 180 kg/ha (5.1 %); H-40 (300 ml/ha) with 140 kg/ha (4.0 %); X-80 (800 ml/ha) with 120 kg/ha (3.4 %) and Т-100 (2500 ml/ha) with 90 kg/ha more than the control.

The new natural organic products contribute for the higher values of the structural elements of the yield, such as: number of wheat-ears, number of grains and grain weight in one plant.

Key words: Durum wheat, natural organic products, productivity

–  –  –

В период 2009-2012 гг. на Учебно-экспериментальной и практической базы кафедры Растениеводства при Аграрного университета Пловдива провели полевой эксперимент о влияние некоторых органических продуктов X-80 (800 ml/ha); T-100 (2500 ml/ha); H-40 (300 ml/ha); H-40 (500 ml/ha); XH-100 (1000 ml/ha); XH-100 (1200 ml/ha); TH-140 (2500 ml/ha); TH-140 (2800 ml/ha) на продуктивность твердой пшеницы сорта “Прогресс”. Для контроля использовали нетретированный вариант. Третирования сделано в фазе кущения. Эксперимент заложен после предшественника подсолнечник, блочным методом с размером урожайной площадьи 10 m2. В результате эксперимента установили: использованные натуральные органические продукты оказали положительное влияние на продуктивности твердой пшеницы сорта “Прогресс”. Наибольшой урожайности твердой пшеницы сорта “Прогресс” показал вариант третирования во фазы кущения с органическим продуктом XH-100 (1000 ml/ha), у которого повышения продуктивности в среднем за трех-летнии период составляет 400 kg/ha (11.4 %) в сравнение с нетретированного варианта (контроль). Затем следуют варианты третирования с XH-100 (1200 ml/ha) - повышения в среднем с 330 кг/га (9.4 %); TH-140 (2800 ml/ha) - повышения в среднем с 250 кг/га (7.1 %); TH-140 (2500 ml/ha) - повышения в среднем с 200 кг/га (5.7 %); H-40 (500 ml/ha) - повышения в среднем с 180 кг/га (5.1 %); H-40 (300 ml/ha) – повышения в среднем с 140 кг/га (4.0 %); X-80 (800 ml/ha) - повышения в среднем с 120 кг/га (3.4 %) и Т-100 (2500 ml/ha) - повышения с 90 кг/га в сравнении с контрольного варианта.

Новые натуральные органические продукты способствовали на повышения и структурных элементов урожайности как число колосков, количестве зерен и масса зерна на одном растении.

Ключевые слова: твердая пшеница, натуральные органические продукты, продуктивность.

INTRODUCTION. With the acceptance of Bulgaria into the European Union we observe an upsurge of the production of Durum wheat. The lands sown with hard wheat here in Bulgaria in the last several years reach up to 180 000 da, while the harvested yield from one decare is with 15% to 25% lower than the ordinary wheat.

The positive influence of the use of biologically active substances to increase the productive capacity of a number of grain cultures is proven in experiments performed abroad (Petr, 2005; Wolber, Seemann, 2006) and in our country as well (Delibeltova et al., 2011). Scientific literature presents data about preparations that increase the resistance of the plants towards various stress factors such as high and low temperatures (Delchev et al., 2011).

In this survey we set ourselves the objective to find out what the influence is of new natural organic products on the productivity of Durum wheat.

MATERIAL AND METHODS. In the Study, experimental and implementation base of the Department of Plant growing of the Agricultural University – Plovdiv a field experiment is carried out during the period 2009-2012, which explores the influence of the following natural organic products: X-80 (800 ml/ha); T-100 (2500 ml/ha); H-40 (300 ml/ha); H-40 (500 ml/ha); XH-100 (1000 ml/ha); XH-100 (1200 ml/ha); TH-140 (2500 ml/ha); TH-140 (2800 ml/ha) on the productivity of Durum wheat variety Progress. The experiment includes also an untreated control plot. The treatment is performed in the phase of tillering. The experiment is performed after a predecessor sunflower, according to the block method, repeated four times, with dimensions of the cultivated land plot - 15 m2. The sowing of the Durum wheat is done within the optimal period, i.e. from 20.10 to 05.11, with sowing rate 450 germinating seeds/m2 and mineral fertilization with 120 kg/ha nitrogen and 80 kg/ha phosphorus, where the entire quantity of phosphor fertilizer and 1/3 of the nitrogen fertilizer are inserted before sowing, while early in the spring the remaining quantity of the nitrogen fertilizer is inserted as a nutrition.

All elements are observed of the established technology for growing Durum wheat.

The structural elements of the productivity are reported, namely: number of small ears in the wheat-ear, number of grains in the wheat-ear, weight of the grains in one wheat-ear, and grain yield. The achieved values are processed mathematically according to the method of the dispersion analysis.

RESULTS AND DISCUSSION. The rainfall quantity during the vegetation period of the Durum wheat is as follows: year 2009/2010 – 458.1 mm, 2010/2011 г.

– 388.5 mm and 2011/2012 г. – 517.4 mm, while for the thirty-year period this amount is 419,0 mm. Among the three experimental years favourable for the growth and development of the Durum wheat, with good distribution of rainfalls is the harvest year 2011, which gives the highest yields of grain for all variants.

Unfavourable for the development of the plants is the third year 2011/2012 due to the drought in the months of March and April, when the structural elements of the yield are formed. During the blooming phase of the same year we observe abnormal pollinations of the blossoms as a result of the heavy rainfalls reaching 160.8 mm during the month of May. The harvest year 2010 is positioned in-between the other two years of the experiment.

Due to the common tendency of the data during the three-year experimental period, Figure 1 shows the obtained average values of the measured biometrical indicators. The tested natural organic products influence positively for the increase of the values of the reported structural elements of the yield – number of wheat-ears, number of grains and weight of the grains in one wheat-ear.

The largest number of wheat-ears, number of grains and weight of the grains in one wheat-ear is achieved in the variant treated with the organic product XH-100, with a dosage of 1000 ml/ha respectively with 2.4 pieces; 5.7 pieces and 0.2 g more than the untreated control crops. On the second place is positioned the variant sprayed with the same preparation, but with dosage 1200 ml/ha. The smallest increase in the values of the structural elements of the yield is achieved under the influence of the tested organic product Т-100 with dosage (2500 ml/ha), where there are formed 0.5 numbers of wheat-ears, 1.6 number of grains and 0.03 g grain weight more than the control crop, which is an insignificant increase under the influence of this preparation.

Table 1 shows the data about the obtained yield for the different years and averagely for the period. The increase of the productivity of the Durum wheat variety Progress is most significant when it is treated in the phase of tillering with the organic product XH-100 (1000 ml/ha). For the different years the increase of the yield of grains for this variant varies from 340 kg/ha for the year 2010 to 460 kg/ha in the year 2011 or averagely for the three-year period of the experiment with 400 kg/ha (11.4 %) more than the untreated control crops. Next follow the variants sprayed with XH-100 (1200 ml/ha) averagely for the experimental period with 330 kg/ha (9.4 %); TH-140 (2800 ml/ha) with 250 kg/ha (7.1 %); TH-140 (2500 ml/ha) with 200 kg/ha (5.7 %); H-40 (500 ml/ha) with 180 kg/ha (5.1 %); H-40 (300 ml/ha) with 140 kg/ha (4.0 %); X-80 (800 ml/ha) with 120 kg/ha (3.4 %) and Т-100 (2500 ml/ha) with 90 kg/ha more than the control crops.

–  –  –

References

1. Делибалтова В. Влияние на някои растежни регулатори върху елементите на продуктивност и добива на зерно при царевица (Zea mays L.). / В. Делибалтова, Т. Колев, Д.

Ненкова // Растениевъдни науки. - 2009. - № 46:3. - С. 274-277.

2. Делчев Г. Ефект на антитранспиранта Полигард К при твърдата пшеница / Делчев Г., Т. Колев // Растениевъдни науки. - 2001. - № 38:1. -С. 10-13.

3. Delchev G., Kolev, T., Nenkova D. Impact of some mixtures between stimulators and antigrass herbicides on the sowing properties of the durum wheat sowing-seeds, JCEA, 2011.- 12 (3). - p. 398 – 408.

4. Колев Т. Изпитване на нови биологично активни вещества при тритикале / Т. Колев, Ж. Тодоров, Д. Ненкова // Растениевъдни науки, 2011. - № 48:5. - С. 491-494.

5. Petr J. Yield potential of rye and population varieties in ecological and intensive cultivation. Scientia Agriculturae Bohemica. - 2005.- 36 (2). P. 41-48.

6. Wolber D. Use of growth regulators in cereals in 2006/D. Wolber, E. Seemann Getreide Magazin. - 2006. - (1). P. 22-29.

–  –  –

The experiment is performed in the Study, experimental and implementation base of the Agricultural University of Plovdiv, according to the block method, repeated four times, with dimensions of the harvested land plot 15 m2, during the period 2008 – 2011. The following new Bulgarian varieties of Durum wheat are tested, which have been selected in the Institute of field agricultural plants in the town Chirpan, namely: Victoria, Zvezditsa, Predel, and Deyana, in order to find out their productive capacity. The variety Progress is used as a standard. As a result of the performed experiment, it is found out that: The productivity of the new Bulgarian varieties of Durum wheat is higher than that of the standard variety Progress. The grain yield by variety Deyana is with 440 kg/ha (12.8%), by variety Predel with 380 kg/ha, by variety Zvezditsa with 340 kg/ha, and by variety Victoria with 280 kg/ha more than variety Progress. The plants of the new varieties of Durum wheat form larger number of grains with bigger weight of the grains in the wheat-ear compared to the standard. With regards to the weight of 1000 grains, the highest values are registered for variety Zvezditsa 52.4 g, followed by standard Progress with 51.9 g. The other varieties have lower weight of 1000 grains compared to the standard. Regarding the indicator hectoliter weight there are no significant differences between the standard and the tested varieties.

Key words: Bulgarian varieties of Durum wheat, productivity

–  –  –

Эксперимент заложен на Учебно-экспериментальной и практической базе Аграрного университета Пловдива в периода 2008-2011 гг. блочным методом с размером урожайной площадьи 15 m2. Использовали четыре новые болгарские сорта твердой пшеницы, селектированные в Институте полевых культур города Чирпана – “Виктория”, “Звездица”, “Предел” и “Деяна” с целью установления их продуктивных возможностях. Как стандарт использовали сорта “Прогресс”. В результате эксперимента доказали что: продуктивность новых болгарских сортов твердой пшеницы более высокой по сравнению со стандартом – сорта “Прогресс”. Урожайность зерна сорта “Деяна” - с 440 кг/га (12.8%), сорта “Предел” - с 380 кг/га, сорта “Звездица” - с 340 кг/га, сорта “Виктория” - с 280 кг/га выше по сравнению со стандартом - сорта “Прогресс”. Растения новых сортов твердой пшеницы формировали больше числа зерен с более высокого веса зерна в колосков в сравении со стандартом. По отношению к массы 1000 зерен самые высокие оказались у сорта “Звездица” 52.4 г, а потом у стандарта - сорта “Прогрес” (51.9 г). Остальные сорта показали более нискую массу 1000 зерен в сравнении со стандартом. По отношению показателя хектолитровой массы не установили значительные различия между стандарта и исспитываемые сорта.

Ключевые слова: болгарские сорта твердей пшеницы, продуктивность INTRODUCTION. The increase of the productivity and quality of the Durum wheat grains is a result of the interaction of a complex of factors including the variety, the ecological conditions and the technology of growing [2, 3, 5]. The optimization of these factors leads to the achievement of high results in the production of Durum wheat [9].

Every variety with its genetic capacity is an effective mean for increasing the yield and grain quality [4, 7, 8]. By growing suitable for a certain region varieties we can reduce the negative impact of ecological conditions [1].

The objective of the performed experiment is to find out the productive capacity of new Bulgarian varieties of Durum wheat in the conditions of Central Southern Bulgaria.

MATERIAL AND METHODS. The experiment is conducted in the Study, experimental and implementation base of the Agricultural University of Plovdiv, according to the block method, repeated four times, and with dimensions of the cultivated land - 15 m2, on alluvial-and-meadow soil (Molic Fluvisols according to FAO), which is characterized with average sandy and clayish mechanical composition, humus content 1-2 %, рН 7.7, carbonate content up to 7.4 %. The content of the main nutritional elements in the soil layer 0-20 cm is the following: N

– 15.6 mg/1000 g, P2O5 - 32 mg/100 g, K2O - 47 mg/100 g [6].

The following new Bulgarian varieties of hard wheat are tested, which have been selected in the Institute of field agricultural plants in the town Chirpan: Victoria, Zvezditsa, Predel, and Deyana. Variety Progress is used as a standard. The growing of the Durum wheat is done according to the generally accepted technology [8].

The plants are sown within the optimal period, i.e. from 20.X. to 10.XI., and with applied fertilization 80 kg/ha P2O5 and 120 kg/ha N, which is done in the following way: before sowing – the entire quantity of phosphorous fertilizer and 1/3 of the nitrogenous fertilizer, while early in the spring – the remaining part of the nitrogenous fertilizer as a nutrition.

The following indicators are registered: height of the plants (cm); length of the wheat-ear (cm); number of small ears in the wheat-ear (pieces); number of grains in the wheat-ear (pieces); weight of the grains in the wheat-ear (g); weight of 1000 grains (g); hectoliter (specific) weight (kg); grain yield (t/ha). The physical characteristics of the grains are determined according to the methodology specified in the Bulgarian National Standard – BDS.

The mathematical processing of the obtained values about the yield is done according to the method of the dispersion analysis.

RESULTS AND DISCUSSION. During the experimental period more significant deviations are observed in the quantity of rainfalls for the different years, as well as during the critical phases of the vegetation of the Durum wheat, compared to the thirty-year period. The quantity of rainfalls from sowing to harvesting (X-VI) of the hard wheat is as follows: 2008/2009 – 369.7 mm; 2009/2010 – 458.1 mm, and 2010/2011 г. – 388.5 mm; while this value for the long-term period is 419.0 mm.

The distribution of the precipitation during the vegetation period is most beneficial for the development of the Durum wheat during the third experimental year. The registered quantity of rainfalls during the harvest 2009 for the months April, May and June was less respectively with 19.5 mm, 30.1 mm and 28.2 mm, compared to the long-term period. Due to the less rainfalls accompanied by higher temperatures compared to the normal for the month of May, the normal blossoming was hindered, as well as the normal pollination and formation of the grains in the wheat-ear. These climatic characteristics during the harvest 2009 played a negative effect on the grain yield of the Durum wheat for all tested varieties.

The analysis of the meteorological data during the critical periods of the development of this agricultural crop allows us to characterize the experimental years as follows: first one – dry; second – averagely dry; and third one – normal.

Table 1 presents the average data for the obtained values based on the biometrical observations of some of the structural elements of the yield and the physical characteristics of the grain.

The tested new varieties of Durum wheat have shorter stems of the plants from

3.3 cm for variety Deyana to 9.0 cm for variety Predel, compared to the wheat variety Progress. Variety Zvezditsa is characterized with the longest wheat-ear, which exceeds the standard with 0.14 cm. For the other tested varieties the length of the wheat-ear is less compared to Progress; variety Victoria is characterized with the shortest wheat-ears.

In each wheat-ear of the tested new varieties there are formed averagely from

23.6 small ears for Zvezditsa to 25.7 small ears for Deyana, whiles for the standard they are 23.0 pieces.

The wheat-ears of the newly selected varieties of hard wheat form larger number of grains: with 2,4 pieces for Victoria; with 3.1 pieces for Zvezditsa; with 4.3 pieces for Predel; and with 4.8 pieces for Deyana more that these formed by the variety Progress.

Regarding the indicator weight of the grains in the wheat-ear the tested varieties Deyana – 2.53 g, Predel – 2.48 g and Zvezditsa 2.44 g surpass the standard - 2.43 g.

Among the explored physical characteristics of the grain we observe more significant variation in the weight of 1000 grains. With regards to this indicator the highest values are registered for variety Zvezditsa 52.4 g, followed by the standard Progress with 51.9 g. The other varieties have less weight of 1000 grains compared to the standard. Regarding the indicator hectoliter (specific) weight there are no significant changes between the standard and the tested varieties.

The new varieties of Durum wheat surpass in productivity the standard variety Progress (Table 2). For the different years the highest grain yield is achieved during the normal in climatic aspect year 2011, followed by the yield of 2010. Due to the drought during the spring months of 2009, the productivity of all tested varieties is lower.

The data in Table 2 shows that averagely for the three-year experimental period the highest grain yield is achieved by variety Deyana. During the harvest year 2009 this variety gives 3.46 t/ha (15.0 %) grains, during 2010 – 3.87 t/ha (13.5 %), and during 2011 – 4.32 t/ha (11.1 %) or averagely for the experimental period 3.88 t/ha (12.8 %), while this figure for the standard Progress is 3.44 t/ha. The higher yields of grain for the different years varies from 430 kg/ha during the third year to 460 kg/ha during the second year, or averagely with 440 kg/ha more than the standard.

Averagely for the experimental period the varieties Predel, Zvezditsa and Victoria produce respectively 3.82 t/ha (11,0 %); 3.78 t/ha (9.9 %) and 3.72 t/ha (8.1 %), which means with 380 kg/ha, 340 kg/ha and 280 kg/ha more than variety Progress.

Table 1 - Biometrics data (mean of the period 2008 - 2011) Variety Indices Progress Victoria Zvezditsa Predel Deyna

–  –  –

CONCLUSIONS. The productivity of the new Bulgarian varieties Durum wheat is higher than the standard variety Progress. The grain yield by variety Deyana is with 440 kg/ha (12.8%); by variety Predel with 380 kg/ha, by variety Zvezditsa with 340 kg/ha, and by variety Victoria with 280 kg/ha more than variety Progress.

The plants of the new varieties Durum wheat form larger number of grains, with bigger weight of the grains in the wheat-ear, except for the variety Victoria.

Regarding the indicator weight of 1000 grains, the highest values are registered for variety Zvezditsa 52.4 g, followed by the standard Progress with 51.9 g. The other varieties have lower weight of 1000 grains compared to the standard. Regarding the indicator hectoliter weight there are no significant differences between the standard and the tested varieties.

References

1. Clarke J. et al. AC Navigator durum wheat. Canadian Journal of Plant Science. vol. 2000.

– 80. - № 2. - P.343-345.

2. Delibaltova V. Grain yield and quality of bread wheat varieties under the agroecological conditions of Dobroudja region/ V.Delibaltova, Н. Kirchev //Bulgarian Journal of Agricultural Science. - 2010. - 16, (N1). P. 17-21.

3. Kolev T. et all. Comparative testing of some Durum wheat varieties (Triticum durum Desf.)/T. Kolev //Plant science. - 2000. - 37:9. – P.762-764.

4. Kolev T. et all. Testing of some Durum wheat varieties on soil and climatic conditions in Plovdiv region/ T. Kolev// Plant science. - 2004. - 41:3. P. 244-247.

5. Kolev T. et all. Chemical composition and thechnological property of grain on fireign Durum wheat varieties/ T. Kolev // Plant science.- 2008. - 45:5. P. 398-402.

6. Popova R. Soil characteristic of experimental field of crop production department as a result of the cultivation of grain, technical and forage crops/ R. Popova, A. Sevov // Agricultural University – Plovdiv, Scientific worcs. - 2010. Vol. LV. - Book 1. P 151-156.

7. Yanev Sh. 2006. Achievements and prospects of Durum wheat breeding development. / Sh.Yanev Field Crops Studies, vol. III–2, 177-184.

8. Yanev Sh et all. Technology for the cultivation of Durum wheat/ Sh.Yanev// Publishing house “Temko”, St. Zagora. - 2008. - P. 67.

9. Yanev Sh.Comparative investigations on productivity and quality of Bulgarian and foreign Wheat varieties// Sh.Yanev, T. Kolev //Plant science. -2008. - 45:6. P.495-498.

УДК 631.417.2:631.879.4:546.161

ПОИСК ПРИЕМОВ РЕГУЛИРОВАНИЯ ПЛОДОРОДИЯ АГРОСЕРЫХ

ПОЧВ, ЗАГРЯЗНЕННЫХ ФТОРИДАМИ АЛЮМИНИЕВОГО

ПРОИЗВОДСТВА

–  –  –

Сибирский институт физиологии и биохимии растений Сибирского отделения Российской академии наук, г. Иркутск, Россия В полевом опыте изучено влияние вермикомпоста и торфа на состояние гумуса агросерой почвы, загрязненной фторидами алюминиевого производства. Показано усиление процессов гумификации за счет формирования устойчивых структур. В варианте с торфом процесс гумификации со временем ослабевал, а подвижность гумуса повышалась.

Вермикомпост характеризовался более эффективным последействием. Это проявлялось в стабилизации гумусного состояния почвы и в положительном влиянии на урожайность полевых культур.

Ключевые слова: вермикомпост, торф, гумусовые вещества, загрязнение пахотных почв фторидами, лесостепь Прибайкалья.

–  –  –

The effects of vermicompost and peat application on the humus status of the agrogray soil contaminated with fluorides of aluminum industry have been studied in the field experiment. It was showed that humification processes increased due to the formation of stable structures. Over time in the variant with peat application process of humification was lowered with increasing of the humus mobility. The application of vermicompost was characterized by more efficient aftereffect.

There were the stabilization of humus soil status and the positive impact on yields of field crops.

Key words: vermicompost, humic substances, pollution of agricultural soils fluorides, forest Baikal region.

В условиях, когда огромные площади наземных экосистем Байкальского региона подвергаются прессингу со стороны крупнейших промышленных предприятий, проблема деградации пахотных почв приобретает все большую остроту. Одним из серьезных источников загрязнения являются предприятия алюминиевой промышленности, в выбросах которых содержится довольно много токсических веществ, преимущественно фторидов. Известно, что накопление их в почве приводит к негативным изменениям их физических и химических свойств, включая усиление минерализации органического вещества и снижения плодородия [7]. Одним из перспективных способов его поддержания в условиях непрекращающегося загрязнения почв фторидами может быть применение органических удобрений. Основная роль, которых, заключается в накоплении запасов гумуса, новообразованных веществ и энергетического потенциала почв, что обусловлено наличием в их составе готовых гумусовых веществ [2]. Однако необходимо учитывать, что разные виды органических удобрений, поступающие в почву, вследствие их разнокачественной природы, могут отличаться по своему действию на характер трансформации органического вещества в почве.

Задача исследований – выявить влияние вермикомпоста и торфа на гумусное состояние загрязненных фторидами алюминиевого производства агросерых почв в год внесения удобрений и в последействие, а также оценить эффективность их использования в качестве ремедиантов.

Материалы и методы. Исследования проводили в мелкоделяночных полевых опытах (1997-2001гг.) на загрязненной агросерой среднесуглинистой почве, в которой содержание водорастворимых фторидов составляло 29 мг/кг, что соответствует 3 ПДК. Схема опыта: 1 - NРК (фон), 2 - Фон+вермикомпост, 3 – Фон+торф. В качестве минеральных удобрений (N60P60K60) использовали химически чистые соли. Вермикомпост и торф вносили в слой почвы 0-20 см только в первый год опыта из расчета 30 и 60 т/га, соответственно.

Используемый в эксперименте вермикомпост (биогумус; производство АО «Белореченское», Иркутская обл.), сырьем для которого был куриный помет, отличался высоким содержанием углерода и азота (соответственно 13 и 1.2%) и близким к почвенному гумусу групповым и фракционным составом [6].

Низинный торф также был местного происхождения и характеризовался средней степенью разложения, слабокислой реакцией. Содержание углерода – 25%, азота – 2.17%, при большом содержании гуминовых кислот, связанных с кальцием. Площадь делянок 1 м2, повторность 3-х кратная. В первый год высевали яровую пшеницу (норма 600 зерен на м2), а в последующие 3 года картофель (4 куста на м2). Почвенные образцы отбирали в период уборки урожая в первый год внесения удобрений и через четыре года (последействие).

Фракционно-групповой состав гумуса почвы определяли классическим методом Пономаревой - Плотниковой, учитывая одновременно содержание углерода и азота.

Результаты и их обсуждение. Исследуемая загрязненная почва отличалась низким содержанием гумуса 2.7%, общего азота 0.18, слабокислой реакцией среды (рНсол. 5.7), относительно высокой суммой обменных оснований 26.6 мг-экв/100г (табл. 1). Внесение вермикомпоста и торфа не оказало существенного влияние на ее свойства, в том числе на содержание гумуса. Вероятно, это связано с однократным внесением органических удобрений и их дозой. Кроме того, как известно [3], степень закрепления внесенных с органическими удобрениями гумусовых веществ обычно невелика, из-за недостаточной суммарной сорбционной поверхности твердой фазы пахотного слоя почв.

Таблица 1 - Основные химические свойства почвы Са2++ Mg2+ Вариант Гумус, рНвод. рНсол. Нг ЕКО Nобщ., % % мг-экв/100 г NPK - фон 2.67 0.18 7.0 5.7 3.7 19.5 26.6 Фон+вермикомпост30 2.55 0.17 7.0 5.8 3.0 20.2 28.0 Фон+торф60 2.98 0.17 6.5 5.6 2.5 19.8 24.0 Состав гумуса загрязненной почвы характеризовался высоким содержанием углерода в гуминовых кислотах (ГК) и гумине (ГМ), а азота в фульвокислотах (ФК) (рис.). Тип гумуса был гуматный, а степень гумификации – “высокая”. Во фракционном составе, несмотря на преобладание в гумусе связанной с кальцием малоподвижной фракции ГК-2, содержание обоих элементов было сравнительно меньше, чем в незагрязненной почве (соответственно 47 и 41, против 74 и 73% от суммы фракций). В наиболее подвижной фракции ГК-1, связанной с полуторными окислами, напротив, их было больше. Фракция ФК-2 отличалась высоким содержанием углерода (42%), а ФК-1 азотом (37%). Ранее показано [7], что в гумусе загрязненных фторидами почв содержание углерода и азота в подвижных фракциях повышается, что указывает на их доступность к минерализации.

При внесении вермикомпоста, характеризующегося преобладанием высоко обогащенных азотом органических веществ и сравнительно невысокой степенью гумификации (“средняя”, 26%, [6]), в загрязненную почву содержание углерода в группе ГК увеличивалось, а в ГМ снижалось.

Распределение азота по группам гумусовых веществ отличалось незначительно.

Различия во фракционном составе гумуса оказались больше и связаны с повышением углерода в ГК-2 (от 47 до 55% от суммы фракций) при снижении в ФК-2 (от 42 до 33%). В то же время содержание азота увеличивалось втрое в ФК-2, тогда как в ФК-1 и ФК-3 снижалось. Несмотря на изменения, отмеченные в качественном составе гумуса при внесении вермикомпоста, согласно классификации [5], основные показатели гумусного состояния почвы менялись незначительно. Однако проявлялась тенденция трансформации органических веществ в сторону гумификации.

Рисунок - Относительное содержание общего (1) углерода и азота (2) во фракциях гумуса, % от суммы фракций ГК и ФК Через четыре года взаимодействия вермикомпоста с почвой заметных изменений в распределении углерода по группам гумусовых веществ не выявлено (см. рис). В то же время во фракционном составе отмечалось его повышение в ГК-1 при снижении в ФК-1 и ФК-3. Различия в распределении азота были более значительными. Снижение его в группе ГК происходило, прежде всего, во фракции ГК-2. Одновременно повышались фракции (ФК-2 и ФК-3), связанные с минеральной частью почвы. Как известно, постоянные превращения азотсодержащих веществ в процессе гумификации обусловлены как отщеплением и минерализацией алифатических группировок, так и обогащением гумусовых веществ азотом [3]. В ходе трансформации степень гумификации достигала уровня “очень высокая”. Одновременно повышалась глубина гумификации (Сгк:Сфк), что указывает на формирование более “зрелых” ГК, несмотря на сравнительно высокое содержание свободных, связанных с подвижными полуторными окислами гумусовых кислот Сгк (34% от суммы ГК). Об этом же свидетельствует повышение интенсивности процесса новообразования ГК (1-я стадия гумификации) и полимеризации гумусовых структур (2-я стадия гумификации), оцениваемых соответственно показателями Сгк1:Сфк1 и Сгк-2:Сфк-2 [4]. Так, при длительном взаимодействии вермикомпоста с почвой показатель Сгк1:Сфк1 увеличивался почти втрое.

Высокая активность формирования новообразованных веществ, участвующих в процессах минерализации-гумификации, обеспечивает стабильное состояние гумуса загрязненной почвы.

В отличие от вермикомпоста, внесение в почву низинного торфа, отличавшегося преобладанием малодоступных для минерализации органических веществ, повышало содержание углерода в группе ГК, а азота в ГМ. В группе ФК изменения определялись увеличением содержания углерода в наиболее подвижной фракции декальцината (от 19 до 26% от суммы фракций) и снижением в ФК-1 (14, против 27%). Содержание азота в ней, напротив, увеличивалось (от 37 до 45%). Внесение торфа уже в первый год опыта, в отличие от вермикомпоста, увеличивало степень гумификации до уровня «очень высокая», что может быть связано, изначально, с более высоким содержанием уже сформировавшихся гуминовых соединений в поступившем в почву органическом удобрении.

Через четыре года взаимодействия торфа с почвой произошли заметные изменения в групповом и фракционном составе гумуса (см. рис.). Снижение содержания углерода во фракции ГК-3 сопровождалось значительным повышением его в ФК-3. Одновременно отмечалась снижение доли углерода ФК-1. Различия в распределении азота по группам гумусовых веществ были больше, как и в варианте с вермикомпостом. Повышение обогащенности азотом подвижных фракций ГК-1 и ФК-1а происходило при снижении его в относительно малоподвижных фракциях ГК-2 и ФК-2. Значительно возрастала фракция ФК-3 (на 22% от суммы фракций). В результате существенных изменений в качественном составе гумуса отмечалось снижение степени гумификации (до уровня “высокое”) и повышение его фульватности. Тип гумуса сменялся с гуматного на фульватно-гуматный. Ослабление процесса гумификации сопровождалось снижением интенсивности процесса полимеризации гумусовых структур (Cгк2:Cфк2). В тоже время происходило активное формирование новообразованных ГК (Сгк1:Сфк1), количество которых резко возрастало (до 6.26), относительно фонового варианта (1.75).

Надо полагать, наблюдаемые различия в трансформации гумусовых веществ в почве, отмеченные при внесении вермикомпоста и торфа, обусловлены, прежде всего, различиями качественного состава их органического вещества.

Эффективность ремедиации почв с использованием в качестве ремедианта вермикомпоста и торфа оценивали по их влиянию на продуктивность полевых культур. В год внесения вермикомпоста в опыте на загрязненной 3 ПДК почве прибавка зерна яровой пшеницы составляла 7% по отношению к фону (табл. 2).

Но при этом отмечалось снижение количества непродуктивных стеблей.

Влияние вермикомпоста не ограничивалось годом внесения и прослеживалось в течение еще 2-х лет при последующем возделывании картофеля. Необходимо отметить, что картофель относится к одной из “высокоотзывчивых” на внесение вермикомпоста культур [1]. Так, прибавка его клубней в разные годы достигала 35 и 69%. Действие вермикомпоста на 3-й год не проявлялось.

Можно предположить, что влияние вермикомпоста на продуктивность полевых культур обусловлено, прежде всего, наличием в его составе легкодоступных для минерализации веществ.

Таблица 2 - Влияние вермикомпоста на продуктивность полевых культур, г/м2

–  –  –

Ремедиация загрязненной почвы торфом оказалась менее эффективной.

Урожай зерна был несколько ниже, по сравнению с вариантом внесения вермикомпоста (404 г/м2). Прибавка зерна пшеницы была незначительна относительно фонового варианта. Тем не менее, как и в варианте с вермикомпостом, отмечалось снижение массы соломы (на 45%). Действие торфа как ремедианта проявилось лишь во второй год возделывания картофеля.

Прибавка клубней составила 30%, что вдвое ниже, чем в варианте с вермикомпостом. Вероятно, это обусловлено сравнительно меньшей интенсивностью минерализации торфа в почве и его биохимической устойчивостью, что связано с особенностями его генезиса.

Таким образом, если учитывать, что при загрязнении фторидами алюминиевого производства агросерых почв происходило повышение подвижности гумуса, то внесение вермикомпоста и торфа способствовало формированию устойчивых структур и усилению процессов гумификации. Это обеспечивало большую стабильность в состоянии гумуса загрязненной (3 ПДК) почвы. В последействии положительное влияние сохранялось только в варианте с вермикомпостом. Сложившееся в почве оптимальное сочетание устойчивых и лабильных гумусовых веществ было связано, вероятно, с его качественным составом, характеризующимся высоким содержание легкодоступных к минерализации веществ. С агрономической и экологической точки зрения такой качественный состав гумуса является наиболее благоприятным, поскольку обеспечивает поддержание ресурса почвенного органического вещества и получения высокой продуктивности полевых культур.

Выводы. 1. Внесение в загрязненную фторидами почву вермикомпоста и торфа способствовало формированию устойчивых структур и усилению гумификации.

2. Наиболее эффективным последействием, обеспечивающим сбалансированность процессов гумификацииминерализации, характеризовался только вермикомпост. Последействие торфа, напротив, отличалось ослаблением процесса гумификации и повышением подвижности гумуса загрязненной почвы.

3. Применение вермикомпоста и торфа увеличивало урожайность и улучшало качество полевых культур. Однако в варианте с вермикомпостом продуктивность была сравнительно выше, как в год внесения удобрений, так и в последействии.

4. Наиболее эффективным приемом ремедиации загрязненных фторидами почв, способствующим поддержанию гумуса и плодородия, следует считать применение вермикомпоста.

Список литературы

1. Агроэкология / Под ред. В.А. Черникова, А.И. Чекереса - M.: Колос, 2000. – 536 с.

2. Александрова Л.Н. Гумусовый режим пахотных дерново-подзолистых почв и пути регулирования / Л.Н. Александрова // Гумус и почвообразования: сб. научн. тр. – Л.:

Ленингр. СХИ, 1977. - С. 2 - 15.

3. Александрова Л.Н. Органическое вещество почвы и процессы его трансформации /Л.Н. Александрова - Л.: Наука, 1980. - 287 с.

4. Овчинникова М.Ф. Особенности трансформации гумусовых веществ в разных условиях землепользования (на примере дерново-подзолистой почвы) / М.Ф. Овчинникова:

Автореф. на соиск.уч. степени д.б.н. - М.: 2007. - 49 с.

5. Орлов Д.С. Дополнительные показатели гумусного состояния почв и их генетических горизонтов / Д.С. Орлов, О.Н. Бирюкова, М.С. Розанова // Почвоведение. С. -918-926.

6. Помазкина Л.В. Использование вермикомпоста для мелиорации загрязненных фторидами алюминиевого производства серых лесных пахотных почв Байкальского региона / Л.В. Помазкина, С.Ю. Зорина, Л.Г. Котова // Агрохимия. - 2006. - № 11. - С. 1-7.

7. Устойчивость агроэкосистем к загрязнению фторидами / Л.В. Помазкина, Л.Г.

Котова, Е.В. Лубнина, С.Ю. Зорина, А.С. Лаврентьева. - Иркутск: Изд-во Инс-та Географии СО РАН, 2004. - 225 с.

УДК 63:551.5

ГЕОГРАФИЧЕСКО-КЛИМАТИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ РАЗВИТИЯ

СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА (На примере Республики Башкортостана)

–  –  –

Бирский филиал Башкирского государственного университета, г. Бирск, Россия В статье рассматриваются основные естественные факторы, прежде всего, географические и климатические факторы, влияющие на аграрное производство на сельских территориях нашего региона в условиях устойчивого развития. Авторы делают вывод, что географические и климатические факторы могут быть рационально использованы в развитии разнообразных форм производства сельхозпродуктов, даже весьма специфичных, соответствующих именно сельским территориям северных широт.

Ключевые слова: сельское хозяйство, устойчивое развитие, географические условия, климат, традиционные и специфические формы сельскохозяйственного производства.

–  –  –

In the article the main natural factors, i.e. geographical and climatic factors exerting influence upon the agricultural production in rural territories of a region under the condition of the sustainable development. Authors draw a conclusion that geographical and climatic factors may be efficiently used by the development of the various forms of the agricultural production, even highly specific forms corresponding just to rural territories in latitude fifty degrees North.

Key words: Agriculture, Sustainable Development, the Geographical Factors, Climate, the Traditional and Specific Forms of Agriculture.

В условиях устойчивого развития экономики и общества в целом возрастает необходимость детального исследования различных внешних факторов, влияющих на общий ход развития. Само собой разумеется, здесь подразумеваются естественные, в первую очередь, географические и климатические условия, которые определяют особенности и интенсивность развития аграрного производства на сельских территориях.

Следует отметить, что понятие “сельский” в научной литературе имеет территориальный акцент вне зависимости от способов аграрного производства, степени экономического развития и преобладания какого-либо экономического сектора. Это обстоятельство затрудняет сбор статистических данных, поскольку сельская местность не обязательно совпадает с административными границами или зоной влияния определенного экономического сектора. Так, территория Республики Башкортостан, абсолютно большую часть которой составляют сельские и лесные территории, включена в Уральский экономический район. Но административно РБ находится в составе Приволжского федерального округа. Да внутри самой республики, как увидим дальше, отдельные зоны как бы примыкают к зонам соседних областей, краев и республик.

В целом специфика воспроизводственных процессов в сельском хозяйстве нашего края хорошо изучена, отмечается, что его особенностями являются сложное переплетение естественных и социально-экономических факторов, связанных с сезонностью производства, неравномерностями в использовании рабочей силы, значительной дифференциацией затрат и показателей доходности по периодам года, неэквивалентным обменом с ресурсопроизводящими отраслями и т.д. [5, 9]. В то же время слабо освещены значение и влияние географических и климатических факторов на развитие разнообразных форм сельскохозяйственного производства на различных территориях региона, на интенсивность, эффективность, качество производительных сил, поведение и психологические особенности непосредственных производителей – крестьян и аграрных рабочих, поведенческие моменты с точки зрения экстремальной антропологии [4].

В.Г. Новиков и В.Я. Стрельцов понимают под “сельскими территориями” специфический тип территорий, включающий в себя как чисто сельскохозяйственные, так и отдельные, тесно взаимосвязанные с ними, поселения городского типа (малые города с сельским типом, собственно малые города и пр.), в которых доминирует занятость в системе агропродовольственного комплекса (сельское хозяйство, пищевая и перерабатывающая промышленность, система хранения, транспортировки и сбыта сельскохозяйственной продукции) и преобладают стабильные, активные маятниковые трудовые передвижения в систем город-село [6].

Важной частью основы государственной безопасности во всех странах является обеспечение населения продовольствием за счет собственного производства. Это краеугольное положение государственного суверенитета зафиксирован в Доктрине продовольственной безопасности и нашей страны, в связи со сложившейся экстремальной ситуации обеспечения продовольствием и сельскохозяйственным сырьем, более чем на половину ввозимых из дальних стран. Весьма интересно, что сельскохозяйственная продукция поступает из стран, где такие же геоклиматические условия, если даже не хуже (Финляндия, Дания, Израиль, Канада и др.). Поэтому особенно актуальна проблема устойчивого развития сельского хозяйства страны в современных условиях социальных и естественно-климатических изменений на североевразийском пространстве. Несмотря на все эти изменения, независимо от особенностей агрикультуры в условиях нашего географического пояса, средства, способы, технологии и механизмы обеспечения продовольственной безопасности были и остаются важной составляющей государственной политики, экономики и социального благополучия населения страны.

Итак, начнем с того, что климатические условия влияют на развитие сельского хозяйства, на видовой состав возделываемых культур и тем самым формируют структуру АПК. Огромная часть России находится в субарктическом поясе - географическом поясе в Северном полушарии, между арктическим поясом на Севере и умеренным на Юге, т.е. в пространстве, где земледелие вообще невозможно. Климат тут холодный; средняя температура самого тёплого месяца от 5 до 10 °С, холодного от -5 °С на западных окраинах до -30, -40 °С (и даже -50 °С) в центральных частях. Летом преобладают западный перенос умеренных воздушных масс и интенсивная циклопическая деятельность, зимой - арктические массы воздуха и антициклональное состояние атмосферы. Осадки выпадают главным образом в твёрдом виде;

количество их (300-500 мм в год) превышает испарение. Продолжительность существования снежного покрова превышает 8 мес. Глубокое промерзание грунтов. Для микро- и мезорельефа суши характерны полигональные образования, гидролакколиты, формы, связанные с солифлюкцией. Разделение пояса на географические зоны обусловлено главным образом тепловыми условиями летнего периода и поэтому зоны имеют в основном циркумполярное положение. В более холодной части пояса (на Севере) выделяется тундровая зона, в более тёплой (на Юге) - лесотундровая зона. В североамериканском и европейско-азиатском субарктический пояс выделяются по два приокеанических и по одному континентальному сектору. В океане четко проявляется сезонность всех процессов, связанная с ледовым режимом.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
Похожие работы:

«государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Кемеровская государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения Российской Федерации ПРОБЛЕМЫ МЕДИЦ...»

«Минеральная изоляция на основе стекловолокна Важно заботиться не только о цвете стен, но и о том, что находится за ними Интересный факт! «Зеленое» строительство с каждым годом получает все большее распространение. Это практика строительства, которая поз...»

«ПРОГРАММА вступительного испытания для поступающих в магистратуру факультета психологии и педагогики Направление 37.04.01 – Психология (магистерские программы «Психология личности», «Психология здоровья», «Психологические и медико-биологические основы безопасности ч...»

«Электронный журнал «Психологическая наука и образование psyedu. ru» ISSN: 2074-5885 E-journal «Psychological Science and Education psyedu.ru» 2014, № 2 Особенности временной компетентности студентов с различным статусом профессиональной...»

«ISSN 2312-2579 Российский государственный педагогический университет имени А. И. Герцена Функциональная  морфология, экология и жизненные циклы  животных Научные труды кафедры зоологии ТОМ 13 № 1 Санк...»

«Скамрова Галина Борисовна КОМБИНИРОВАННОЕ ДЕЙСТВИЕ СЛАБОГО МИКРОВОЛНОВОГО ИЗЛУЧЕНИЯ И ДНК-СВЯЗЫВАЮЩИХСЯ ПРЕПАРАТОВ НА КЛЕТКИ БУККАЛЬНОГО ЭПИТЕЛИЯ ЧЕЛОВЕКА Специальность 03.01.02 – Биофизика Диссертация...»

«Министерство образования г. Москвы Общеобразовательная автономная некоммерческая организация «Средняя общеобразовательная школа «ИНТЕК»ПРИНЯТО УТВЕРЖДАЮ решением педагогического совета Директор ОАНО«СОШ «ИНТЕК» ОАНО «СОШ «ИНТЕК» _ Т.Г. Рябова Протокол № 1 от 24.08.2015 «» _ 2015г. РАБОЧАЯ ПРОГРАММА п...»

«ашщдашазээ www.medicom-mtd.com www.reacor.ru [Тренинги] ^биологической] www.egoscop.ru [обратной связь 1;QQ9J [Контроль1 [эффективности [процедуре Психологическое. и психофизиологическое тестирование ЭгоскопЛ 347900, Россия, г.Таганрог, ул. Петровская, 99 Тел. (8634) 626242...»

«Journal of Siberian Federal University. Biology 1 (2012 5) 4-12 ~~~ УДК 630*561.24 Дендрохронологическая оценка динамики продуктивности лесов Северо-Западного Кавказа Г.Е. Комин* Научно-исследовательский институт горного лесоводства и экологии леса Россия 354002, Сочи, Куророт...»

«Теория притягательности оглаВление Введение Глава 1. Запрограммированные на общение. 35 Глава 2. Первое правило волшебника. Глава 3. Радость обнаружения паттернов. 115 Глава 4. Н...»

«1 Комитет по образованию администрации муниципального образования «Город Саратов» Муниципальное автономное учреждение дополнительного образования «Дворец творчества детей и молодёжи» Принята на педагогическом совете протокол № 61 от 03.09.2015 г. Ут...»

«Составители: Дармограй В.Н., д. фарм.н., проф., зав.каф.фармакогнозии с курсом ботаники Дубоделова Г.В., ст. преп. каф. фармакогнозии с курсом ботаники Ерофеева Н.С., ст. преп.каф. фармакогнозии с курсом ботаники Рецензенты: Сычв И.А., доцент, з...»

«Макарова Екатерина Леонидовна ЗАКОНОМЕРНОСТИ АДСОРБЦИОННОЙ ИММОБИЛИЗАЦИИ ГЛЮКОАМИЛАЗЫ НА БИОПОЛИМЕРАХ И УГЛЕРОДНЫХ НАНОТРУБКАХ Специальность 03. 01. 02. Биофизика Диссертация на соискание ученой степени кандидата биологических наук Научный руководитель доктор биологических наук, профе...»

«УДК 622.831 Оловянный Анатолий Григорьевич к.т.н., в.н.с. Санкт-Петербургское отделение Института геоэкологии РАН МАТЕМАТИЧЕСКОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ РАЗВИТИЯ ТРЕЩИН В ТОЛЩЕ ПОРОД НАД ОТРАБОТАННЫМИ ПЛАСТАМИ КАЛИЙНЫХ СОЛЕЙ MATHEMATICAL MODELLING OF FRACTURE PROGRA...»

«Экологические аспекты использования солнечных батарей в Сибири А.В. Козлов, А.В. Юрченко Абалаков В.В. Томский университет систем управления и радиоэлектроники Институт оптики атмосферы сибирского отделения Российской академии наук Научно-исследовательский институт полупроводниковых прибор...»

«Чувствительность дыхания и набухания митохондрий 119 Вестник Томского государственного университета. Биология 2010 № 3 (11) ФИЗИОЛОГИЯ И БИОХИМИЯ РАСТЕНИЙ УДК 581.1:577.23 Н.С. Павловская, О.И. Грабельных, Т.П. П...»

«Образовательное учреждение высшего образования Тверской институт экологии и права Кафедра Финансов и менеджмента РАБОЧАЯ ПРОГРАММА УЧЕБНОЙ ДИСЦИПЛИНЫ (МОДУЛЯ) БАНКОВСКОЕ ДЕЛО 080100.62 «Экономика» Направление по...»

«Самарская Лука. 2008. – Т. 17, № 3(25). – С. 618-625. © 2008 И.Л. Бухарина*, Т.М. Поварницина** ЭКОЛОГО-БИОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЕЛИ КОЛЮЧЕЙ (PICEA PUNGENS ENGELM.) В УСЛОВИЯХ ГОРОДСКОЙ СРЕДЫ (НА ПРИМЕРЕ Г. ИЖЕВСКА) Ель колючая (Picea p...»

«ТИП «ЧЕЛОВЕК-ПРИРОДА»ПРЕДМЕТ ТРУДА: Земля, вода, атмосфера, полезные ископаемые, различные живые организмы и биологические процессы. Особенность биологических объектов труда состоит в том, что они сложны, изменчивы, нестандартны. Растения, животные, микроорганизмы живут, растут, развиваются, болеют, гибнут. Специалист...»

«Составители: И.О.Ф Н.Г. Бабкина Ученая степень кбн Ученое звание доцент Должность доцент Рецензенты: И.О.Ф В.Н Дармограй В.И.Звягина Ученая степень д.ф.н. к.б.н. Ученое звание профессор доцент Должность зав.каф доцент Рабочая п...»









 
2017 www.pdf.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - разные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.